Фарцовщик: все деньги мира. Том 2 (СИ)

Завтра с утра надо в универ. Заглянуть для порядка. Потом на встречу с министром. Надо подготовиться.
На вахте я поговорил по телефону с Капустой. Тот отчитался по прибыли и убыткам. Какие расходы, какие приходы.
После небольшого застоя дела пошли хорошо. Даже отлично.
Меня сняли с крючка. Да и всех фарцовщиков тоже. Дело в ОБХСС зависло на тормозах.
Кроме того, моя система продаж наконец заработала в полную силу.
Водка и икра по оптовым ценам совсем снизили себестоимость продукции. Ну, а то, что бандитам не надо отстегивать часть прибыли, и вовсе увеличило наши доходы в три раза. А это очень немаленькие денежки.
— Хорошо, я приеду завтра, — сказал я. — Если что, на связи.
Положил трубку и отправился к себе. Пашки нет. Он часто ночевал на нашей хате.
Тогда я принял душ и заварил чай. Сидел над проектом рыбных магазинов. До пол-третьего ночи. Когда закончил, довольно вздохнул.
Есть что представить министру. Готовый проект. Частично я его выудил по памяти. Вспомнил, как это дело реализовали в другой моей жизни. В 1976 году.
Ну, а почему бы мне не выполнить сейчас? Раз уж я все помню.
Утром поднялся пораньше. Снова оделся поприличнее. Напялил новую рубашку. Отправился сначала в универ. Засветился там на лекциях.
А в полдесятого подъехал Штырь и подбросил меня до министерства. Это на Рождественском бульваре. В центре.
Здание само старинное. Прошлого века постройки, девятнадцатого. Даже нет, конца восемнадцатого. Уникальное, объект культурного наследия. Длинное, двухэтажное, вытянутое вдоль улицы.
Я вошел в центральный вход министерства. Отдал документы постовому на входе.
Ну как, официально это даже комитет. Государственный производственный комитет. По рыбному хозяйству. А Яшков — председатель. По рангу равен министру.
— Проходите, — постовой отдал мой паспорт. — Приемная на второй этаж, направо.
Здесь довольно скромно. По сравнению с монументальными зданиями на Старой площади. Но зато изящно и дышит стариной.
Хорошо еще, что не пахнет рыбой. Пахнет деревом, опилками, старой кирпичной кладкой и бумагой.
В кабинетах работали люди. Повсюду слышался бодрый стук печатных машинок.
Я поднялся по лестнице в центре холла. Прошел на второй этаж и нашел приемную. Сказал секретарше, полной тетке в платье и легкой кофточке с широким воротничком, что у меня назначено.
— Подождите минуту, — равнодушно сказала тетка.
Я посмотрел на часы. Время почти десять. Зазвонил телефон. Секретарша подняла трубку.
— Да, Александр Гаврилович, — глянула на меня поверх очков. — Пришел. Ага, Орлов.
Положила трубку и кивнула на высокую дубовую дверь, обитую кожей.
— Проходите.
Я вошел в кабинет. Не меньше, чем у Олешникова, но потолки другие. И стены темно-коричневые.
Всюду паркет и дерево: полы, часть стен до двух метров высотой, стол и шкафы. Все старинное и основательное.
Окна в верхней части в виде арки. В общем, видно, что это здание с историей.
За столом сидел пожилой мужчина. Крупный, тоже основательный, с широкими плечами и сильными руками. Сразу видно, что когда-то тоже занимался тяжким физическим трудом. Возможно, как раз рыбак.
Почти полностью седые волосы аккуратно причесаны. Большие проницательные глаза, нос картошкой и весь в рытвинах и бугорках. Губы толстые и мясистые.
— Виктор Орлов? — голос густой и громкий. Звонкий, далеко слышно. Протянул руку. — Приятно познакомиться. Проходите.
Я поздоровался и сел за стол. Поставил перед собой бумаги с выкладками и расчетами.
— Я говорил вчера с Игорем Николаевичем, — продолжал Яшков. — И он объяснил ситуацию. Скажите, откуда вы узнали про наши разработки? Это просто какой-то уникальный случай. У вас как раз все то, что я хотел внедрить у нас. Ну-ка, что это у вас там? Письменный план? Прекрасно. Дайте, я посмотрю.
Я подал ему бумаги. Яшков внимательно посмотрел их. Поднял на меня удивленный взгляд.
— Вы как будто с языка сняли. То, что надо. Я уже давно хотел внедрить подобную идею. И в первую очередь, действительно надо провести агитацию среди населения.
 
Мы обсуждали план еще пять минут. Потом Яшков положил бумаги. Поднял трубку телефона.
— Тамара Вячеславовна, пригласите Аркадия Михайловича, пожалуйста.
О как. «Пригласите», «пожалуйста». Вежливый, интеллигентный. Работать с таким одно удовольствие.
В ожидании другого сотрудника мы сидели в молчании. Яшков читал план.
Наконец, в кабинет вошел другой мужчина. Среднего роста, плотный, даже чуть приплюснутый. Голова выпуклая, похож на лягушку, ходящую на двух ногах.
И белесые глаза тоже выпуклые. Расставлены широко, чуть ли не на висках.
Одет в светлый коричневый костюм. Чуть ли не кремовый. Не очень, кстати, шел ему. Но это так, между нами.
— Знакомьтесь, Аркадий Михайлович, — Яшков указал на меня. — Это тот самый вундеркинд. Про которого Олешников рассказывал. Вот посмотрите, что принес. А это мой зам. Ивушкин Аркадий Михайлович.
Пришелец настороженно пожал мне руку. Уселся, не говоря ни слова. Взял план. Углубился в него. Лоб потирал ладонью. Потом пробормотал:
— Поразительно. Просто поразительно. Как ты до этого додумался, а? Или кто-то сказал? Наверное, планы наши прочитал или доклады?
Я покачал головой. Интересный тип. Сразу видно, дотошный. Видимо, курирует этот проект. Здесь, в комитете.
— Свои размышления. Плюс изучение зарубежного опыта. По книжкам и журналам.
Аркадий Михайлович пристально поглядел на меня. Как будто пытался прочесть мысли.
— Что же, хорошо. Давайте работать.
Яшков кивнул.
— Самое главное, что молодому человеку удалось убедить Олешникова. А вы сами понимаете, что это значит. Если убедить Олешникова, то полдела, считай сделано. Он имеет огромное влияние в партии. Вы же знаете, как на него смотрят.
Ивушкин закивал.
— Конечно, конечно. Это очень важно. Только давайте не будем торопиться. Еще обсудим проект. Обговорим. А потом еще раз встретимся.
Ага, еще чего. Так мы и впрямь дотянем до 1976 года. Оно мне надо?
Я покачал головой. Схватил план.
— Нечего терять время. Сколько еще можно ждать? Обсуждать и топтать на месте? Если не хотите, я пойду в министерство торговли. Там с радостью ухватятся за предложение Олешникова.
Яшков успокаивающе поднял руку.
— Не надо никуда идти, Виктор. Вот ведь горячий какой. Погоди. Все решим.
А Ивушкин сузил выпуклые глаза. Пристально глядел на меня.
— А что, Александр Гаврилович? Пусть идет. Что мы, без него не справимся?
Вот ведь урод напыщенный. Без меня ты даже до двери кабинета не доберешься. Я улыбнулся.
— Смотрите, я ни к чему никого не обязываю. От меня только предложение. Ничего личного. Но от реализации этого проекта одни только плюсы. Обеспечение населения полезными веществами из рыбы типа фосфора и жира — раз. Наполнение бюджета за счет продаж популярного продукта — два. Обустройство мест торговли, получение опыта продаж, создание культуры потребления — три. Ну, и всякие сопутствующие мелочи. Вроде избежания затоваривания складов и разгрузки рыболовных судов. Куда ни кинь, везде выигрыш.
Тут уже и Ивушкин сдался. Опустил голову, кивнул.
— Ладно, давайте ускоримся. Нам еще много работы предстоит сделать. К моменту открытия первого магазина народ должен стоять в очереди. И смести всю рыбу с прилавков.
Вот это другое дело. Я думал, что Яшков отправит нас работать подальше, но он оставил нас здесь. Мы плотно сели за проект.
Когда я очнулся, оказывается, уже скоро вечер. За это время Яшков дважды уезжал по делам. Мы с Ивушкиным разработали детальный план. Обозначили даты. Прикинули примерные суммы. Долго спорили.
— Надо открыть до Нового года, — яростно убеждал я. — И чтобы не лезть за бюджетными средствами, воспользоваться существующими мощностями продуктовых магазинов. Я же бывал в них. Там полно места для рыбных отделов. Некоторые универмаги можно полностью оборудовать под рыбные. Надо только согласовать с минторговли. Проблема только в оборудовании. Если через пару недель начать агиткомпанию и параллельно закупить оборудование и провести ремонт, то через два месяца все будет готово. Мы же не хотим переделать все универмаги в Москве. Нам надо только парочку экспериментальных магазинов. А уж я сделаю из них конфетку, вот увидите.