В начале было... (СИ)

— Доброе утро, сынок! Ты чего так рано?
Сын поежился, сильнее прижимаясь к отцу.
— Па-ап, а правда, что у меня братик родился?
— Правда, малыш, правда. — Посильнее запахивая халат и покрепче обнимая сына к себе ответил тот.
— А правда, что у меня будет много братьев и сестёр? — не унимался сынишка.
Сергей тяжело вздохнул, но смысла врать не видел, поэтому решил сразу исключить все вопросы.
— Да сынок, правда. У тебя будут родственники из разных рас, вот сейчас родился Сашка, он гноман, будут ещё альфары, даже у тети Наташи будет тебе брат или сестричка, как Дима, но это не значит, что я буду меньше тебя любить. Наоборот, теперь ты будешь старшим, а значит, должен своим примером показать, какой хороший ты брат, чтобы тобой гордились все, и я, и тетя Наташа, и тетя Лия. А для этого, нужно хорошо учиться и быть хорошим бубликом!
Сын не по-детски твердо посмотрел ему в глаза.
— Я постараюсь, отец.
— Во-от, мне нравится такой настрой, — потрепал сына по макушке. — А лет через десять, начнем подбирать тебе жену, чтобы была красивая, умная, заботливая.
— Хочу как тетя Лия!
— Во как!? Тебе нравятся фурии?
— Ага, — кивнул мальчик. — Они сильные, красивые, ничего и никого не боятся. И умные!
Сергей заулыбался, чмокнув Андрея в макушку.
— Хорошо, вот как подрастешь, так и обсудим этот вопрос, а пока, беги собираться, занятия никто не отменял! А то опоздаем, и дядя Варх тебя накажет. Все, беги! — еще раз чмокнув ребенка в макушку обернулся к двери, у которой задумчиво стояла Лия. — Ну, я что, не так что-то сказал? Или считаешь, что рано?
Лия медленно подошла к нему, как и ребенок до этого, села к нему на колени, закутываясь в его халат.
— Знаешь, мне всегда было интересно, каково это, иметь отца, особенно, который тебя любит. Вот смотрю, и так хочется малыша, чтобы и наш сорванец так же носился, прибегал к папе, безобразничал! Но знаю, что будет дочь. — На секунду замолчала. — Хотя, не удивлюсь, если будет пацанкой и хулиганкой! — Опять замолчала, уткнувшись носом к нему в шею. — У меня племяшке 5 лет, может ее к нам заберем, растить будем с Андрюшкой, а подрастут, поженятся?
Приступ кашля накрыл Сергея.
— Ему же только восемь, ты о чем? А представляешь что будет в переходный возраст? Ему будет пятнадцать-шестнадцать, а ей тринадцать? А если у них там что-то под шум волны случится, а? А если еще и забеременит? Нет, нельзя девочке так рано жизнь портить! — Начал распаляться муж. — У нее же организм еще будет не готов к этому! А он? Он же еще не готов будет стать отцом в этом возрасте! Дело то даже не в физиологии, дело в мозгах! В 15–16 личность еще не полностью сформирована, рано. Да и боюсь я, если честно, и переживаю! — Но посмотрев в глаза жены, все же сбавил обороты. — Нет, я так-то не против, чтобы общались и все такое прочее, я только за, но без всякой романтики, лет до восемнадцати!
Фиалковые глаза с усмешкой смотрели на него, пока девушка не разразилась заливчатым смехом.
— Вот что значит, не знать ничего о жене, с которой ты живешь! Мы полностью как женщины формируемся к двенадцати годам! А в 14 рожать уже норма, просто мы живем замкнуто, и только из-за этого выходим к людям после 20. — Немного подумав, добавила — и наверное, именно поэтому у нас распространено, когда девушка ну… это… с девушкой… вот.
Сергей пару минут обдумывал ее слова, параллельно отбивая дробь пальцами оподлокотник кресла.
— Так, все, давай закрывать эту тему… Да и вообще, надо бы мелкого отвезти на занятия, и на Древо не мешало бы взглянуть. А потом, я на западный обход, ты со мной?
Девушка соскочила с колен.
— А это далеко?
— Ну, — поморщился Сергей, — не то чтобы очень, сначала попробуем заехать через северный въезд в город, по ейскому шоссе или по ростовке, потом дальше, выскочим на западный обход и посмотрим, как дела обстоят на МХГ и сельхозинституте. А то, смотрю, что-то я засиделся, из поселка почти не выбираюсь, все больше гноманы и вампиры с архарами лазят, припасы привозят. А я что-то вперился в разработки, и носа не кажу из лаборатории. Пора развеяться. Так что, ты со мной?
 
— Ха! Ты еще спрашиваешь! Давай, поднимайся уже! — И девушка потянула Сергея за руку. — Одевайся! А то мелкие уже вон, за дверью топчатся, тебя ждут. И заодно Наташе дадим отоспаться. Ей последнее время тяжело становится. Она хоть и не говорит, и от тебя держится подальше, но я вижу, как у нее ноги отекают.
  
Глава 24
 
Наталья так и не проснулась, когда семейство дружно покидало дом. Дети были переданы с рук на руки архарам, и быстро пройдя по аккуратным дорожкам, организованными альфарами, вышли к центральной площади, некогда котеджного поселка, туда, где только вчера Сергей посадил Древо. Всего за сутки площадь изменилась радикально: по кругу колыхались невысокие березки, чуть дальше плакучие ивы опустили первые маленькие веточки, за ивами потянулись ровные ряды различных фруктовых деревьев перемежаясь с кустарниками.
Настоящий парк, в первой апрельской зелени которого притаились дома. Но самое удивительное находилось в центре — Древо. Еще вчерашний росток, у которого едва проклюнулась первая почка, сегодня превратился в раскидистый дубок двух метров в высоту, на ветвях которого зеленели первые листочки.
— Ни ху-ху себе хо-хо! — От переизбытка чувств, челюсть Сергея начала стремительно опускаться вниз. — Эк ты вымахал то за день! А через месяц, так вообще, будешь как вековой дуб, да? — Вроде ни к кому конкретно не обращаясь, но в то же время, глядя на Древо пробормотал себе под нос. Древо колыхнуло ветвями и слегка приподняло их, как бы показывая, что станет даже выше. — Пипец, кому расскажешь, не поверят, говорю с Древом. — Подойдя вплотную, Сергей коснулся еще тонкого ствола, проводя пальцами по мягкой весенней коре. — Хочешь, еще попробую силы тебе добавить, чтобы расти веселее было? — Дерево весело зашелестело листьями, а на лицо Сергея сама собой наползла улыбка. — Ну, я попробую, не обижайся, если не получится, хорошо? — И попытался вспомнить тот момент и те чувства, при которых древо пробудилось. Потянул силу, которая, как ему казалось, отвечает за жизнь и мягко направил в ствол, совсем чуть-чуть, чтобы не повредить молодое растение.
Веселый шелест ветвей пробежал по округе. Альфары тихо подходили к каменному кругу и останавливались, жадно пожирая глазами происходящее, и за эти пару минут образовалась уже довольно большая толпа.
— Ладно, мой юный друг, пойдем мы, дел гора, не обессудь. Как-нибудь еще загляну! — Обернулся к жене, которая дожидалась его за кольцом из альфаров. — Эээ… Извините, я тут кажется немного натоптал… Но я не специально!
— Оставь, Хранитель, глупости не говори, — из толпы вынырнул Эжен. — Мы готовы убирать за тобой, даже если устроишь свалку. Главное, чтобы Древу было хорошо! — Глава степенно поклонился Сергею. — И, мы хотели бы перед тобой извиниться, за то, что вчера не поздравили тебя с рождением сына. — Потупив взгляд, все же посмотрел на Сергея. — Просто… Это для нас такое событие, рождение и осознание Древа. Оно… я даже не знаю как описать… это трудно… но, оно невероятно значимо для всего нашего народа. И этот день мы теперь будем отмечать каждый год, как великий праздник!
— Так, ладно, народ, все это хорошо, с пафосом закончили! — Улыбнулся Сергей, — поэтому, друг мой, мы поехали, а то я скоро дуреть начну, от той мелодрамы, в которую превратилась моя жизнь! — и развернувшись поспешил к стоящему поодаль автомобилю.
Плюхнувшись в нутро машины, Сергей откинул голову на подголовник, а ладонь супруги сжала его руку.
— Не обращай внимания, альфары всегда такие, как только речь заходит об их древе. Порой кажется, что они готовы петь дифирамбы каждому листику! У нас, они даже свои рода по ветвям распределяли, поэтому в этом плане с ними лучше не спорить и не вступать в дискуссию. — И чмокнув мужа в нос, добавила — поехали уже, а то меня ща саму тошнить начнет!