Мастера детектива. Выпуск 12

Отличным примером в этом смысле был Порки Фрэнк – всегда опрятно одетый, смазливый весельчак–толстун, который занимался букмекерством просто ради собственного удовольствия. Бизнес у него был небольшой, но надежный, то есть иначе говоря честный. Успех букмекерского дела ни в коей мере не вводил Порки в искушение бросить карьеру осведомителя: он радовался предоставляемой ему этим занятием возможности общаться с людьми, и это занятие служило прибыльным каналом для распространения получаемой им информации, добывание которой в противном случае обернулось бы пустым расточительством его усилий. А пустое расточительство, как еще в детстве научила Порки его строгая мать, – порок.
Он вошел в бар легкой походкой, почти вприпрыжку, прошмыгнул в полумраке к задней стене, одарив приятной улыбкой бармена, юркнул в кабинку, сел напротив Клэнси и бросил довольный взгляд на свои дорогие часы.
– Неплохо. Час пятнадцать ровно. Учитывая, что вы всегда так поздно предупреждаете о встрече, мистер К. К счастью, я не был занят. – Он с изумлением взглянул на стоящий перед лейтенантом стакан с пахтой. – Господи, что это?
– Пахта.
Порки даже отпрянул.
– Так, значит, вы и правда на работе – ни–ни? Клэнси усмехнулся.
– Хочешь знать правду?
– Конечно, – ответил Порки. – Правда – единственный вид информации, с которой стоит иметь дело.
– Ну, тогда правда состоит в том, что за последние двое суток я спал около пяти часов и настолько ослаб, что с одного стакана пива я бы, наверно, скопытился.
– Ох, ну слава Богу, я сегодня проспал свои законные восемь часов. Самое приятное в моем бизнесе то, что всегда есть время заняться собой. Так что если позволите… – Он махнул рукой официанту, сделал заказ и развалился на сиденье. Клэнси попивал свою пахту и дожидался, пока официант поставит стакан перед его собеседником.
Порки отпил изрядный глоток, поставил стакан и взглянул на Клэнси.
– Ну–с, мистер К., и кто же вас интересует?
– Росси. Джонни Росси.
Приятное полное лицо заметно напряглось. Порки явно не ожидал, что разговор пойдет на эту тему. Он долго смотрел на лейтенанта задумчивым взглядом, а потом опустил глаза и уставился в свой стакан. Однако когда он вновь поднял взгляд на Клэнси, к нему уже вернулось спокойствие. Он взял стакан и стал вертеть его в руках.
– А почему вы о нем спрашиваете? Он же очень далек от вашей юрисдикции.
Клэнси нахмурился. Странно было слышать такое заявление от стукача, особенно такого, как Порки Фрэнк, которого он хорошо знал.
– С каких это пор тебя беспокоят подобные вещи?
– Меня? – пожал плечами Порки. Он продолжал рассеянно вертеть стакан. – Меня никогда ничего не беспокоит, за исключением, пожалуй, снайперов. Ну и конечно, неплатежеспособных должников. Просто мне странно, что вы о нем спрашиваете.
– Почему?
Порки поднял стакан, отпил и поставил на стол. Он заговорил, точно желая сменить тему.
– В последнее время много чего болтают. Клэнси сохранял терпение.
– Например?
Порки поднял взгляд и выразительно посмотрел Клэнси прямо в глаза.
– Ну, поговаривают, что в синдикате не все довольны мистером Джонни Росси. Надоел. Возможно, как и вся его семья.
– Из–за чего–то конкретного?
– Насколько я слышал – финансы. И еще слышал, что, может быть, на то есть веские причины. Кое–кто поговаривает, что Джонни Росси в школе следовало бы лучше учиться. В особенности – по части арифметики…
– Садится играть крапленой колодой?
– Ну, насколько я слышал, – мягко сказал Порки, – тут дело даже не в крапленой колоде. Если слухи верны, он снял колоду, да и забыл выложить на стол что–то около двадцати шести карт.
Клэнси понимающе кивнул. Похоже на правду, если сравнить с тем, что ему уже известно. Это объясняло многое. Он взглянул на Порки.
– Ну и как может кто–то из членов организации надеяться, что ему такое сойдет с рук? Неужели у них никто ничего не контролирует?
– Бухгалтерия находится в Чикаго, – сказал Порки. – Так что требуется время, чтобы все проверить. – Он пожал плечами. – Ну, а как можно в банке растратить кучу денег, да и смыться с ними?
 
– Обычно этот номер не проходит, – возразил Клэнси.
– Ну, насколько я слышал, у Джонни Росси либо пройдет, либо нет.
Клэнси, услышав это загадочное заявление, нахмурился.
– А ты слышал из верного источника? Порки посмотрел на него и пожал плечами.
– Вы же знаете, как оно бывает. В моем бизнесе всегда слышишь уйму всяких новостей, но ведь ни одна новость не поступает заверенная нотариусом. Лично мне думается: верно болтают.
Клэнси задумался на мгновение.
– Ты сказал, что синдикат, возможно, имеет зуб на всю семью. А что, брат Пит вместе с Джонни замешан в этом деле?
– Не знаю. – Порки Фрэнк, похоже, огорчился оттого, что его осведомленность, как выяснилось, имеет свои пределы. – Я слышал, никаких на этот счет признаков нет, но вы же знаете братьев Росси. Эти двое с пеленок были не разлей вода. Я догадываюсь, что бухгалтерия синдиката сейчас в поте лица проверяет и перепроверяет все отчеты, пытаясь найти пропажу.
– Понятно. И где же сейчас Джонни Росси?
Этот вопрос застал Порки врасплох. Он, усмехнувшись, взглянул на Клэнси, потом приложился к своему стакану, отпил большой глоток и снова поставил его на стол.
– Только не надо пудрить мозги, а, мистер К.? Клэнси вспыхнул.
– Как это понимать?
Порки смотрел на него невинными глазами.
– То–то я и удивился, что вы стали обсуждать со мной братьев Росси. Я–то думал, что уж кто–кто, а вы мне сможете сообщить новый адресочек Джонни Росси.
Клэнси, стиснув зубы, впился в глаза собеседнику.
– Что, и об этом сплетни ходят? Порки поднял руку.
– Не о вас, мистер К. Так, просто треп обычный. Свояку сноха шепнула. – Он с любопытством взглянул на Клэнси. – Так у вас там, где вы работаете, тоже есть свои секреты?
– М–да, – задумчиво сказал Клэнси. Порки иронически поднял густые брови.
– Вы не желаете сделать заявление для прессы? Клэнси встал. Лицо его потемнело. Не удосужившись ответить на шутку, он надел шляпу и вышел из кабинки.
– Увидимся!
– О, мистер К.! – воскликнул Порки обиженно–извиняющимся тоном. – Бармен–то оказывается классный жеребец. Он победил в заезде.
– Ах, да! – Клэнси порылся в кармане, вытащил несколько банкнот и положил их на стол.
– Спасибо.
Порки равнодушно сунул деньги в карман и продолжал сидеть, задумчиво рассматривая свой стакан. Клэнси прошел по полутемному бару на улицу и остановил такси.
Чтоб этот Чалмерс провалился! Язык без костей! Значит, уже поползли слухи, что полиция где–то прячет Росси. Потрясающе! Садясь в такси, он отогнал эту мысль и попытался осмыслить только что услышанное. А услышал он всего лишь то, о чем уже и сам догадался. Во всяком случае, его догадки отчасти подтвердились. Только отчасти. Появилась всего одна ниточка, подумал он раздраженно. А беда с этими ниточками в том, что по мере того, как их распутываешь, они становятся все тоньше и тоньше… Он вздохнул, откинулся на подушки и закрыл глаза.
Суббота. 14.05
Увидев Клэнси, устало входящего в дверь участка, дежурный сержант оторвался от своих бумаг. Он бросил лишь один взгляд на осунувшееся лицо лейтенанта и сразу понял, что совершенно бесполезно даже упоминать о непрекращающихся звонках мистера Чалмерса. Бесполезно, а может, даже и небезопасно. «Надеюсь, – повторял про себя сержант, – лейтенант сам знает, что делает».
Клэнси поймал взгляд сержанта, сразу все понял и улыбнулся.
– Что, Чалмерс все названивает?
Взгляд сержанта немного просветлел, но все равно оставался немного смущенным, словно он был тоже виноват в бесконечных звонках помощника окружного прокурора.
– Да, сэр.
Клэнси махнул рукой.
– Кто–нибудь еще звонил?
– Около десяти звонил Стэнтон, через пятнадцать минут после вашего ухода, – ответил сержант, радуясь, что разговор ушел от Чалмерса. – Я послал к нему Мери Келли. Он звонил из отеля «Нью–Йоркер». Наверное, Мери Келли встретила его там, потому что с тех пор ни он, ни она больше не звонили.