Адвокат-дьявол или любовь требует справедливости (СИ)

— Привет, златовласка! — он поцеловал ее и принюхался, — Чтобы я делал без тебя? Хоть твой запах вернет меня к жизни.
— Тебе больно? — моя сердобольная сочувственно посмотрела на его руку.
— Очень! Но если ты будешь заботиться обо мне, я быстро поправлюсь, — он прислонился носом к ее шее.
— Жаль, что работник отеля тоже пострадал, — грустно вздохнула миссис Джонс, — теперь ему придется выплачивал штраф и компенсацию.
— Рейчел, мистеру Джонсу, наверное, тяжело держать тебя одной рукой, — я протянула руку и хотела ее забрать, но Рэй отошел в сторону.
— Никаких проблем, Луиза, я много чего могу одной рукой, — сказал с неким намеком на что-то.
Вот, только на что?
— Рэйчел, иди ко мне! — Дик позвал ее на руки и, подхватив, направился с ней в сад.
— Может, позавтракаете с нами? — предложил Рэй.
Мы стояли напротив друг друга оба с подвязанными руками. Наверное, со стороны смотрелись странно и смешно.
— Спасибо, мистер Джонс, но я уже позавтракала…
— Луиза, мы тоже все позавтракали, кроме Рэя, но думаем, составить ему компанию, присоединяйся к нам, — умоляющим видом посмотрела на меня миссис Джонс. Я просто не смогла ей отказать.
За завтракам, все только и делали, что умиленно наблюдали за движениями Рейчел, поочередно обнимая и чмокая ее в щечку. Моя козочка прыгала, танцевала, напевая песенку, а потом вместе с диком принялась запускать воздушного змея.
— Хорошо, что Генри разрешил Рейчел забрать пса к себе, — довольно произнёс мистер Райан Джонс, — пусть щенок гадит на его газон, — от души рассмеялся он.
— А я так хочу, чтобы Рейчел жила в нашем доме, — мечтательно произнесла миссис Джонс.
— Почему бы и нет! — воскликнул Рэй. — Мисс Фернандес, вы может переехали в наш особняк. В этом доме уже все знают, что Рейчел не родная внучка старика Шелби, — в насмешливом тоне произнёс он.
— Спасибо, мистер Джонс, но я не приживалка в доме мистера Шелби! И хоть отношение ко мне там совсем иное, я все же выполняю свою обязанность и ухаживаю за пожилым мужчиной, — сдержанно проговариваю я.
— А мы тоже нуждаемся в ваших услугах! — иронично заявляет паяц, — У меня вот, рука, — он приподнял гипс, — отец, у тебя что там, радикулит? — обращается к отцу, — А у Джен вечная хандра, да и Говард постоянно жалуется на вздутие. Будем платить больше и исправно.
Все понимали что обстановка за столом накалялась.
— Господи, Рэй! Ну что ты так взъелся на бедную девушку? Что же она тебе такого сделала на банкете? Луиза, может ты скажешь? — обратилась она ко мне.
— Я… я просто случайно задела мистера Джонса
— Ага, коленом.
— Вы сами виноваты, мистер Джонс.
— Нечего раскидывать свои острые колени по сторонам!
— Нечего выставлять свой пах, на пути моих коленей, мистер Джонс!
— Да хватит называть меня мистер Джонс! — он бьёт левой рукой по столу, ложки, вилки взлетают, звенят от ударов об тарелку и… полная тишина.
Даже и Рейчел и Дик обратили свои взоры на нас и замерли.
— Ха-ха-ха, — смех мистера Райана Джонса прерывает эту тишину, — вот и ответ, почему мой сынок так взъелась. Ну вы уж, Луиза будьте аккуратнее в следующий раз, я все-таки хочу увидеть своих внуков от Рэя, — улыбаясь говорит мне, — Надеюсь у тебя все нормально там, сынок? — обратимся к сыну.
— Не знаю, папа — пристально смотрит на меня и качает головой. — Из всех присутствующих здесь медицинское образование только у мисс Фернандес, может она осмотрит и успокоит нас.
Мистер Говард Джонс, который все это время молчал, внезапно поперхнулся и начал кашлять. Все ринулись наливать ему воду, бить по спине, все, кроме меня и Рэя. Мы так и сидели по противоположным сторонам от стола и сверлили друг друга взглядом.
— Прошу прощения, — обратилась я ко все, как только все улеглось, — я пойду, надо помочь с подготовлением к банкету. Увидимся вечером, — встала из-за стола.
— Я провожу вас, — почти одновременно сказали мистер Рэй и его отец. — Луиза, — добавил пожилой мужчина, дав понять сыну, что с ним спорить не надо. — Проведаю старика Генри. Надо окончательно наладить отношения до банкета.
 
Рэй так и остался сидеть за столом с озлобленным видом, ну а мы пошли через сад к пешей аллее.
— Вы не устанете, мистер Джонс? — поинтересовался я.
— Я хоть и старый, деточка, но вполне бодр и полон сил, — успокоил он меня. — Лучше, скажите мне, Луиза, что у вас с Рэем? — я сделал смущенный вид, — я прекрасно знаю своего сына, он еще ни никогда ни на кого так не смотрел, как на вас. Вы встречаетесь? — его вопрос в лоб вообще вогнал меня в недоумение.
— Нет, мистер Джонс, мы не встречаемся, — твердо сказала я.
Он посмотрел на меня внимательно, затем надув щеки и губы с каким-то сожалением выдохнул.
— Вы не обижайтесь, на него, дорогая. Он хоть и резкий, импульсивный, но в душе все еще ребенок, добрый ребенок. Рэй хочет казаться серьезным, чопорным, но на самом деле, он веселый и жизнерадостный. В детстве вообще был озорным хулиганом, столько хлопот мне доставлял. Он рос без матери, и как бы я не старался, я не смог заменить ему мать. Моя отцовская любовь была лишь отцовской.
— Мне очень жаль, мистер Джонс! Я тоже потеряла отца в детстве и прекрасно знаю, каково это.
— Да, но он не потерял, его мать жива, — спокойно произнёс мужчина.
— Жива? — удивилась я. — миссис Джонс жива?
— Не та миссис Джонс, чьи портреты висят в гостинной. Это моя первая жена, мать Говарда. Моя вторая супруга была на много моложе меня. После смерти Элизабет, я думал, что никогда не полюблю, пока не встретил Франческу. Красавица итальянка вернула мне жизнь, молодость, любовь. Так мне казалось, так я чувствовал. Я не замечал ее порочности, корысти, ненасытности. Был настолько слеп, что позволял и прощал ей все. Все оказалось ложью. Она не любила ни меня, ни Рэя. Когда ему было около шести, наши отношения с Франческой настолько накалились, что она решила избавиться от меня, — я непроизвольно закрыла рот рукой от услышанного. — Наняла киллера, хотела стать вдовой и наследницей всего состояния. Мои отношения с Говардом ухудшились по ее вине и я в порыве гнева лишил его наследства. Она на это рассчитывала. Но Богу было угодно, чтобы я остался жив, а ее план был раскрыт. Она отсидела свой срок, а потом перебралась в Мексику, где тоже не раз попадала за решетку. Рэй по своей внутренней доброте нескоро раз вызволял ее оттуда. Но она как была никчемной, так и осталась такой. Во время отбывания наказание в тюрьме, за попытку убийства меня, она попросила привести ей сына, хотела покаяться, извиниться перед ним. Но когда я привел его, она при нем сказала, что Рэй не мой сын. Шесть лет — это достаточный возраст, чтобы понимать такие вещи. Мальчик замкнулся, озлобился. И сколько бы я не твердил, что он мой, он был подавлен. Я отказывался проводить тест, полагая, что этим еще больше наврежу его психики. Да и не верил я Франческе и стопроцентно был уверен, Рэй — мой сын А он, хоть и не показывал вида, переживал по этому поводу. Когда я это понял, сделал тест, только для того чтобы успокоить его маленькое сердечко. Рэй не похож на меня, внешне он копия своей матери. Вы не представляете, как мы с ним плакали, когда получили этот несчастный результат. А потом… он наконец-то стал прежним, даже еще более озорным и жизнерадостным с рождением племянников. Мы стали одной большой семьей. Счастье казалось бесконечным, пока не случилось ужасное. После смерти Шелли он опять изменился, все изменились тогда, — закончив рассказ, мужчина тяжело вздохнул.
А я, пытаясь переварить весь поток информации о жизни Рэя, который хлынул на меня, не представляла себе, как вообще мать может не любить своего ребенка.
— Мистер Джонс, — стараясь унять свое потрясение, обратись. — я всегда считала своего отца, самым лучшим отцом на свете, но теперь и вы относиться к этому числу. И мистер Шелби, я надеюсь, что у них с сыном наладятся отношения. Жаль, что у моего Мартина отец не такой как вы, — с сожалением и задумчиво произнесла я.