Право на жизнь (СИ)

- Вы что, сдурели? - закричал Влад, подскакивая к тем, кто продолжал изучать пульт управления. - Зачем клацаете непонятные кнопки? Вдруг это опасно?
Лёвик - зачинщик того предприятия - рассмеялся.
- Да ладно тебе! Не гоношись! Всё самое страшное уже произошло пятьдесят лет назад. Теперь здесь ничего не работает.
- Но свет же включился! - не сдавался Лёвик.
- Значит, нам повезло, - откликнулся кто-то из толпы, продолжающей исследование.
- Давайте всё же ничего не будет больше трогать, - попросила я, обхватывая себя за плечи. Так мне казалось, что я защищена немного больше. - Что за мальчишеские забавы? Вдруг нажмёте то, что ни в коме случае не должно быть включено?
Парни нехотя убрали руки от панели управления, но глаза их продолжили обшаривать каждый прибор.
Я ещё раз осмотрела помещение. Теперь оно не казалось настолько враждебным, как прежде. Свет рассеял мои страхи. Зато более детально выявил творившийся беспорядок. Было видно, в какой панике люди покидали это место. Они пытались спастись. Но удалось ли? Мне казалось, что мы стоим посреди братской могилы, а под ногами у нас не противогазы, документы и куски обвалившейся штукатурки, а могильная плита, из-под которой готовы вырваться наружу не упокоенные души погибших при страшной аварии.
  
Глава 14
 
Очередные инъекции сотворили чудо: Макс ощутил невероятный прилив сил. Раны перестали кровоточить и болеть. Он лежал на собранной в кучу ветоши и прислушивался к каждому звуку. Его запястья и лодыжки были закованы в кандалы. С такой амуницией теперь не побегаешь. Вначале надо снять цепи, а потом уже думать о побеге. Всех до одного пленника обрядили в кандалы, чтобы поубавить прыть.
После уколов тяжелораненые начали подавать признаки жизни, а те, у кого состояние здоровья было лучше, то и дело приглядывались, чтобы наметить план побега. Только охрана была такая мощная, что лучше было лежать и не высовываться. А то пообещали расстрел.
- Среди нас были девушки, - заговорил Макс, пристально глядя в глаза одному из охранников, который был ближе всех к пленным. - Где они?
Охранник расплылся в гаденькой улыбке и выдал:
- Те две красотки радуют наших мужчин. На то они и бабы, чтобы под мужиками лежать!
- Ах ты урод! - вспылил Максим, подскакивая.
Но охранник тут же двинул его в грудь, да так, что Макс, закашлявшись, свалился обратно. Кандалы причинили сильную боль, и парень поморщился, стиснув зубы.
- Будешь дёргаться, убью, - сообщил охранник, а затем добавил: - А ты думал, что мы ваших девчонок не тронем? Наивный! Наши бабы вымерли, а те, кто жив, не могут зачать. То ли у нас сперма дохлая, то ли у них по-женски нелады. А, может, и то и другое вместе. Эпидемия осталась в прошлом и теперь надо возрождать человечество. Ваши девки для нас на вес золота.
- Тогда почему вы их насилуете до тех пор, пока не умрут? - не удержался Борис, вспомнив, какие бесчинства творились в автобусах, пока везли всех в распределитель.
- Те, кто назначен конвоирами, перенесли эпидемию. Они были инфицированы, но их удалось подлечить. Они, вроде, не заразны. Болезнь не даёт о себе знать, но её последствия ужасны: людей периодически охватывает неуёмная злоба, но сыворотка сдерживает эти порывы. Мозги у переболевших совсем набекрень. Так что им важнее всего пожрать, получить плотское удовольствие. Тех женщин, что выжили после секса с конвоирами, поместили в лазареты, и учёные будут наблюдать за ними. Возможно, удастся вывести здоровое потомство.
Макс обалдел от услышанного. Что за дикость? Как можно рассчитывать на нормальных детей?
- О каком здоровом потомстве говоришь, когда в девушках семя заражённых мужчин? -вскипел Толик. У него аж скулы свело от напряжения.
- Теперь разные эксперименты будут проводиться, и не исключено, что от больных мужчин можно родить здоровых детей.
Толик застонал от ужаса, подумав о таком потомстве. В России все были здоровы, но всё же предпочитали зачать искусственным путём, чтобы исключить рождение нездоровых и слабых детей, а тут заведомо больные мужчины, носители вируса могут стать отцами. Кто же будет следить за здоровьем генофонда?
 
Максим же думал совсем не о потомстве, а о Лене. Неужели она сейчас пытается вырваться из лап местных мужчин? И сколько мужчин уже поглумилось над ней? От подобной мысли его нервно затрясло.
- Где женщины, которые были с нами? - повторил он вопрос.
Охранник перевёл на него удивлённый взгляд.
- Тебе что, неясно, что они сейчас заняты? Работают над повышением рождаемости на земле!
- Нет! - Макс, звеня цепями, озверело кинулся на собеседника. - Чем вы лучше тех, кто перенёс эпидемию? Вы такие же безумцы и скоты! Отпустите наших женщин!
Охранник врезал парню под дых, рядом с раной. Максим вновь закашлялся и завалился на колени. Охранник пнул его сапогом, и Макс упал обратно на одеяла.
- Лежи, придурок! - взревел охранник, ударяя прикладом по плечу. - Жить надоело? Или думаешь, что твой бунт спасёт девчонок? - Охранник помолчал с секунду и, ухмыльнувшись, спросил: - У тебя там возлюбленная? - и, не дожидаясь ответа, уточнил: -Рыженькая, или чёрненькая?
Максим удивлённо вскинул бровь, и чуть было не ляпнул: «а куда делась беленькая»? Но тут вспомнил, что Лена одета в мужскую одежду, да ещё обрезала волосы. Наверное, её приняли за парня. Он с облегчением вздохнул, и устало откинулся на спину, тупо уставившись в потолок. Девушек, которые попали в руки изголодавшихся мужчин, было жаль, но Макс был счастлив, что среди них не было Лены.
- А куда вы наших мужчин дели? - спросил Борис у охранника. Перевернулся на бок, бряцая кандалами, и зябко натянул на плечо ветхое одеяло.
- Прикрыли в надёжном месте, - тот не особо был охоч до разговоров, но делать всё равно было нечего, вот и решил попугать пленников обещаниями страшной участи. - Посмотрим, что делать с ними. Здоровых мужиков можно в наряд на станцию отправить. Обычно мы туда посылаем лишь неизлечимо заражённых, но они долго не протягивают. Максимум несколько суток, а потом помирают. Мы их оттуда даже не забираем. Ваши, возможно, побольше проживут, заодно и побольше сделают. А то новая партия неизлечимо заражённых пока не прибыла, так что воспользуемся подручным материалом.
Из всего сказанного было ясно лишь одно - всех собрались убить.
- А с нами что будет? - встревожился один из раненных.
- Как поправитесь, тоже в расход. Я же сказал - новая партия неизлечимых ещё не прибыла.
Макс сел по-турецки на своей импровизированной постели и, прищурившись, уставился в непроницаемое лицо охранника. Если бы не кандалы, он бы, наверное, уже сорвался с места, чтобы разыскать Елену.
- Зачем тогда нас лечите, коль всё равно убить хотите? - спросил он, заодно кося глаза в сторону, чтобы оценить количество охраны. Да уж, пока бежать нельзя - убьют.
- Вылечить вас легко. Сыворотку от всех хворей к нам цистернами завозят. Если бы не она, мы, наверное, давно передохли бы от радиации.
Лицо Максима настороженно вытянулось. Холодок плохого предчувствия пробежал по спине, заставив вздрогнуть.
- Радиации? - недоверчиво переспросил он. - Где-то здесь склад радиоактивных отходов?
Охранник хмыкнул, глядя на пленника и, видимо, заметил испуг в его глазах. Что уж говорить, радиацию боялись все.
- Склад, говоришь? - зачем-то переспросил он и ещё раз хмыкнул. - Склад был бы ерундой по сравнению с тем, что здесь находится.
Макс нетерпеливо заёрзал. Ну чего тот говорит недомолвками? Неужели так сложно сказать всё и сразу? Обязательно надо задавать наводящие вопросы? Впрочем, если без этого никак, то Макс был готов расспрашивать сколько угодно, лишь бы выведать всё. Надо пользоваться моментом, пока охраннику делать нечего, вот он и треплется, а остальные со злорадством смотрят, как меняются лица пленных по мере того, как они узнают о том месте, где они решились на побег.