Беременна от сводного брата (СИ)

— Ох, влюблённые такие слепые и гордые… — тянет дядя.
Кто бы говорил! Сам вон в падчерицу влюблён и не признаёт этого, а меня уму-разуму учит.
Вот правда! Хочет быть дурой, которую облапошат? Красный флаг в руки! Вперёд! А я с радостью буду ждать момента, когда она вернётся и будет плакаться!
Буду радоваться её неудаче и всем своим видом напоминать о поражении. И о том, что она старших не слушает, когда те ей правду говорят.
  
Глава 12
 
 — Алиса, — начинает Катя с таким видом, как будто хочет сообщить, что я больна и мне осталось жить пару минут.
Берёт меня даже за руку, думая, что я ничего не знаю и не понимаю, что с ней творится.
Думала поеду с Катей, а по итогу… она сливается в последний момент! Оставляет меня одну! С моей беременностью!
Хорошо, я вовремя подружилась сразу с двумя девчонками. Если одна влюбится и решит с любимым остаться, можно вторую взять.
— Да не надо ничего говорить, — печально вздыхаю. — Я уже всё прекрасно поняла. На свадьбу хоть пригласите? — намекаю про её несостоявшиеся отношения с Каримом. Вон как всё вышло… Я ей Рустама готовила, а она решила себе постарше выбрать. Негодница и шалунишка! — И обещай, что будешь выбирать свадебное платье только со мной! И ни с кем больше!
— Какая свадьба, Лиса?! — кричит ненормальная, оглушая меня. — Не будет между нами никакой свадьбы! Не будет!
— Ну ты же в него влюбилась! Я же вижу! — тяну довольно. — Каждый раз, когда Карим входит, ты сразу светиться начинаешь. Улыбаешься. Прям застенчивым зайчиком становишься. Краснеешь!
— Это к делу не относится, — бурчит и скрещивает руки на груди. — У него свои тараканы, и я их не переборю. Поэтому свои чувства, которые только рождаются, я пересилю! У нас дочь и это всё, что нас с ним связывает.
— Тут ты права, — вздыхаю, но решаю не зацикливаться на этом.
У Карима есть свои тараканы, как Катя сказала, но как оказалось, их можно наполовину вывести. И Катя, сама того не осознавая, уже этим занялась.
 — Я вообще на тебя обижена! — перевожу тему. — Почему сразу мне не сказала, что от Карима беременна? Я думала, мы подруги, а ты столько времени скрывала, что переспала с моим дядей! Понимаешь? Даже не поделилась, как он в постели! Подруга ещё называется, блин!
— Виновата! — пристыженно опускает голову. — Просто… тогда на твоём дне рождения застала какую-то рыжулю с придурком, который на меня поспорил. Решила почему-то, что это ты… Ну и решила отомстить с тем, с кем ты хотела переспать.
— Во дурё-о-оха! — тянет подруга. — Это как до такого ты могла додуматься! Переспать с мужиком из мести! Ладно там из мести парню! Но подруге… У тебя явно что-то не так с головой! Может, пока я здесь, в больнице, попросить, чтобы тебе МРТ сделали? 
— Алиса! 
— Ой, ладно! Он всё равно мне тогда отказал. А тебе нет. Козёл! Надо бы… ему как-то отомстить! Станешь его женой, расскажешь о слабостях мужа и мы по ним ударим со всей силы!
Да!
Хоть какую-то выгоду из этого союза получу!
Я не могу выйти из битвы с потерями!
Мне нужны даже маленькие бонусы и наградки!
— Знаешь, я тогда в нём что-то такое одинокое почувствовала, — заговаривает Катя, делясь сокровенным. — Словно себя увидела. И… даже не из мести переспала, а просто потому, что захотела ему помочь и показать, что мир не одинок. И к нему обязательно придёт счастье.
— Добрая ты, Котёнок мой! За это бог тебя и наградил дочерью! И Карима, наконец!
— А ты знаешь, что у него было в прошлом? Про ребёнка? — спрашивает, закусив губу.
— Знаю! У нас вся семья знает, — строго ей отвечаю, своим тоном давая понять, что ничего больше не скажу. — Но тебе, извини, рассказывать не буду. Пусть сам делится, если посчитает нужным. А я в его личные дела лезть не хочу. Он по уважительной причине молчит. И я не имею право.
— Ладно-ладно! — тянет Катя, подняв руки в знаке капитуляции. — Ты не обижаешься? Ну, то, что не сказала тогда о своей связи с Каримом и потому что сейчас тебя бросаю?
— Да я всё давно просекла, Кать, — хмыкаю. — Когда ты в больницу загремела. Карим к тебе не как к падчерице относиться начал. Расцвёл. Улыбаться стал чаще. Другим стал. Совершенно другим, — на губах подруги возникает улыбка. Ну точно втюрилась. — Мы, кстати, недавно в магазин ездили. Он смотрел коляски, игрушки, одежду. Чуть всё не скупил, но я отговорила его. Сказала — примета плохая. Знаешь, я бы тоже хотела себе такого отца ребёнка. Он будет хорошим отцом, котёнок. Я знаю.
 
— Наверное, — подруга пожимает плечами.
— Не наверное, а так оно и будет! — восклицаю и решительно встаю, направившись к окну. — А во Францию мы с Мириам поедем! Я всё же уговорила её. Завтра уже улетаем, — заявляю, не смотря на неё.
Мы с Мириам пару дней не знаем, как об этом Кате сказать. Что я её… променяла. Но, по сути, она тоже вместо меня Карима предпочла.
Считай, квиты.
Да и ждать уже времени нет. Документы готовы и… живот становится заметным. Скоро все всё поймут.
— И Мириам… тоже… уезжает... — расстроенно шепчет котёнок.
— У тебя будет Карим, Дана, дедушка, мой отец и даже Рустам, а я… Я там одна буду, Кать, — разворачиваюсь к ней и сажусь обратно. К ней поближе. — Мне хоть какая-то поддержка нужна. Понимаешь? Не выдержу я там одна!
— Понимаю! Но… Но вы мне звоните, — просит, начав реветь. — Пожалуйста! Я же… Я скучать буду! Без вас!
Вот больше всего этого не хотела! Болезненного прощания, а оно у меня со всеми случается.
А завтра ещё и с папой прощаться. В аэропорту.
Ой, не выдержу! Разревусь!
— А я без тебя! — подхватываю настроение своей сонапарницы по беременности. — И даже без дедушки твоего скучать буду! И по папе! И по Дане! И по Руст… По всем, в общем! Знаешь, как я ко всем привязалась, но… мне надо уехать, пока не рожу.
— Алиска! Может, останешься? Расскажешь отцу?
— Катя! У меня тяжёлая беременность, но я никому об этом не говорю, потому что жалости не хочу к себе! — рассказываю, но больше никому не скажу. Всё у меня хорошо! Главное спокойствие! — Меня так по утрам выворачивает, что родные скоро догадаются! А когда они узнают, то папа начнёт выяснять, что да как, и я начну нервничать. Я потеряю малыша, если останусь. Нервы к выкидышу приведут.
— Боже, Алиса! Почему ты не сказала? Хотя бы мне?
— У тебя у самой проблем куча! Сама чуть малышку не потеряла. Ты о себе думай, а я буду о себе. Так правильно!
— Лиса! — взревает ещё сильнее.
— Котёнок! — в тон ей отвечаю.
— Рёвы-коровы! — врывается в наш дуэт Рустам, войдя в палату размашистым шагом. — Ладно, у этой гормоны шалят, а ты, Алис, чего? Или всё? Маразм начался? — крутит пальцем у виска.
— Не твоё дело! — рычу на него, хоть и сердце разрывается, что уже завтра его мордашку смазливую не увижу. — Зачем пришёл?
— Я так и знал, что застану вас в таком состоянии, — вздыхает парень, игнорируя мой настрой и проходит в палату с пакетом. — Поэтому я решил вам немного помочь.
— Чем? Тоже плакать с нами будешь? — шутит Катя.
 Рустам подмигивает и дарит ей улыбку, зля меня своим идеальным поведением. И опять же направленным не на меня, а на ту, что его двоюродную сестрёнку в животе носит.
Может Кариму пожаловаться, что его племянник с его будущей женой флиртует? Может, прибьёт его в порыве ревности?
Скрещиваю руки на груди и наблюдаю за этой идиллией.
— Мороженое, девочки! Моро-о-оженое! — тянет Рустам, доставая из пакета ведёрко пломбира и такое же ведёрко персикового мороженого.
Моего любимого! Отдаёт Кате пломбир, а мне персиковое.
 
— А чего это ты такой добрый? — хмурюсь, забирая мороженое.
Он вообще последние две недели добрый и заботливый встал.
Помогает мне со всем и даже как-то таблетки приносил. От «отравления».
— Ну так праздник! С завтрашнего дня свобода! — восклицает якобы радостно, но что-то фальшивая радость какая-то. Чего это с ним? Заболел? — Так! Мороженое занёс! Ключи, — достаёт из кармана и отдаёт мне ключики от моей красотки. — Ключи от твоей тачки! И… — резко наклонившись, целует нас по очереди в щёки. — Всё! Теперь точно всё! Отдыхайте! А, да! Мириам сказала, что приедет минут через десять. Третье ведро с мороженым в пакете, — с этими словами он уходит.