Право на жизнь (СИ)

Конвоиров особо порадовало то, что девушка оказалась девственницей. Оказывается, девственность у них была настолько ценна, что переспать с невинной красоткой стало для варваров чем-то запредельно уникальным и приятным.
Я со страхом подумала, что меня ждёт, если они узнают, что я девственна. Но эта мысль померкла на фоне воспоминаний о том, как мой муж отказался заняться со мной любовью в брачную ночь лишь потому, что побрезговал испачкаться в крови. Подумав об этом, поморщилась. Внутри меня начал вскипать гнев. Невероятная обида на Кирилла накрыла меня с головой. Из-за его идиотских принципов, следующей на полу возле двери могу оказаться я.
От ужаса сжалась в комок. Дикие крики девушки разрывали мой мозг. Мне было жаль её, но страх за себя стал превыше всего. Человек десять глумились над беспомощным телом, и такое могло случиться с любой из девушек, которая ехала с нами в автобусе. Судя по всему, каждая из девушек боялась ни чуть не меньше меня.
- Успокойся, - услышала я голос Максима. - Я не дам тебя в обиду. Будь уверена, я смогу постоять за тебя.
Он обнял меня, как маленькую девочку, а я задрожала в его руках.
- Ты не сможешь противостоять десяти вооружённым мужчинам, - я вернула его к реальности. - Но пообещай мне, что если меня выберут для потехи, ты свернёшь мне шею.
Максим аж задохнулся от услышанного.
- Ты в своём уме? - напустился он на меня. - Я не смогу.
- Думаешь, что мне будет лучше, когда десять здоровенных мужиков растерзают моё тело?
Максим как-то странно посмотрел на меня, и мне показалось, что у него душа рвётся на части. Он часто задышал и вдруг поцеловал меня взасос. От неожиданности я замерла, но потом ответила на поцелуй. Это было странно, учитывая условия, но в то же время потрясающе приятно! Как глоток свежего воздуха, как бальзам на душу.
Всё закончилось столько же внезапно, как началось. Наши губы разомкнулись. Макс отстранился, а я замерла с непониманием в глазах.
- Зачем это? - спросила я, пытаясь сладить с головокружением.
Мы оба тяжело дышали, а на нас с любопытством поглядывали окружающие.
- Извини, не сдержался, - произнёс он, сгребая меня в охапку.
Я чуть не вспылила, но вспомнила, что, во-первых, не стоит привлекать к себе внимания ненужными перебранками, а во-вторых, для всех окружающих мы - муж и жена, раз на нас одинаковые брачные браслеты. Значит, как муж, он имеет право целовать меня, да и не только целовать... Эта мысль заставила меня содрогнуться.
- Больше не делай так, - тихо, сквозь зубы попросила я. - Не забывай, что я - жена твоего брата.
Максим глубоко и печально вздохнул, скрипнул зубами, и уточнил:
- Вдова.
Это слово, будто плёткой ударило меня по телу. Я дёрнулась. Любовь к Кириллу всё ещё жила во мне. Но Кирилл уже не мог разделить со мной мои чувства. А тут ещё этот чёртов поцелуй Макса смешал моё сознание. Я ощутила к Максиму нечто странное, очень похожее на то, что испытывала к Кириллу, когда мы только начали встречаться.
Я в шоке отпрянула от Макса. Вот так неожиданный поворот судьбы! Забрав у меня старшего сына семьи Минаевых, жизнь подсунула мне младшего. Это что, утешительный приз? Что за берд!
Сердито зыркнув на Макса, я демонстративно отвернулась. Пусть сам поймёт, что со мной его любовные штучки не прокатят. Не знаю, что ждало нас в дальнейшем, но ни поцелуи, ни секс с Максом не входили в мои планы.
Тут решётка открылась, и внутрь впихнули раздетую и истерзанную девушку. Она вся была в кровоподтёках и ссадинах. Раскорячившись, еле добрела до первого попавшегося сидения и завалилась на него. По её ногам текла кровь, смешанная с семенем насильников. Девушку истязали с особым зверством, отчего она не смогла нормально сидеть и потихоньку сползла на пол, чтобы лечь на бок.
Девушки, сидящие неподалёку, бросились к ней на помощь. Они попытались оттереть её тело от крови и слизи, но унять боль страдалицы не могли.
- Дайте, пожалуйста, банку с мазью! - попросила девушка, пытавшаяся помочь бедняге. Один из насильников подошёл к решётке, глянул на истерзанную и, сплюнув на пол, заявил:
 
- Ей уже ничто не поможет.
Через пару часов измученная девушка умерла. Её тело выбросили из автобуса. Не успели мы отъехать, как несколько озверевших мужчин, обитающих в этой местности, набросились на неё и принялись отгрызать мясо с костей.
От увиденного я чуть не потеряла сознание. Я тихо поскуливала, уткнувшись лицом в ладони. Макс стиснул меня в объятиях, желая оградить от всех бед. Так мне стало спокойнее.
А автобус всё ехал и ехал. Нас увозили всё дальше от России...
* * *
Макс прижал к себе Елену, стараясь ободрить и утешить. Её тело вздрагивало в его объятиях, а он гладил её по голове и не мог поверить в реальность происходящего. В одно мгновение вся их жизнь перевернулась. Кирилл мёртв, родители неизвестно где, и только хрупкая девушка, ставшая вдовой его брата, безутешно всхлипывала, ища у него защиту.
Максим вспомнил их первую встречу, когда они с братом летели на аэромобиле в центр передовых технологий биоинженерии и кибернетики. Шёл сильный дождь и заливал лобовое стекло так сильно, что всё вокруг казалось размазанными разноцветными пятнами. И вдруг сильный удар подбросил его и Кирилла. Аэромобиль врезался во что -то и начал пикировать вниз на аварийном двигателе. Оказавшись на земле, братья выскочили под дождь. Метрах в десяти валялся ещё один аэромобиль, но технологически он был оснащён куда хуже, поэтому аварийного двигателя у него не было, и он просто свалился наземь.
Максим с Кириллом бросились к пассажиру, зажатому в искорёженном агрегате. Кирилл вышиб лобовое стекло и юркнул в салон. Оттуда он вылез с бесчувственным девичьим телом.
Реанимационный аэромобиль уже подоспел на место аварии.
- Сегодня это уже четвёртый случай, - сообщил врач, укладывая девушку на носилки. -Аэролокационная система даёт сбои, вот и бьются все, как мухи о стекло.
Придя в себя в больничной палате, девушка удивлённо посмотрела на Кирилла и Максима, находившихся возле её койки.
Вот так трагический случай свёл их с Еленой. Макс влюбился в девушку по уши. Он готов был часами сидеть с ней рядом и держать за руку. Он замечал, что его внимание приятно ей. Но Елена понравилась не только Максу, но и Кириллу. И тут его обаяние, интеллект и
мощное тело проложили путь к сердцу Елены быстрее, чем романтические ухаживания Максима.
Елена предпочла Кирилла, хотя Макс частенько замечал, как она задумчиво смотрит на него самого, будто пытаясь понять что-то.
- Чем он лучше меня? - как-то спросил Макс, потеряв надежду на любовь девушки.
- Ничем, - она улыбнулась. - Просто с ним у меня возможно будущее, а с тобой - нет. Никто не допустит союз двух обычно рождённых, так что давай больше не будем возвращаться к этой теме.
Максим и сам знал, что его чувства должны угаснуть ради счастья Лены. Она должна стать женой Кирилла. А ему самому достанется радость стать дядей для их детей...
Но это всё было в пошлой жизни. В той, возврата к которой не было. Их мир разрушен. Кирилл мёртв. Максим и сам не понял, как он посмел поцеловать Елену. Ведь он не относится к семейству стервятников, пирующему на чужом горе. Он просто должен защитить жену брата. Вернее - вдову.
Он опустил голову и увидел брачный браслет, надетый на его собственную руку. Получается, что он и есть её муж.
Макс тяжело вздохнул. И как ему пережить все эти жуткие превратности судьбы? Как защитить хрупкую девушку, когда вокруг творится немыслимый беспредел? Насилие, смерть, избиения были нормой. Каждый, кто осмеливался хоть как-то «высунуть голову» из толпы, получал прикладом по макушке. Страшно было не только жить, но и дышать.
   
Глава 6
 
Дорога казалась нескончаемой. Мы сбились, считая дни. Поездка была безмерно утомительная и опасная. То нападения извне, то конвоиры развлекались с девушками, то избивали пленников, которые оказались чем-то неугодны им. Каждый раз я ждала, что очередь дойдёт до нас с Максом, но так уж получилось, что наши места были в конце салона и конвоиры сюда не заходили: видимо, боялись бунта. Хоть у них были автоматы, но пленники могли отобрать оружие, поэтому нас держали постоянно за решёткой, небольшими группами выпуская справить нужду.