Янтарный Меч. Гексалогия (ЛП)
Брэндель не стал говорить, что именно планировал на ее счет. На самом деле он хотел, чтобы девушка поступила в основанную королевской семьей кавалерийскую академию, получила высшее королевское образование для военного командования, и получила знания и умения в ведении боя.
Он не хотел менять будущее Фрейи, которая станет Богиней войны, но при этом хотел, чтобы она вошла в высший эшелон власти королевства.
Ромайнэ на такое не способна, так Фрейя – единственный человек со всеми нужными возможностями и способностями, которому я могу доверять. Что же касается безопасности – здесь беспокоиться не о чем: школа находится в Веранд, на частной территории в собственности короны. Эту землю в декабре, когда начнется гражданская война, получит принцесса. Для Фрейи все вроде бы складывается хорошо
Брэндель не считал старый ауинский стиль и тактику военного командования неэффективной, но для того, чтобы стратегия работала, необходимо было качество на уровень выше, и поэтому армия Ауина все слабела, в итоге сводя на нет и стратегию.
Со столь серьезным отношение к учебе Фрейя будет впитывать знания в академии как губка. Поднабравшись успехов, она будет выделяться из толпы, и, в точности как в истории, обратит на себя внимание принцессы.
Брэндель припомнил, что Фрейя встретит принцессу на втором курсе, на шестой месяца, во время 64 рыцарского турнира Академии. Поскольку в столице ее не будет, он решил, что такой поворот не слишком изменит будущее Фрейи.
Принцесса Гриффин Корвадо Манофф. В этом году ей исполнится только шестнадцать, но вскоре она приступит к исполнению обязанностей регента. Определенно нужно быть в курсе ее мыслей …. И здесь мне пригодится помощь Фрейи
Брэндель секунду поразмыслил, но чувствовал, что препятствий в достижении их целей это не создаст. Она хотела возродить королевство, а он – изменить будущее Ауина. И все же он был обеспокоен, понимая, что наличие девочки-полуэльфа, родившейся в королевской семье – не в интересах знати.
Воспоминания из игре заставили его плотно сжать кулаки. Тот момент в истории было не забыть – конец столицы Монстерас, дворец и город в море огня под небом в черном дыму.
В тот день он со многими игроками отступил на север, многие со слезами на глазах оборачиваясь на юг. Они были не в состоянии что-либо изменить, попросту не хватало времени, хоть что-то сделать.
И как он должен был снова наблюдать за смертельным боем Фрейи в кровавой долине Далаль?
В тот день каждый из нас погиб в той долине. Я сам умер семь раз и потерял семь уровней, многих игроков постигла та же участь. И в конце концов, ради чего?
В тот день он увидел Фрею в серебряной броне с печатью с подсолнухом, с флагом с черными сосновыми листьями на нем – ауинской эмблемой мужества. Он и тридцать шесть тысяч игроков, поклявшиеся защищать Ауин, так и не смогли уберечь флаг, но она защищала его до самой смерти в бою.
Возможно, она выполнила собственное обещание … пролить всю кровь до последней капли за эту землю. В конце концов, Ауине был слишком стар и слаб. Практически три армии из Киррлутца просто стояли там, ничего не делая. Действовала только армия Фрейи и игроки, и наши объединенные силы не могли даже сравниться с огромной армией противника
Ярчайшей жемчужине семьи Корвадо, принцессе, тоже не повезло. Она вышла замуж за герцога Аррека, которого не любила, мрачно доживала свой век, пока не была убита в заговоре, затеянном Объединенной Гильдией.
Брэндель вспомнил встречи с членами гильдии. Они не играли в Янтарный Меч постоянно, а некоторые и вовсе прекратили, но все же, собираясь вместе, они о неизменно обсуждали последние игровые события. И все с сожалением вспоминали день, когда дух Ауина был потерян навсегда.
Могу ли я позволить такому повториться?
Посмотрев на Фрейю, Ромайнэ и Мардена, он встряхнул головой. Телепортируйся он куда-то еще, не повстречай их, он бы попросту задумался о побеге, чтобы медленно наращивать силы в безопасности. С такими знаниями он стал бы легендой.
Но полученный опыт и встреча со всеми ними в Бучче заставили его понять, что он не сможет так поступить, и принять решение взять на себя бремя изменения судьбы Ауина.
Даже сейчас я все еще пытаюсь понять лежащие передо мной перспективы. Для изменения истории, определенно нужно убрать с дороги все, что мешает пройти, и вполне возможно – не обращать внимание на благополучие окружающих. Возможно, придется действовать как презренный дворянин … И мало того, возможно, придется противостоять каждому члену ауинской знати. А ведь даже принцессе трудно приходилось с этими пятью герцогами
Подумав об имеющихся характеристиках, Брэндель потер лоб.
Мой уровень несравним с игровым … а враги из Мадара, с которыми предстоит столкнуться – в большинстве своем уровня «боссов», не говоря уже о том, что однозначно талантливы. Даже объединенными усилиями с Богиней войны, это действительно ли можно изменить будущее?
Брэндель подумал и о будущем после падения Ауина.
Если заглянуть дальше в историю, Киррлутц займет пассивную и холодную позицию. Эта империя Гриффинов – вовсе не колыбель древней и доброй человеческой цивилизации. На смену придет гордость горцев, подпитанная революцией на стали и крови, громко зазвучат военные орудия, а отправной точкой станет Природная Скрижаль. В ближайшее время начнется Третья Священная война, и когда это произойдет, весь мир превратится в гигантскую шахматную доску со странами в качестве фигур, в том числе и Мадара
Брэндель немного пораскинул мозгами обо всем этом. Задавшись вопросом, в состоянии ли он со всем этим справиться, он засомневался: даже останови он немертвых Мадара, его ждали еще большие испытания. Выводя беженцев из крепости Риедон, он задумывался и об этом.
... Кого я обманываю? Может быть, это гордость «игрока из другого мира», но не присвоить ли этой игре игра рейтинг «непроходимая»?
Пусть это и высокомерно, но он чувствовал, что стоит по крайней мере попытаться ее пройти, просто чтобы не сожалеть об упущенном.
В том числе и поэтому он чувствовал, что должен набрать достаточно силы и власти к моменту, когда начнется гражданская война.
Когда это произойдет, вся система наращивания уровней может оказаться затронутой хаосом, и это лучший момент для меня, чтобы стать шахматистом и заполучить земли и армии
Брэндель уже выбрал место – когда-то закрытое западное королевство.
Том 2 Глава 36
Том 2 Глава 36 – Брэндель готовится (1)
---------------Бреттон---------------
Проходя по внутреннему дворику, Бреттон смотрел на листья вечнозеленых деревьев размером с ладонь. Легенда гласила, что каждый вечнозеленый лист – это душа павшего воина, и потому эти деревья сажали в армейских лагерях в честь отваги и мужества солдат.
Разглядывая листья, мысленно он обратился к павшим на войне товарищам, даже не услышав, что к нему обращается его отец, лорд Хаскел, член городского совета Бругласа.
При распределении наград я постараюсь перевести тебя обратно в Бруглас. Не хочешь вступить в городской кавалерийский отряд? Мои слова все еще имеют в городе вес. Хочешь остаться в действующей армии – пожалуйста, патрулирующий лес эскадрон еще не укомплектован, но правда он входит в состав военного формирования Аррек, так что тебе там может быть сложнее. По правде говоря, я подумывал дождаться, пока тебя посвятят в рыцари, после чего назначить тебя на стабильную должность в дворянском парламенте.
Бреттон утвердительно кивнул.
Ну о чем же ты думаешь? – лорд Хаскель посмотрел на сына и вздохнул: нравом тот пошел в него в молодости, уверен в себе, но слишком горд. Пусть в определенные моменты это было к месту, но такой склад характера был все же не самым желательным из всех возможных.
Мудрая пословица, передававшаяся у дворян из поколения в поколение, гласила, что «перебор в гордости – легкий путь к неудачам».
Лорду Хаскелю в этом году исполнялось шестьдесят два года. Он все еще считался нестарым человеком, но начинал выглядеть постаревшим, и хоть прямые серебряные волосы и были очень аккуратно причесаны, бакенбарды уже побелели. В молодости в южном Гринуаре он обрел известность в качестве участника радикальной фракции, но с возрастом становился все более и более консервативен. Одетый как принято для обычного члена городского совета, длинный синий халат в пол, сверху белый жилет с пряжками и длинные черные галифе, в руке трость. Он тепло посмотрел на единственного сына.