Моё сводное наваждение (СИ)

Я всегда легко догадывался, что на уме у той или иной девчонки, но с фенеком... Таких, как она, я еще не встречал.
Моя мать откровенно ее подставляет с машиной, наивно полагая, что та при отце поведет себя, как безропотная овечка — я узнал продавливающий тон матери, когда она обращалась к Любе. Но последняя даже и не подумала настраивать Андрея против жены, больше того, испугалась, что они из-за нее поцапаются. Что это? Какая-то хитрая тактика? Логичнее же было сделать несчастный вид, чтобы Андрей полностью встал на ее сторону, если она действительно, как предполагает мать, хочет им вертеть, как ей вздумается. Значит, она подстраивается и под мою маму.
Далее, Никита. Андрей души в нем не чает, что делает моего брата еще одним рычагом в ее игре. По сути, ей на него должно быть плевать, но то искреннее веселье на батуте... Разве такое можно сыграть? И удивление на мой наезд... Такая великолепная актриса? Еще один талант, о котором она умолчала? Потому что раньше, до переезда в наш дом, она не особо рвалась с ним общаться, так? Так.
Теперь я. Я ожидал, что она начнет подмазываться, извиняться, когда предложил ей отправляться пешком, но она и правда собралась идти на своих двоих. При этом переоделась, когда я заметил, что ей не идет розовый.
Получается, она решила, типа, подружиться с каждым из нас, угождая? Чтобы мы и мысли не допустили, что она способна на что-то гнусное? Или она реально привыкла угождать каждому? Подстраиваться под всех, не имея собственного мнения? В таком случае она жесть какая жалкая. И это досадно. Потому что мысль о достойном противнике приятнее, чем идея стать монстром для бедной и невинной девочки.
Короче, рано делать выводы. Нужно больше времени. Хорошо, что оно у меня есть.
Маринка уже завалила мне весь директ в инстаграм вопросами, когда же я буду, потому я решаю, что пора ехать. Кстати, у нашего фенека во всех социальных сетях закрытый профиль. Подозрительно, правда?
Останавливаюсь у открытой двери в ее комнату и вижу, как она сидит на краешке кровати с прямой спиной. Складывается ощущение, что она все время после ужина просидела именно так — в ожидании, когда я за ней зайду. Хм.
— Готова? — даю я знать о себе.
Фенек вздрагивает и в одно мгновение подскакивает на ноги, упирая взгляд в пол:
— Да.
— Пошли, — бросаю через плечо.
Реально ждала. Говорю же — странная.
До особняка Маринки мы едем молча. Все это короткое время фенек смотрит прямо перед собой, ни разу не сменив положения: напряженные спина и шея, ладошки на коленях. Зачем она согласилась, если так боится? Или все же делает вид? Что тоже понимания не добавляет.
Я паркую машину у ворот. Один из минусов популярности — если не хочешь, как неудачник, являться на вечеринку в первых рядах, приходится оставлять машину в не самом комфортном месте.
— Запомнила дорогу? — спрашиваю я свою «сестрицу», когда мы выбираемся из машины. — Пропустишь момент, когда я соберусь домой — пойдешь пешком. Приятного вечера, — широко улыбаюсь я ей напоследок.
О, этот взгляд... Дорогого стоит. Естественно, я и сам не собираюсь упускать ее из виду, но для того, чтобы она показала себя во всей красе, ей это знать не обязательно.
Народу, как всегда, дохерища. Музыку слышно и на луне. Алкоголь льется рекой.
Одно из преимуществ быть представителем золотой молодежи — родители, частенько любящие отдыхать за границей. Даже не представляю, сколько еще таких вечеринок устроит Маринка за время их отсутствия. Ну и, конечно, тебе необязательно считать деньги. Кинь клич, что у тебя весь дом в распоряжении, и все устроится само собой.
Все мои тусуются у бассейна. Я здороваюсь с парнями, терплю слюнявые приветствия девчонок и принимаю услужливо предоставленный мне кем-то стакан с алкоголем. Конечно, никого из присутствующих не интересует то, что некоторые из них за рулем. Что им какие-то правила? Их писали не для таких.
Фенек скромно замирает недалеко от нас. Осматривается. Замечаю, как многие пялятся на нее из-за ее ярко-рыжих волос. Она в принципе выглядит здесь и сейчас инородной, словно впервые на вечеринке. Неужели это на самом деле так? И почему мне не плевать?
 
— Ты здесь! — вешается мне на шею со спины Марина. — Ура.
— Ага.
— М-м... — отлипает она от меня и смотрит на Любу: — А вот и твоя сестренка. Мне звонила твоя мама — кого-то ждет потрясающий вечер, в прямом смысле слова, — хихикает она и припускает в сторону фенека.
— Стой, — ловлю я ее за локоть. — Не знаю, что там придумала моя мать, но у меня другие планы. Подружись с ней.
— Чего? — округляет она свои глаза и бросает на Любу короткий высокомерный взгляд. — Подружиться... с ней? Ты серьезно?
— Серьезно, Марин.
— Оу... — мгновенно меняется ее настроение, она делает шаг ближе ко мне и начинает кокетливо водить своим ноготком по футболке на моей груди. — Расскажешь, что придумал ты?
— Нет. Просто постарайся войти к ней в доверие. Справишься? — с вызовом улыбаюсь я.
— П-ф-ф! Я стану ее лучшей подругой. Самой лучшей.
— Идеально.
Марина перехватывает у проходящего мимо парня два пластиковых стакана и, виляя бедрами, направляется к моей сестренке. Украдкой наблюдаю, как Люба реагирует на внимание брюнетки: смущается, нерешительно принимает стакан, делает из него по настоянию Маринки глоток и морщится, старясь не показывать новой знакомой свое отвращение.
— Фил, — хлопаю я приятеля по плечу, привлекая его внимание. — Что скажешь о моей сестре? Вон, рыженькая, в компании с Маринкой.
Филипп прищуривается своим фирменным оценивающим взглядом и через секунду выносит вердикт:
— Приятная, плюс свежая кровь. И краснеет очень мило... Но, блин, в недотрогах, помимо приятностей, есть и минусы. Связался я однажды с одной такой...
Мне плевать, с кем он там связывался, поэтому слушаю я его рассказ в пол-уха, наблюдая, как Маринка смеется собственной шутке и как фенек вежливо улыбается. Что-то подсказывает мне, что не выйдет у этих двоих искренней дружбы. Но посмотрим, да.
И у меня есть Фил как запасной вариант. Он у нас — местный обольститель девичьих сердец. Не пропустил еще ни одной юбки, при этом и сам хорош собой настолько, что даже не старается, просто берет то, чего хочет.
Какой бы хитрой ни оказалась мой фенек, устоять перед его обаянием она не сможет. Сто пудов.
— О, — вклинивается между нами Арс, перебивая Фила, — новенькая. Откуда здесь такой сладкий персик?
— Сводная сестра Мира, — усмехается Фил. — Он как раз подводил к тому, что нам нельзя ее трогать. Да? Нормальная девчонка оказалась?
— Еще не понял, и подводил я к другому, — хмыкаю я. — Хочу, чтобы ты ее обаял. Интересно, как она себя поведет.
— А чего не сам? Родаки слишком серьезно отнеслись к вашему якобы родству?
Сам... Хм. И почему я не подумал? Потому что знал, что она на меня не поведется, если реально играет в свою игру?
— А давайте, я на себе проверю ее поведение? — ржет Арсений.
И мне вдруг перестает нравиться моя идея.
— Нет, — отвечаю я резко и, чтобы озадаченные парни не придумали ничего лишнего, смеюсь: — Фил второй, после меня, красавчик, а ты где-то месте на шестом. Так что не катишь ты, Арс, сорян.
Мы все ржем, и как раз в этот момент Маринка подводит под локоток в нашу компанию донельзя смущенного фенека.
— Ребят, моя новая подруга и по совместительству сводная сестра нашего Мирона — Люба.
— Всем привет, — едва слышно шепчет фенек, не поднимая глаз.
И я не понимаю, что чувствую. С одной стороны, я ей не верю. С другой — если она реально такая скромница — это жесть. С третьей — мне не нравится, как Маринка корчит рожу у нее за спиной и как остальные девчонки смотрят на нее с презрением, пытаясь сдержать смех, а парни разочарованно кривятся. Ожидали от рыжей больше огня?
Я не скрывал от них, что вскоре моя сводная сестра будет жить в нашем доме. Возможно, даже выражался с некоторым негативом об изменениях в семье, но сейчас... Всего на секунду я представил, что она такая, какая есть, и мне неожиданно становится стыдно. За друзей. За себя.