Горн Стихий (СИ)

— Врагу не сдается наш гордый Варяг! — и двинула к выходу, по-прежнему держась рукой за стену.
У дверей из зала меня ждала очередная подлость. Подчиняемые какой-то вражеской силе створки туда-сюда плавали вдоль стены, а ручка так вообще описывала круги, и я никак не могла схватить ее. Только чудом я умудрилась уцепиться за нее и кое-как открыла дверь. Буквально вывалилась из зала на балюстраду и ахнула. Огороженный витыми перилами коридорчик к лестнице в холл извивался змеей во все стороны одновременно, едва я на него ступила. В очередной раз сказала «спасибо» своей бурной молодости, несмотря на ходящий ходуном пол, я умудрилась добраться до лестницы, ни разу не упав. Замерев у начала ступенек, я перевела дыхание, собираясь духом. Лестница выглядела мирно и не шевелилась, но я ясно чувствовала, что стоит мне начать спускаться, как она тут же попытается меня уронить.
— Не дождетесь, — гордо ответила я невидимому врагу и вцепилась рукой в массивные перила.
Удалось это только с третьей попытки, они подло ускользали. Едва я шагнула на первую ступеньку, двери внизу в холле открылись, и вошел Руслан. Сразу же заметил меня и остановился.
Это был самый жуткий спуск по лестнице в моей жизни. Старательно сохраняя гордую осанку королевы и грациозную походку (ну, по крайней мере, я была уверена, что мне это удается), я спускалась по прыгающим и качающимся ступеням. И если сначала Руслан смотрел на меня без всяких эмоций, то уже к концу моего героического спуска он улыбался и даже несколько раз порывался пойти мне навстречу, но я останавливала его напыщенным «Я сама». И я почти преодолела эту полосу препятствий, оставалось всего пять ступеней, но подлые невидимые враги применили новый прием, куда-то резко дев опору у меня из-под ног. И «гордая грациозная королева» рухнула вниз в лучших традициях мешков с картошкой. Благо, Руслан поймал меня, прежде чем я расквасила нос.
— Что тут смешного? — обиженно пробурчала я, уткнувшись ему в пуховик.
Как Руслан вообще мог надо мной смеяться, когда я так рисковала жизнью! Быть может, он, как и народ в зале, не замечал происходящего? На этой версии я и остановилась. Учитывая, что он держал меня за плечи, равновесие было намного легче сохранять, я огляделась по сторонам — подслушать нас было некому, поднялась на цыпочки и прошептала Руслану на ухо:
— Опасайся ступенек, они заколдованы!
Руслан почему-то не пугался моим предупреждениям, я обиженно засопела.
— Я же серьезно! Ты бы видел, что с ними творилось!
— Я видел, — с улыбкой смотрел на меня Руслан, — сколько ты выпила?
— Между прочим, ничего такого я не пила, — обиженно парировала я. — Всего лишь сок. С чем-то там… — пока это «что-то там» упорно не вспоминалось.
Я хотела дальше произнести тираду на тему своей стойкости и уникальности, но из зала на лестницу вырулила стайка девиц, которые, видимо, шли на перекур на улицу. Как назло, все были из нашего класса и тут же нас с Русланом обступили, обсыпав его радостными вопросами на тему того, что он тут делает. Высказалось предположение, что он как бесплатный бонус к трем пожарникам, и смеющегося Руслана едва не потащили наверх, но я вцепилась в него мертвой хваткой и намерена была отстаивать до конца. Но все же испепелять никого не пришлось.
— Красавицы, брысь отсюда, — отфутболил кокетливую толпу Руслан.
Второй раз повторять не пришлось, девицы, игриво хихикая, упорхнули на перекур.
— Пойдем отсюда, нам спокойно поговорить не дадут, — по-прежнему меня держа за талию, чтобы я не свалилась, Руслан довел до пустынного гардероба и усадил в стоящее возле стойки кресло.
— Так что ты хотела мне сказать?
Я несколько секунд молча смотрела на стоящего напротив Руслана, он в свою очередь не сводил с меня глаз.
— Так что? — Руслан явно был напряжен.
— Ничего особенного, — запоздало оробела я, отводя глаза. Даже встала, чтобы трусливо сбежать, но Руслан тут же придержал меня за плечи. От пронзительного взгляда дымчато-синих глаз невозможно было ничего скрыть.
 
— Карина, я тебя слушаю.
И я сказала. Хотя до последнего казалось, что духу не хватит.
— Я люблю тебя, — даже голос не дрогнул. — Очень-очень. Даже сложно описать насколько, это порой просто как безумие, но… — мысль оборвалась, я просто повторила: — Руслан, я очень тебя люблю.
Почему-то сразу же стало так легко на душе, словно бы непомерный груз свалился. Но лишь на мгновение.
Руслан без каких-либо эмоций молча на меня смотрел. И эти секунды его молчания показались мне самыми долгими и мучительными в жизни.
— Я просто хотела, чтобы ты знал, — спешно пробормотала я, отведя взгляд. — Тебя это, само собой, ни к чему не обязывает и…
Взяв меня за подбородок, Руслан заставил встретиться взглядом.
— Почему? — перебил меня он странным голосом.
— Что почему? — не поняла я.
— Почему тогда ты бегаешь от меня как от чумы? — Руслан говорил спокойно, но я чувствовала, что это лишь видимость. — Почему пресекаешь любую мою попытку сблизиться с тобой? Почему ты вернулась к Деккеру?
— Я не возвращалась к Андрею, у меня и мысли такой нет, — возразила я. — Просто Олег специально тебе это сказал.
— Зачем? — Руслан резко нахмурился.
— Чтобы ты держался от меня подальше, — честно ответила я, — на всякий случай, для перестраховки.
Руслан не успел ответить, в гардеробную заглянула Маша.
— Ой, Русланчик! А я-то думаю, кто тут разговаривает! — радостно выдала она, накручивая на палец свою блондинистую прядь. — А ты тут откуда?
Руслан на мгновение досадливо поморщился.
— Марусь, у нас тут тет-а-тет, понимаешь?
— Понимаю, понимаю, — заквохтала она сочувственно, — не буду вам мешать, — и она ретировалась.
Но и пяти секунд не прошло, как она заглянула снова.
— Но вы, когда договорите, поднимайтесь к нам! — и упорхала.
— Где твои вещи? — тут же спросил Руслан.
— А что? — не поняла я.
— Нам здесь не дадут поговорить, — пояснил он, оглядывая вереницу вешалок. — Тем более времени не так много, тебя скоро вырубит.
— В каком смысле вырубит? — перепугалась я.
— Похоже, ты слишком много выпила, можешь попросту отключиться в любой момент, — пояснил Руслан, подавая мне мой пуховик.
Оделась я сама. Но до машины он нес меня на руках, объяснив это тем, что проще меня сразу отнести, чем через каждые пару шагов подбирать и ставить на ноги. Впрочем, я не возражала. Нагло обнимала его за шею и изображала прекрасную даму.
Лексус стоял рядом с крыльцом гостиницы, я перекочевала на пассажирское сидение и даже не стала спрашивать, куда поедем.
— Твои родители дома? — поинтересовался Руслан, заводя машину.
— Нет, они в деревню уехали, а из-за морозов пока не могут вернуться, — пояснила я, — а что?
— Значит, можно их не предупреждать, что ты не придешь ночевать. Судя по всему, нам с тобой предстоит очень долгий разговор. Давно уже пора во всем этом разобраться, безо всяких недомолвок.
Я вздохнула, мой энтузиазм иссякал с каждой минутой.
— Тебя удивляет моя реакция? — вдруг спросил Руслан, мельком скользнув по мне взглядом.
— Честно говоря, да, — не стала отрицать я, — я не думала, что для тебя это имеет значение.
— Если бы для меня это не имело значения, я бы не приехал.
Очень хотелось развернутого объяснения, чего-нибудь типа «Все дело в том, что я безумно тебя люблю!», но разумом я прекрасно понимала, что это лишь мои фантазии, поэтому спрашивать не стала.
Мы приехали к Руслану домой. Я уже более или менее оклемалась и могла идти сама, но он не стал меня слушать и поставил на ноги только в прихожей своей квартиры.
— А тебе тут не одиноко одному? — неожиданно для самой себя спросила я, разувшись и сняв пуховик с шапкой.
— Я привык к одиночеству. А что ты предлагаешь? Чтобы я завел себе хомячка? — усмехнулся он, нагло приобняв меня за талию и проводя на кухню.