Кофейня леди Мэри (СИ)

– Эльф? – изумленно уточнил отец. – Ты меня заинтриговала, милая.
– Сейчас заинтригую еще сильнее, – улыбнулась я. – Он согласен на встречу только после твоей клятвы.
– Даже так, – задумчиво проговорил отец. – И в чем именно я должен поклясться?
– В том, что ему не угрожает ни малейшей опасности со стороны кого-либо из моих родственников-демонов. То есть ему нужны гарантии безопасности, пап. Полной безопасности.
Отец хмыкнул.
– Могу побиться об заклад, что дело в Аристане. Ну и заодно его должности при императорском дворе. Ладно, допустим, я поклянусь, и твой брат не сможет ничего сделать, ни как демон, ни как начальник службы безопасности. Как скоро после этого я смогу увидеть твоего помощника?
– В течение часа, пап.
– Очень интересно… И наводит на определенные размышления… Необычные у тебя знакомые, дочь. Что тот помощник, что кронпринц.
– Нет.
– Что нет, милая?
– Я не выйду за наследника престола. Можешь даже не намекать.
Отец вздохнул.
– Какая ты у меня умная… и почему же, родная?
– Потому что, во-первых, одержимость демоницей и любовь к ней – вещи разные. А во-вторых, у меня здесь свой бизнес. А будущей императрице нельзя ничем таким заниматься.
– Это кто тебе сказал? Оба пункта? Твой помощник?
– Неважно, пап. Даже если и он. Хочешь сказать, он не прав?
– Хочу сказать, что нельзя быть такой категоричной. И там, и там. Да и кто тебе сказал, что кронпринц в тебя не влюблен? Ты в этом так уж уверена? Почему же?
Я вскинула брови, демонстрируя удивление.
– Ты и правда думаешь, что в меня в моих старомодных нарядах можно влюбиться? Только правду, пап.
– Я думаю, что ты всегда недооценивала собственную внешность, родная. И если бы не некоторые обстоятельства, то давно была бы замужем. С детьми.
Я удивленно моргнула. Что? В каком смысле «некоторые обстоятельства»?
  
Глава 33
 
Любить – значит видеть человека таким, каким его задумал Бог.
Федор Михайлович Достоевский 
– Пап, ты сейчас о чем? – недоуменно поинтересовалась я. – Что за некоторые обстоятельства?
– Понимаешь, дочь, ты выбирала не тех кавалеров, – сообщил мне мой ненаглядный родитель. Смотрел мне в глаза и говорил. Не стесняясь, говорил. Как будто считал себя полностью правым. Хотя почему «как будто»?.. – Они все тебе не подходили, ни по статусу, ни по заработку, ни по положению в обществе, ни по чему-либо другому.
Доходило до меня недолго, секунд пять-семь.
– Это ты намекаешь на то, что сам же моих кавалеров и отпугивал? – уточнила я. – Пап, мы жили в прогрессивном государстве, в нормальном обществе. Ну какой статус, о чем ты вообще?
– Дочери императора демонов не пристало выходить замуж на строителя, врача или учителя, – отрезал отец.
И тон его был категоричным. Мне сразу стало ясно: да, отпугивал. Всех, кто появлялся на моем горизонте. Ну спасибо тебе огромное, папочка, уважил, приласкал, приголубил!
– А за кронпринца, значит, пристало? – язвительно поинтересовалась я. Своей откровенностью отец вывел меня из себя в считанные секунды. – Вот шиш вам всем. Обойдусь как-нибудь без его статуса и положения в обществе. Пусть женится на своей невесте, которую ему выбрали родители. Тем более у них там взаимные чувства вроде. А я тебе клянусь: если кто-нибудь из семьи или близкого круга, твоего или моего, попытается вмешаться и повлиять на кронпринца или меня, я найду, как сбежать в приграничные земли, к троллям и оркам. И стану жить там. Уверена, тебе понравится такой выход из ситуации.
Миг – и за окном прогремел гром. Следом сверкнула молния. И все это – при чистом синем небе.
– Боги приняли клятву, – рыкнул отец, поднялся резким движением и широким шагом вышел сначала из гостиной, а затем и из дома.
Даже чай не допил.
Входная дверь захлопнулась.
Я от души выругалась вслед отцу. Нашелся блюститель чистоты крови. Не пристало выходить замуж, видите ли. Ну вот пусть теперь и развлекается, с клятвой, которую услышали и приняли боги.
Пока я накручивала себя, в гостиной появился Барсик. Бледный, напуганный, дрожавший от усов и до хвоста, он с разбега запрыгнул на мои колени, уселся и начал бить хвостом по моим ногам.
 
– Что случилось? – отвлеклась я от своих проблем. – Чего ты дрожишь?
– Машка, там мыши! – выдал Барсик. – Нет, ты представляешь! Отправить меня, домашнего котика, в подпол с мышами! Изверг!
Я с трудом сдержала нервный смешок. И правда, изверг. Кота – к мышам. Ну надо же, какая жестокость. Ай-ай-ай.
Чтобы успокоить несчастного пушистого труса, пришлось идти на кухню и скармливать ему дополнительную порцию курицы со сметаной. Ну и молочка отдельно в мисочку налить, куда ж без этого. А то вдруг Барсичег отощает после незапланированного стресса.
Закончив кормежку своей живности, я ушла к себе. Ссора с отцом не входила в мои планы. Но и терпеть издевательства над собой я тоже не собиралась. Мне хватило ограничений этого мира, чтобы понять желание феминисток стать равными с мужчинами. А еще я терпеть не могла навязываться. А в ситуации с кронпринцем имело место именно навязывание.
Ну в самом деле, я же не идиотка. И в зеркало смотрю часто. Что бы отец ни говорил про мою внешность, я понимала, что далеко не красавица. Скромная закрытая одежда тоже делала свое дело. А значит, влюбиться в меня Вильгельм при всем своем желании ну никак не мог. А тогда получается что? Правильно, одержимость. А это и есть, с моей точки зрения, навязывание. Вильгельм был не способен управлять собственными чувствами, особенно когда я появлялась на горизонте.
Я тяжело вздохнула, поднялась с постели и, в том же наряде, в котором уехала из дворца, шагнула в портал. Работа, вот что меня спасет. Пора наведаться в лавку, посмотреть, как там идут дела. Вдруг я нужна. Ну, или запасы кофе.
Я перенеслась сазу же в закрытый кабинет, распечатала вход и вызвала Артуса. Он появился довольно быстро и перешагнул порог с растерянным выражением на лице.
– Я думал, ты до завтра во дворце будешь.
– Планы поменялись, – я кивнула на кресло напротив моего рабочего места. – Садись, рассказывай, что и как.
– Да все, в принципе, в порядке, – Артус уселся в кресло. Он довольно быстро перенимал обороты земной речи, услышанной от меня, и теперь довольно легко использовал термины, о которых раньше понятия не имел. Способный ученик, как и Арни. – Склады постепенно пустеют. Не знаю, что уж там произошло, во дворце-то, но с тех пор как ты там появилась, к нам зачастили не только прислуга, но и мелкие аристократы. Скупают чуть ли не все подряд. Такое ощущение, что не столько пить берут, сколько как сувениры, на память.
Я фыркнула, не стесняясь. Банка кофе как сувенир. Да уж. Не дано мне понять, что в головах у этих аристократов.
  
Глава 34
 
Первый признак любви: у мужчин – несмелость, у женщин – смелость.
Виктор Гюго 
На работе я просидела до позднего вечера – вникала в дела, разбиралась с бумагами, узнавала новости.
Кантор действительно пустил слух про всего лишь одну новую кофейню. И теперь, узнав, что я побывала во дворце, да еще и с почетной миссией, аристократы стали активней скупать мою продукцию. Склады пустели. Пора было переносить в кофейню из дома очередные запасы кофе и какао. Да и чай следовало прикупить, пока он пользовался спросом именно у меня, а не в лавках по соседству.
А потому я собиралась уже завтра, прямо с утра, напомнить Арни насчет его обещания дать мне деньги под расширение бизнеса. Потом поговорить насчет ссуды с Лартаном Лориосским. Ну и пора было подбирать нужное мне здание, выкупать его и набирать посуду у барона Алексиса Зарайского. В последнюю очередь, когда уже практически все будет готово, обращусь к Одарису Шангарскому за закупкой сладостей. Чувства чувствами, а бизнес надо поднимать. Особенно сейчас, так сказать на горячей волне. Пока обо мне еще помнят.