Горн Стихий (СИ)

— Почему, почему… — буркнула я, старательно гоня прочь из головы навязчивые образы. — Может, просто хоть какие-то зачатки совести у него есть.
— Вот ничего-то ты не понимаешь, — Прядущий словно иного ответа и не ждал. — Только тут проблема еще в том, что кое-чего не понимает и Руслан. Точнее, попросту не знает. На сколько он тебе дал отсрочку? На две недели ты уговорила? Ну ничего, подождем… Я все-таки буду надеяться на лучшее.
— Это на что, например?
— Ну хотя бы на то, что Руслан впервые в жизни отступится от своих принципов и нарушит данное тебе обещание. И еще на то, что ты умудришься не погибнуть за это время. Нет, ну это же надо было впутаться в испытание Равновесия… Впрочем, чему я удивляюсь? Это же ты. У тебя по-другому не бывает.
Я даже возмутиться не успела, как Прядущий вдруг очень серьезно добавил:
— Ты же знаешь, я не могу многое тебе рассказать, хотя безумно хотел бы. И пусть главное, так и останется под запретом, но я очень жду одного момента. Момента, когда я смогу тебе показать одну из тех Нитей твоей Судьбы, которую ты уже миновала.
— Это какую? — нахмурилась я.
— Что было бы, если бы вы с Русланом соединили талисман. Еще тогда, когда ты впервые в его мире оказалась. Помнишь ведь, он тебя похитил, догадываясь, что есть некая загвоздка в соединении половин. Я нарочно сохранил эту Нить прошлого, чтобы показать тебе однажды, как все могло бы быть… Но я все же надеюсь, что обойдется без этого.
— Прядущий, я тебя не понимаю, совсем запутал, — мне даже не по себе стало.
Но паучок не стал ничего отвечать, да и впереди уже показалось здание школы. Я ускорила шаг.
Увы, в школу Вадим просто-напросто не явился, и мой, как мне казалось, гениальный план оказался под угрозой срыва. Так что настроение у меня было не ахти. Особенно, если сюда еще добавить Руслана, который сидел рядом со мной и уже только одним своим присутствием выбивал из колеи.
— И смысл тянуть время? — под его пристальным взглядом мне было очень не по себе. — Что тебе дадут эти две недели?
— Руслан, извини, — буркнула я тихо, опасаясь, что Надежда Петровна услышит, — но это уже мое дело. Я попросила, ты согласился, вот и не лезь теперь.
Он усмехнулся.
— Наглая.
— У меня был хороший учитель, — я снисходительно похлопала его по плечу. — Так что теперь пожинай плоды своего дурного влияния.
— Нет бы чему-нибудь хорошему у меня научилась, — он с демонстративным укором покачал головой.
— Вот если бы было в тебе хоть что-нибудь хорошее, Полянский, то, может, и научилась бы, — мило улыбнулась я.
Руслан приглушенно засмеялся.
— Молодец, достойный ответ. Такими темпами я буду скоро тобой гордиться.
Несколько секунд молча друг на друга смотрели, но я не выдержала, отвела глаза.
— Ты мне так и не ответила, — напомнил Руслан. — Зачем тебе две недели? Если ты рассчитываешь, что я передумаю за это время, то даже не надейся.
— Ну чего ты ко мне с этим вопросом привязался? — насупилась я. — Ты мне, между прочим, слово дал.
— Я в курсе, — парировал он. — Но я дал слово, что не буду раньше срока на тебя посягать. А задавать вопросы я имею полное право. Хотя можешь и не говорить ничего, я и так прекрасно догадываюсь. Либо ты наивно надеешься, что я вдруг каким-то чудом превращусь в джентльмена и освобожу тебя от данной мне клятвы. Либо, что вероятней, намерена за эти две недели провернуть какую-то сомнительную аферу.
Я старательно сохраняла невозмутимый вид, да только от Руслана сложно было что-то скрыть.
— Ага, значит, так и есть, — хмыкнул он, не сводя с меня внимательного взгляда. — Но извини, Карина, вынужден разочаровать, как-то выкрутиться я тебе не позволю. И уж точно не воспылаю благородством и не отменю наше соглашение.
— Я в курсе, что ты и благородство — понятия не совместимые, — холодно ответила я. — Ты мне это уже не раз доступно объяснял, можно и не повторять. А затеяла я что-то или нет — тебя вообще ни разу не касается. Я не собираюсь отчитываться перед таким бессовестным эгоистом как ты.
 
— Карина, ты у меня дождешься, я вплотную займусь твоим перевоспитанием, — с усмешкой пригрозил мне Руслан.
— Нашел чем пугать, — я фыркнула.
— Посмотрим, что ты через две недели скажешь, — невозмутимо парировал он.
Я снова покраснела и отвела глаза.
— Насколько я понимаю, Деккер не в курсе, — как бы между прочим продолжил он.
— Если бы Андрей был в курсе, то от тебя бы уже и пылинки не осталось, — фыркнула я.
— Тогда почему ты ему не скажешь? — в голосе Руслана открыто слышался вызов.
Я помрачнела еще больше.
— Полянский, ты издеваешься?
— Вовсе нет, — Руслан невинно улыбнулся. — Просто посуди сама. Раз ты считаешь, что твой обожаемый Деккер меня как муху прихлопнет, то возьми и расскажи ему о нашем договоре. Не будет меня — не придется тебе его выполнять.
— Ты, конечно, противный, — пробурчала я, — но твоей смерти я не хочу, — и тут же завелась: — Хотя о чем это я, помирать ты явно не собираешься. Тебе лишь бы Андрея спровоцировать, чтобы повод был его прибить. Нет уж, Полянский, ничего я ему не скажу, обойдешься. Паладинов и так мало осталось. Их нужно беречь как исчезающий экзотический вид.
Тут уж Руслан не выдержал и засмеялся в голос.
— Что это тебе там так весело, Руслан? — вкрадчиво поинтересовалась Надежда Петровна.
Он все еще не мог унять смех, так что просто замотал головой.
— Карина! — рявкнула учительница.
— А я-то что? — не поняла я. — Я тут не причем! Я вообще тихо сижу!
— Ты-то как раз и причем. Сам по себе бы Руслан хохотать не стал. Значит, ты ему что-то такое сказала. Так что виновата именно ты!
Жесть — логика. Я чуть не задохнулась от возмущения. Руслан, как истинный джентльмен, с самым праведным видом закивал в подтверждение слов учительницы, продолжая смеяться.
— Вон из класса оба, — Надежда Петровна указала на дверь.
— За что? — возмутилась я.
— Ты за болтовню, а Руслан за смех, — невозмутимо ответила она. — Давайте-давайте. После уроков решу, что с вами делать.
Руслан даже не пытался изобразить раскаяние, и провожаемые взглядами всего класса, мы с ним вышли из кабинета в пустующий коридор.
— Полянский, — мрачно буркнула я, — я тебя ненавижу.
— Взаимно, Лагинова, взаимно, — довольно улыбался он, — пойдем отсюда.
— Куда? — не поняла я.
— Да хоть куда, — Руслан пожал плечами. — Не под дверью же класса стоять.
— Ты как-то малость безответственно относишься к учебе, — я наивно попыталась его укорить.
— Не поверишь, но для меня это своего рода развлечение, — он усмехнулся, — тем более тут под боком постоянно ты.
— Тоже как своего рода развлечение? — поинтересовалась я нехорошим голосом.
— Ну можно и так сказать, — он вдруг притянул меня к себе.
— Руслан! — тихо взвыла я, пытаясь его оттолкнуть. — Ты что, сдурел?
— Ну подумаешь, обнимаемся посреди школьного коридора, — он невозмутимо улыбался, — что тут такого-то?
— Да нас с тобой сразу из школы выгонят! Они же двинутые на моральном облике! И если тебе по барабану, то меня родители убьют на месте!
— Не убьют, — заверил меня Руслан, — я украду тебя раньше.
— Украдешь меня?.. — я обомлела.
Едва сдержала рвущуюся с языка тираду на тему того, чтобы он это сделал прямо сейчас. Да так, чтобы Паладины не догадались, что я у него. И тогда можно беспрепятственно быть вместе, не опасаясь за его жизнь. Но разум вовремя напомнил, что Руслан моих пылких восторгов не разделяет и испытывает лишь тягу талисмана, не больше. И то осталось ему ее чувствовать каких-то девять дней, после чего она исчезнет в любом случае.
— Украду, Карина, украду, — он с улыбкой на меня смотрел, — в один прекрасный день, когда мое ангельское терпение кончится. Ты даже не представляешь, насколько велик соблазн забрать тебя прямо сейчас и запереть в моем мире на эти две недели. Чтобы ты уж точно никаких глупостей не натворила.