Выбор сделанный судьбой (СИ)

— Да ничего особенного, — вновь отмахнулась я, зная, что очень скоро отомщу. — Лучше скажи мне, Платонов, ты жениться не хочешь?
Макс подавился. Пришлось преодолеть разделяющее нас расстояние и аккуратно, чтобы не задеть ожоги, смазанные специальным составом, постучать ему по спине.
— Лучше добей, — просипел он, перестав кашлять.
Я взяла стул находящийся подле стены и, поставив его возле кровати Макса, села напротив него.
— А что это сразу «добей»? — посмотрела я в его глаза. — Девчушка твоя — недурна собой. И вроде тебя очень любит — так рвётся постоянно тебя навестить, что Громов уже устал сдерживать оборону и, наверное, скоро сдастся и пропустит её к тебе. Хотя ты ещё находишься в реанимационном отделении, а здесь свидания запрещены.
Максим поморщился. Радости от сказанного он что-то не испытал. Странно очень.
— Алина способна любить только деньги. Только скажи ей, что меня уволили, и она исчезнет, пока я вновь не порадую её полными карманами трёхзначных купюр.
— Тогда зачем поддерживать с ней отношения? — разочаровалась я.
Всё же такой план был разрушен. Но ничего варианты ещё есть.
— Это просто секс…
— Ага, а наша любовь бессмертна, — улыбнулась я, замечая, что нас подслушивают.
Масяня округлил глаза, на что я только подмигнула, продолжая спектакль для одной конкретной слушательницы.
— В общем, Масянь, тебе нужно жениться в ближайшее время и завести ребёнка.
— Ты в залёте? — выкрикнул чуть громче, чем собирался Макс.
Я поднялась и, подойдя к двери, резко её открыла. Стоящая по ту сторону двери Нина, не ожидавшая подобного расклада, влетела в палату, с трудом удержав равновесие.
— Подслушивать нехорошо, — елейно улыбнулась я.
— Привет, — натянутой улыбкой ответила она, больше смотря в сторону Макса.
— Ответ на твой вопрос — пока нет, но всё возможно. Только я немного о другом говорила. Так что — жениться думаешь? — вновь вернулась я к Максу, совершенно игнорируя Нину.
— Я уже сказал — лучше добей.
— Ты подумай, время ещё есть.
От моей улыбки Масяня даже как-то отшатнулся. А я, пожелав им хорошего дня, отправилась домой. У меня предстоял ещё разбор полётов с Дамизовым. День обещает сегодня быть насыщенным на события.
В место, которое последнее время стало для меня домом, я влетела пулей, накрутив себе дофига чего по дороге. Но и при этом помнила о детях и как с ними Ане тяжело, поэтому старалась не сильно шуметь. В связи с этим дверьми не хлопала, а удостоила честью закрыть за мной дверь Женю.
Из дверей спортзала вышла Аня в черных спортивных бриджах и лёгкой белой футболке. Увидев меня, улыбнулась во весь рот и кивнула в сторону кабинета Саши.
— Привет, он там, — сказав, она направилась в сторону своей спальни.
— Так скажи мне, есть причина, чтобы ты овдовела, или просто сделать твоего мужа калекой?
Аня остановилась и удивленно посмотрела на меня. Она оглядела меня с головы до ног будто что-то рассчитывая увидеть, но видимо не нашла кроме злости и решительности ничего.
— Удивительно, что мне говоришь это ты, — ответила она на мой вопросительный взгляд.
— Что в этом удивительного? Я уже пару лет как минимум прошу твоего мужа не вмешиваться в мою жизнь. Но видимо до него как до жирафа — наверху не слышно.
Злость колыхнулась во мне с новой силой. Даже что-нибудь сломать захотелось.
— Просто ты всегда защищала его, несмотря ни на что, — пожала своими плечиками сестра. — Неужели моя главная соперница сдалась? — теперь в её голосе слышалось веселье.
— Я тебе не соперница. И если раньше я заблуждалась относительно Дамизова, то теперь даже рада, что это «счастье» принадлежит тебе, — прошипела я, всё ещё готовая была порвать Дамизова на мелкие кусочки.
За Масяню я убью любого, даже если это и будет человек, что стал моей первой влюблённостью. Хотя нет, вру. Не всех. Громова точно не трону, но дуться на него буду, по-любому. Хотя он-то как раз и радует хорошим отношением к Платонову.
— Я тебе завидую, — вдруг сказала Аня в тот момент, когда я уже сделала шаг в сторону кабинета Саши.
 
— В чём? — удивилась я.
Она же всю сознательную жизнь мечтала стать женой Александра, и вот её желание осуществилось. Так в чём может быть зависть?
— Громов — потрясающий мужик. Добрый, отзывчивый. Думаю, он будет хорошим мужем и отцом, когда поймёт всю суть семейной жизни.
Сказать, что я была убита контрольным в голову — это ничего не сказать. Аня умеет поражать, а сейчас она просто ввела меня в шоковое состояние. Даже осмотрелась вокруг на случай, если она хочет заставить кое-кого ревновать. Но мы были одни в небольшом помещении, что служило коридором и соединяло гостиную и кухню.
— Мать, ты больна?
Я даже приблизилась к ней, пытаясь померять её температуру обычным прикосновением руки ко лбу. Но Аня отступила на несколько шагов, тихонько посмеиваясь.
— Нет. Я вполне серьёзно. Не упусти такое сокровище.
— Стараюсь, — недоверчиво глядя на неё, сказала я. — Вот думаю, как его на себе женить.
— Я знаю одну тайну, — приблизилась ко мне сестра, понижая голос. — А может уже и нет этой тайны. Точно не знаю, как обстоят дела на данный момент.
— О чём речь? — подалась я к ней.
— Я слышала, как Игорь ещё месяца полтора назад говорил Саше, что вы ещё не разведены, — на моём лице улыбка засветилась сама собой, я даже забыла, зачем собиралась к Дамизову. — Но сейчас уже всё может быть не так.
Я прикусила нижнюю губу. Это всё стоило обдумать. Но надежда — зараза — уже захватывала меня, наполняя от кончиков пальцев на ногах и до самой макушки. Интересно, если я спрошу у Громова напрямую — женаты мы или нет, — он честно ответит?
— Нииик, — позвала меня сестра. — Ты собиралась устроить Саше террор. Так что давай не теряйся, а то ему последнее время легко живётся. И, если что, твоего Платонова я отбила. Но разнос от тебя ему не помешает, — улыбнувшись, Аня отправилась в свою комнату.
Точно! Платонов и скандал Дамизову.
Я направилась в кабинет, вот только всё время мысленно уплывала к своему замужеству. Рано меня Аня так порадовала, могла бы и чуть позже сказать, уже после того, как я закачу скандал её мужу. Тяжело вздохнув и собравшись с мыслями, я резко открыла дверь кабинета. Она даже громко стукнулась об стену, заставив меня поморщиться и прислушаться к тому, что происходит на втором этаже. А то — не дай Бог — я разбужу мелкую террористическую группировку. Поняв, что мой неосторожный жест к ужасным последствиям не привёл, я вошла, и, закрыв за собой дверь, смерила Дамизова самым злым взглядом из своего арсенала.
Саша сидел за своим столом, подперев подбородок рукой. Как всегда — в идеальном виде — классический костюм, белая рубашка, аккуратная укладка. Нафига вот, он же дома? Всё своё внимание Дамизов уделил моей персоне, насторожено глядя на меня. Я же стояла и просто прожигала его своими глазами. Ну, я на это надеюсь. Потому что сосредоточиться на бушующей во мне ранее злости уже не могла. В голове мысли все были о Громове, на лицо лезла улыбка.
— Злишься? — приподнял свои пшеничные брови Саша.
— Сам додумался или кто подсказал? — я прошла в кабинет и уселась в кресло напротив мужчины.
Александр тяжело вздохнул и потёр переносицу. Да я знала этот жест, и я с ним полностью согласна, со мной трудно договориться.
— Ника, ты должна меня понять, — Саша пытался подобрать слова. — Ты сестра моей жены. Более того, я знаю тебя с детства и ты мне не безразлична. — Я, всё так же молча, продолжала на него смотреть — что ещё скажет? Вдруг что интересное. — Ты пострадала, и это хорошо, что не сильно, а могло быть хуже…
— Вот именно Саша! Могло быть хуже, если бы не Максим! Ты это в свою голову взять не можешь? Я даже не ожидала подобного. — Я поднялась из кресла и облокотилась на стол руками, нависая над Дамизовым. — Конечно, мне взгляд этой суки не понравился и я повернулась в сторону Макса, и не видела то, что она собиралась сделать. Но если бы Платонов плохо выполнял свою работу, то на его месте могла быть я. И то — если бы выжила. Максим выше меня, а значит, порция кислоты попала бы мне в лицо. И только благодаря ему, я сейчас стою тут перед тобой, живая и невредимая.