Право на жизнь (СИ)
Тут же подумала о том, что так и не стану матерью. А ещё стало страшно за окружающих. Если я подхватила вирус, то теперь заразна для всех.
- А вдруг мы уже инфицированы? - спросила я, будто кто-то знал ответ на этот вопрос и мог мне ответить.
- С чего ты взяла? - Ксюша приуныла и забеспокоилась.
И вот что ответить? Решила сказать правду. Друзья должны знать о моём состоянии.
- Да с того, что не могу контролировать эмоции. Чуть не вцепилась во Влада лишь потому, что мне не понравились его слова. А ведь он ничего плохого не сказал, и обидеть никого не хотел.
Услышав меня, Ксюша звонко рассмеялась и махнула рукой.
- Всего лишь нервы! Всё это ерунда, пройдёт!
- Когда? - насупилась я, сверля её взглядом.
- Примерно через восемь месяцев, - её губы в улыбке растянулись от правого до левого уха.
- Да ну! - недоверчиво протянула я. - Не может быть!
- Вот тебе и «не может быть», - передразнила Ксюша и показала мне язык. - Гормоны бушуют, оттого и чрезмерно эмоциональная реакция на всё.
- Ну... - протянула я, осознавая её правоту. - Если так пойдёт дальше, то я со всеми переругаюсь.
- Мы будем делать скидку на беременность, - пообещал Алекс. Он наконец-то расстался со своей пожёванной зубочисткой, забросив её в дальний угол, и теперь сложил руки на животе, прикрыл глаза, будто собирался спать.
- Мне не нужны поблажки, - заявила я, снова заводясь. - Этого ещё не хватает! Беременность не должна изменить мой характер.
Борис развернулся спиной к окну и остался стоять, только теперь смотрел не вдаль, а на меня.
- Если так, то старайся сдерживаться, - он развёл руками. - Впрочем, я согласен с Алексеем, что нам необходимо помнить о твоём положении и стараться.
- Хватит! - прервала я его чрезмерно резко и, поймав себя на этом, добавила уже намного спокойнее: - Я не хочу выделяться из общества.
- Тогда и не выделяйся! - заявил Борис, наконец-то отходя от окна и садясь на свободный матрац. Тут же перешёл на другую тему: - Торговый центр ниже окружающих домов, поэтому слишком далеко не видно, что творится. Но пейзаж за окном довольно удручающий: высотные дома, увитые зеленью. Джунгли разгулялись не на шутку, отвоевав себе всё, что можно. Деревья исполинские, а листья плюща, обвивающего всё вокруг, больше моей ладони! Боюсь, что природа решила выжить своё человеческое дитя, передав жизнь в лапы зверей и в объятия растений. Человеку сложно бороться с такой конкуренцией. Пока вокруг бушует радиация и вирус зла, человечество обречено на вымирание. И никакие проекты по восстановлению жизни на земле не способны перезапустить программу вымирания.
От его слов мне стало не по себе. Уж больно пессимистично.
- Может, не всё так плохо, как ты описал? - попыталась я подбодрить себя и окружающих.
- Действительно, всё не настолько плохо, а намного хуже, - хмуро заявил он, будто стараясь запугать.
- Ты специально вселяешь в нас панику? - скрипнув зубами, осведомилась я.
Борис удивлённо посмотрел на меня, будто не понимая, почему я так решила.
- Ничего я не вселяю, - заметил он довольно беззаботным тоном, из-за чего стало понятно, что его слова о «намного хуже» стоит возвести в десятую степень, чтобы осознать масштаб катастрофы.
- А почему ты думаешь, что нам стоит бояться радиации? - откликнулась Таня, переключив внимание Бориса на себя. - Возможно, радиационный фон повышен только возле аварийной атомной станции, а в других регионах всё хорошо и спокойно. Вдруг в этом городе нет радиации?
Борис покачал головой.
- Было бы хорошо, если так, - в его словах засквозило сомнение. - Только мне думается, что реакторы взорвались везде, где только были. Вся земля - большая зона отчуждения. Невозможно обеспечить нормальную работу атомной станции, когда тебя поражает вирус. Слишком мало людей осталось в своём уме, чтобы удержать разбушевавшийся атом. Я уверен, что радиация вырвалась наружу. Иначе чем объяснить то, что везде либо выжженная пустыня, либо дикие заросли гигантских размеров?
Наши разговоры прервал стук в дверь и тут же раздался голос:
- Пойдёмте есть! - Мы вышли из своего убежища навстречу незнакомому мужчине. Он приветливо заулыбался и добавил: - Я провожу вас в столовую.
Глава 29
Мужчина провёл нас обратно в стеклянный зал, видимо, опасаясь, что мы заблудимся. Впрочем, на улице стемнело и брести нам пришлось в кромешной тьме, потревоженной жидким светом фонарика.
Стеклянный зал предстал пред нами в новом свете в полном смысле этого слова: свет снаружи отсутствовал и внутри зажгли свечи. Большое помещение, уставленное круглыми столиками, было заполнено людьми. При нашем появлении раздались приветственные возгласы и даже аплодисменты. Было видно, что нам рады. К тому же, наверняка, весть о том, что мы вызвали помощь, добавляла всем оптимизма.
Михаил пригласил нас за большой овальный стол. Здесь собрались многие из тех, с кем нам довелось познакомиться в первые же минуты своего пребывания в торговом центре. Разговоры свелись к тому, о чём говорили прежде, так что я пропустила всё мимо ушей, не желая участвовать в перемалывании одного и того же.
Ужин прошёл в дружественной обстановке. Никто не поднимал тему заражённых людей из подвалов и разгула радиации. Мы ели так, словно ничего не случилось. Будто мы не в заброшенном и жутком городе, а на пикнике в изолированной от всего мира России.
Ели мясо, запечённое на углях, запивали холодной водой. Ужин не слишком изысканный, но душевная атмосфера стала прекрасной приправой к незатейливому блюду. Мы прониклись добрыми чувствами к окружающим, ведущим себя крайне миролюбиво и беззаботно, словно все проблемы остались далеко в прошлом. Для наших новых друзей прибытие Фрейзера было избавлением от невзгод, поэтому они радовались, как дети. Действительно, если Фрейзер обеспечит всех сывороткой, то ни о чём другом волноваться не придётся. Можно будет покинуть город, кишащий инфицированными, и основать свободную колонию. Наверное, мне тоже стоит отмахнуться от всех проблем и наслаждаться жизнью, которую нам уготовила судьба, ведь другой жизни просто не будет.
Ужин сплотил нас с окружающими. Спать мы уходили в полной уверенности, что всё будет хорошо! Мы не одни, а значит, вместе мы - сила! Мы сможем побороть все трудности! Мы сделаем всё возможное, чтобы победить!
Перед сном плотно закрыли двери и забаррикадировали их - ночные гости нам были не нужны. Такие приготовления были для меня сродни шоку. Впервые доводилось спать в помещении, где ночью можно было ожидать вторжение монстров. Тут же произошла смена настроения: ощущение покоя, как рукой сняло. Уж лучше жить в джунглях, чем с таким соседством! Но на данный момент уже выбирать не приходилось.
Этой ночью мы даже разделись перед сном до нижнего белья и обмылись в тазу! Приятно было лечь в постель и накрыться одеялом. Постель душистой назвать не получилось бы, но вот «с душком» - это про неё. Лежалая, и запах соответственный. Однако это было мелочью жизни! Главное - чтобы к нам не вторглись жители подвалов.
На смену дневным переживаниям пришли ночные кошмары. В них я отчаянно отбивалась от нескончаемых носителей вируса зла. Они, как тараканы, лезли и лезли на меня из всех щелей, протягивая свои худосочные руки. Голодные обезумевшие глаза смотрели на меня с одним лишь желанием - убить и сожрать.
В какой-то момент я проснулась от чрезмерной реалистичности собственного сна! Явственно услышала жуткий рёв и грохот. Села на матраце и поняла, что мой сон давно уже не сон! В закрытые двери кто -то ломился! Слышался ор, дверь стонала от натиска тел!
- О, боже! - вырвалось у меня, и я судорожно вцепилась в одеяло.
Никто уже не спал. В свете предрассветной мглы я увидела напряжённые лица друзей. Девчонки были близки к панике, но не орали. Парни подхватились с мест и вооружились.
- Твою ж мать! - ругнулся Влад, замерев у двери. - Если их много, не отобьемся!