Легенда о Спящем (СИ)
— Кажется, вон те палатки принадлежат Поющим Жаворонкам. Они пару раз к нам приезжали на торжище, — Март внимательно рассматривал суетящихся внизу косматых людей, — Эх, нет. Никого не узнаю.
— Может, пройдёмся по торговым местам? — предложила княжна, — У Изгоев бывают очень интересные вещи по невысоким ценам.
И она как-то странно посмотрела на меня.
— Что? — не понял я, оглядывая свою одежду.
— Мне неловко просить, но не мог ли отважный воин Молчун занять в долг, под честное слово, княжне Врановской немного средств?
— Каких? — опять не понял я, и остальные с интересом уставились на меня.
Девочка вздохнула и по слогам сказала:
— Оплата. Моего. Спасения. Тот мешок, он в твоём рюкзаке.
Я вспомнил про тот самый мешочек, что передала мне княжна ещё в крепости, хлопнул себя по лбу:
— Тьфу ты! Да какая же это оплата! Я и забыл про неё! Забирай, мне ничего не нужно!
Открыл рюкзак, среди прочего барахла нащупал и протянул мешочек девочке. Такого изумления я давно не видел!
— Это же твоя добыча! — ответила мне княжна и засунула руки за спину.
— Забирай! — я буквально насильно втиснул тканевый свёрток в её руки, — Добыча забирается у поверженных врагов, а не у спасённых друзей!
Ворона перевела внимательный взгляд с меня на мешковину, потом на княжну и спросила:
— Это то, о чем я подумала? Это твоё приданое?
Анастасия молча кивнула и со слезами на глазах развязала горловину.
— Ого! — прошептал Март, — В жизни ещё столько золота и украшений не видел.
— Да, брат! Одним словом — княжеский подарок! — Крюк хлопнул меня по плечу.
Я поднял глаза и увидел странный взгляд Вороны. Она снова рассматривала меня так, словно увидела в первый раз в жизни:
— И ты всё время таскал ЭТО с собой? Почему не рассказал мне?
— Забыл! — пожал я плечами равнодушно. Ну, действительно, что такого-то? Брюлики я не видал, что ли?
Княжна выложила на скособоченный столик что-то напоминающее детскую игрушку-шарик с искусственным снегом внутри. Только вместо ёлочки там плавало Зерно Силы. Мышонок спрыгнул с моего плеча и принялся обнюхивать прозрачный шар.
— “Глаз Предка”, — прошептала она, — Семейная реликвия, позволяющая присматривать за детьми и внуками.
Она бережно отставила игрушку в сторону, высыпала, не глядя, золотые монеты на пол и продолжила выкладывать на стол небольшие предметы, в каждом из которых так или иначе наличествовало Зерно Силы:
— “Воля Неба”. Защищает твои мысли от чтения. “Счастливая рука”. Позволяет лечить недуги, полученные от соприкосновения с Мутью. “Игла Матушки-Совы”. Проникает через любую ткань и кожу почти без усилий… И вот, главное.
Княжна осторожно вытащила маленький комочек стеклянных ниток, вдруг резко бросила его к потолку и провернулась под ним.
— “Вранова Паутина”, — прокомментировала Ворона, выхватила меч и ударила им плашмя. Мы ахнули, а девочка лишь улыбнулась: меч с лязгом отлетел от тонкой серебрящейся вуали, которая, словно плащ, накрыла её.
— Неуязвимая защита, и ещё, — Анастасия повернула Зерно Силы, выполненное в качестве защёлки, — Хороший способ стать незаметной.
Паутина замерцала и княжна исчезла, только носки её сапожек по-прежнему притоптывали на том же самом месте.
— Обалдеть. Молчун, ну ты дал! — Март тоже хлопнул меня по плечу, — Таскал на себе наследие Вранов и молчал!
— Говорю же — забыл!
— Забыл он… Когда всё закончится, расскажу нашим друзьям в столовке Мясухи, о том, какой ты дурень!
И я не стал ему напоминать о том, что все наши друзья из крепости мертвы…
Глава 6. Не будите медведя!
Крысятник — крупнейшее круглогодичное поселение бывшей Москвы. Насчитывает около 15 000 человек постоянного населения, и порядка 4–5 тысяч пришлого. Крупнейший торговый город. Делится на 2 части — Верхний город (на поверхности) и Нижний Город, три станции метро, объединенные одними тоннелями. Важные события: Весенний Бал в Буграх, резиденции Колоды, и Большая Осенняя Ярмарка, на которую съезжаются большинство купцов со всей Руси.
Энциклопедия Ядерной Эры. Издание 3-е, дополненное. Святоч, 38-й год Я.Э., типография Патриархии СПД).
Бутаковская башня, когда-то бывшая штаб-квартирой какой-то канувшей в лету корпорации, представляла собой довольно занимательное зрелище. Её некогда нежно-голубые стекла были разрушены ударными волнами от недалёких взрывов, а белоснежные спиралевидные конструкции — обожжены ядерным пламенем, обветрены Мутью и проржавлены ядовитыми дождями и ледяными бурями.
Но, она устояла, в отличие от множества других небоскрёбов. То ли спиралевидная конструкция многократно превзошла по прочности всё окружающее её строительство, то ли внутри неё просто нечему было гореть… Как бы там ни было, с верхнего этажа башни открывался свободный вид на добрую треть развалин Москвы. И Враны, которые после окончания последней Войны Повелителей, осваивали эту высотку, позаботились о том, чтобы сделать пребывание своих воинов в ней безопасным.
“Конечно же”, думал княжич Мирон, преодолевая очередной бессчетный пролёт кое-как восстановленной лестницы, “отремонтировать всю Башню вряд ли под силам даже нам, Медведям. Ну, хотя бы от ветра центральную часть защитили, как могли — и на том спасибо!”
Он посмотрел вниз, в колодец лифта, шедший сверху вниз сквозь все этажи башни. Княжич получил неплохое по местным меркам образование и, хотя не имел понятие, что такое “лифт”, догадаться о функциональном назначении этого колодца для него не составило большого труда. Враны поместили на самой верхушке Башни хитроумный блок с верёвками, и теперь грузы можно было доставлять на этажи куда проще и быстрее. Клеть болталась прямо под ногами Мирона и тот задумчиво рассматривал обрывки верёвки, которые остались привязанными к полу деревянной конструкции.
— Я бы не стал подниматься на этой клети лично, — неправильно понял заинтересованный взгляд княжича его ближник, воевода Клыкастый, — Даже Враны использовали эту конструкцию только для доставки наверх воды, еды и снаряжения.
— Как ты говорил-то, зовут тех смельчаков, которые догадались использовать её для внезапного нападения на пост?
— Отец и сын Хлестовы, из рода Кровного ручья.
— Надо не забыть наградить их… Запиши! — бросил Бероев воеводе и, развернувшись, толкнул высокие двери, что вели на самый верхний этаж здания.
Бутаковская Башня росла, постепенно сужаясь кверху. Потому помещение наверху её размерами не поражало. Совершенно круглое, с одним сектором, отделённым сплошными бетонными стенами от остального помещения. Когда-то вместо стен здесь были стёкла; безумный огненный смерч вынес их, не оставив даже осколков, вместе со всей обстановкой. Остался только бетонный пол и чудом уцелевшие металлические рамы.
Впрочем, предыдущий начальник Башни любил комфорт, и постепенно самое высокое помещение в округе обзавелось новыми стенами. Фактически, неведомые строители создали заново сложные деревянные рамы, вставив в большом количестве остатки каких-то пластиковых панелей, металлического шифера и редких, небольшого размера, разноцветных стёкол. Из-за чего зала была покрыто полумраком даже в такой солнечный весенний день, как сегодня. А прозрачный свет снаружи, проходя через сотни разноцветных “окошек”, пятнал серые обожжённые стены многочисленными цветными солнечными зайчиками.
Княжич подошёл к деревянной кровати, провёл пальцем по рабочему столу, поднял несколько в беспорядке разбросанных по нему бумаг, сел в массивное кожаное кресло:
— А здесь неплохо! Прикажи служанкам Марины привести здесь всё в порядок.
Клыкастый кивнул затем, помедлив, вкрадчиво спросил:
— Ваше Сиятельство, а что нам делать с войском?
— А что с ним делать? Здесь, на нижних этажах, места всем хватит. Еды и воды тоже достаточно, ты же сам мне докладывал!
— Да, но жалованье… Как его будем платить? Ладно, наёмников можно уже и отпустить, они долей в добыче возьмут… Но поместному войску каждый день требуется по две тысячи жевелок, да и за погибших надо бы внести…