Мастера детектива. Выпуск 12

Клэнси ждал, затаив дыхание, то и дело поглядывая на дальний край горы тюков. Сердце лихорадочно стучало. За спиной он слышал приглушенное дыхание своих коллег. Ну что, удача улыбнулась на этот раз? «А вдруг нет?» – подумал он и быстро отогнал эту мысль, не спуская глаз с приближающейся фигуры.
Его жертва оказалась в конусе света, отбрасываемого одной из лампочек под потолком. На долю секунды под широкополой шляпой показалось наполовину скрытое шарфом лицо. Он разглядел бороду лопатой и сверкнувшие два черных кружка очков. Коренастый выскользнул из светового конуса и снова погрузился в темень.
Он поравнялся с горой тюков, еще не разглядев их во тьме, потому что его глаза за темными очками были устремлены на освещенные сходни вдали и мужчин, стоящих около них. Клэнси терпеливо ждал, весь подобравшись, а потом, когда фигура в дождевике поравнялась с его укрытием, резко выпрыгнул, загородив человеку дорогу. Коренастый остановился. Наступила секундная пауза, после чего он с хриплым восклицанием отступил на шаг и полез в карман. Капроски мертвой хваткой стиснул его руку. Человек стал яростно вырываться. Со стороны входа в пакгауз послышался топот ног. Капитан Уайз с полицейским устремились на помощь. Со стороны сухогруза к ним бежали Уилкен и морской офицер. Человек в дождевике внезапно прекратил сопротивление и уткнул побледневшее лицо в шарф.
– Что это значит? – прозвучал приглушенный голос. – Что вам надо?
– Ну вот и все, – спокойно сказал Клэнси. – Вы арестованы, мистер Реник. По обвинению в двух убийствах.
Человек в объятиях Капроски, казалось, сразу обмяк. Чалмерс потерял терпение. Он протолкался вперед.
– Что все это значит, Клэнси? – спросил он. – Кто этот человек?
Клэнси взглянул на него и сразу почувствовал, как нахлынула страшная усталость, скопившаяся за эти два дня.
Теперь, когда дело подошло к своему финалу, мощный внутренний импульс, подгонявший его в последние часы, похоже, угас. Он молча смотрел на Чалмерса.
– Этот? – произнес он наконец. – Вам же не терпелось заполучить его и взять под свою защиту. Это Джонни Росси…
  
Глава десятая
 
Понедельник. 11.30
Лейтенант Клэнси, чисто выбритый и отдохнувший, стремительно вошел через вращающиеся двери 52–го участка, держа под мышкой толстый конверт. Он радушно улыбнулся дежурному сержанту, который взглянул на вошедшего довольно озабоченно.
– Доброе утро, сержант. Что–нибудь случилось?
– Доброе утро, лейтенант. – Сержант перегнулся через стол и сказал заговорщицким тоном: – В вашем кабинете вас ждет капитан Уайз. Он уже с полчаса как там…
– Знаю, – весело отозвался Клэнси. – Он один?
– С ним док Фримен, – ответил сержант, довольный, что новость не вызвала у лейтенанта особого беспокойства.
– Ну и славно, – усмехнулся Клэнси. – Пошли ко мне Стэнтона и Капроски. Пусть захватят свои рапорты. Нам надо немного поработать.
Он зашагал по коридору, беззвучно насвистывая мелодию в такт своим шагам. Он вошел в кабинет, запустил шляпу на шкаф, сел за стол и вежливо кивнул ожидающим его посетителям.
– Доброе утро, джентльмены.
– Где ты пропадал? – спокойно поинтересовался капитан Уайз. – Ты же сказал: в одиннадцать.
– Меня задержали, и я не мог ничего поделать, – беззаботно ответил Клэнси. – Мне надо было сгонять на Сентр стрит и получить там телетайп из Лос–Анджелеса, потом я заехал в казенный дом и потолковал там с братишками Росси. Между прочим, они не будут просить выхода под залог…
– Это еще почему? – нахмурился капитан Уайз.
– А они уже и так оба покойники, и знают это. А пока они сидят у нас, очень может быть – а это очень хлипкое «может быть», и они это тоже понимают, – у них есть какой–никакой шанс. А с синдикатом им ловить нечего. Это им тоже известно. Так что они сегодня изъявили готовность к сотрудничеству с правоохранительными органами. Кроме того, я там столкнулся с Чалмерсом и с ним мы тоже побеседовали. Он спросил… – В комнату вошли Капроски и Стэнтон, и Клэнси замолчал. – Здорово, ребята! Берите стулья, садитесь. – Он подождал, пока они сели, и продолжал: – Так вот я и говорю, Чалмерс попросил меня, чтобы мы в своих рапортах изложили все факты, которые позволили бы им предъявить братьям Росси обвинение по первой степени, [90] однако при этом не выставляя мистера Чалмерса в слишком неприглядном виде. Мистер Чалмерс, должен особо отметить, был сегодня сама любезность – сладкий, как патока. Однако я ему объяснил, что окончательный рапорт со всеми формулировками зависит от вас, капитан. – Он взглянул на своего начальника. – Зависит от того, каким бы вы хотели видеть этот рапорт. Мы все собрались и можем начинать.
 
– Вы только послушайте его! – Капитан Уайз обвел присутствующих несчастным взглядом, точно прося защиты. – Каким бы я хотел видеть рапорт?
– Лихо! – сказал док Фримен, печально качая головой. – Так бы я охарактеризовал поведение лейтенанта Клэнси. Не говоря уж о том, что его можно было назвать «наглым». Я целый вечер таскаюсь за ним как собачонка – и стоило мне только на две минутки сбегать в туалет, как…
– Да! – Капитан Уайз устремил взгляд на Клэнси. – Какой еще рапорт? Я ведь даже не знаю, что произошло. Ты же сбежал сразу после ареста в порту… – Он поднял свою большую ладонь. – Знаю, знаю, что ты скажешь. Ты устал. Конечно, я знаю, что на причале мы взяли Джонни Росси. Конечно, я знаю, что Пит Росси спрятал разобранный дробовик в сумке, и его взяли в аэропорту. И конечно, я не сомневаюсь, что они убили супругов Реник – ты наконец–то соизволил сообщить нам, где найти их тела. Но как я могу кому–то что–то объяснить, если и сам толком не знаю, что вообще этому предшествовало?
Клэнси усмехнулся.
– Тебя я могу простить, Сэм. Но не дока. Он был в курсе всего с самого начала. Он–то должен был понять, что происходит.
– Кто? Я? – презрительно фыркнул док Фримен. – Вы ведь сами до всего додумались не сразу, а ведь вы детектив, а не я. Я врач. И у меня, кстати, полно работы сегодня. Так что давайте начнем.
– Верно, – согласился капитан Уайз. – Уже скоро обед. Начнем, пожалуй.
– Кстати, это тоже меня задержало, – сказал Клэнси рассеянно. – По дороге сюда я зашел в кафешку перекусить… – Он увидел, что лица капитана и доктора помрачнели. – Ладно. Я вам все изложу. С самого начала. Док может подтвердить известные ему факты, а Капроски и Стэнтон изложили все в своих рапортах. Потом я сведу все вместе и позднее передам тебе полный отчет, Сэм… капитан.
– Хватит болтать, – сказал Сэм Уайз сердито. – Скажи что–нибудь путное.
Клэнси не спеша достал сигарету, сунул в рот, закурил. Потом бросил спичку в пепельницу, взял карандаш и начал вертеть его в пальцах.
– Итак, рассказываю. Начнем с Лос–Анджелеса, с братьев Росси… Итак, братья Росси доили потихоньку синдикат и заначивали деньги в разных странах, откладывая себе на черный день – на тот день, когда закон–таки настигнет эту прибыльную организацию. Или на тот день, когда им придется отойти от дел, что особого восторга и синдикате не вызвало бы. А может, они просто не могли смотреть спокойно на эту зеленую реку, текущую сквозь их пальцы. И у них зачесались руки. Не знаю. В любом случае они тайком гребли под себя. Судя по тому, что мне вчера рассказал Порки Фрэнк, они этим промышляли уже довольно давно. Ну и как оно обычно бывает, в бухгалтерию синдиката в конце концов поступила информация. Бухгалтеры заинтересовались тем, что теория вероятностей внезапно дала сбой в Калифорнии: поступления оттуда вдруг стали куда меньше, чем рассчитали их математические гении. И они устроили тотальную проверку. И вот в одно прекрасное утро братья Росси просыпаются и видят, что над ними вдруг сгустились тучи и сверкает молния.
– Ты давай говори попроще, – сердито вставил капитан Уайз, – а не разливайся соловьем.
Клэнси довольно усмехнулся.
– А в это самое время в салон красоты отеля «Дрейк» – там жил Джонни Росси – устроилась новая маникюрша, и вот однажды утром он вызывает ее в свои апартаменты. Она делает ему маникюр и в процессе выстригания заусениц полушутливо замечает, что он – вылитый ее муж!