Фарцовщик: все деньги мира. Том 2 (СИ)
Скромный, маленький. Стол, кресло на вращающейся подставке, стулья.
На столе под большим стеклом календари и вырезки из газет. Счеты, громадный японский калькулятор, стопки журналов. На стене большой календарь и портрет Ленина.
Типичный кабинет мелкого партийного функционера. Я точно попал по адресу?
— Садись, — Жожо указал на стул перед столом. — Будем заниматься самым сладким занятием на свете. И это не про баб. А про подсчеты.
Сам он уселся на кресло. На спинку накинул кофту. Закурил сигарету. Взял листок бумаги и карандаш.
— Сколько тебе надо икры?
Вот это другое дело. Я наклонился вперед.
— Первая партия тридцать четыре килограмма. Потом сто двадцать пять каждую неделю.
Жожо поглядел на меня. Выпустил дым сигареты. Задумался.
— Неплохие обороты. Ты и в самом деле управляешь тремя гостиницами? Косой отдал их тебе?
Я покачал головой.
— Так уж получилось. Я сейчас оптовик во всех трех. И пытаюсь решить проблему с дефицитом икры. Ее сейчас нет в Москве. А у вас есть.
Жожо пристально смотрел на меня.
— Мы продаем по полтиннику за кило.
И замер. Выжидающе глядел на меня. А что я отвечу?
Я усмехнулся. Откинулся на спинку стула.
— Нет, так не пойдет. Вы везли меня сюда для того, чтобы ограбить? Да лучше и вправду закопайте на берегу моря. Это же грабеж среди бела дня. Без ножа режете. Без ружья стреляете. Я лучше поеду отсюда.
Жожо снова закурил. Тоже улыбнулся.
— Ишь ты, как запел. Сразу видно, что любишь денежки. Сколько предлагаешь?
Это не заводская цена. Это браконьеры. Они ловят осетра на свой страх и риск. Их могут поймать в любой момент. Поэтому у них можно выторговать хорошую скидку.
— Десять рублей за кило, — бухнул я.
Жожо крякнул.
— Ну, ты даешь. Сразу видно, ничего не смыслишь в нашем деле. Еще молоко на губах не обсохло. А туда же. По червонцу за кило? Да я за такую цену и двадцать лет назад не продавал. Когда ты еще и на свет не появился.
Он указал на дверь.
— Проваливай, молокосос. Я на тебя столько времени угробил. С самого начала знал, что это бесполезно.
Ага. Значит, спор будет долгим. И жестким. Я встал. Направился к двери. Взялся за ручку. Остановился. Повернул голову вполоборота.
— Ваша окончательная цена? Мы сюда приехали, чтобы договориться. Ну, так дайте мне хоть какие-то уступки. Чтобы не терять время просто так.
Жожо затушил сигарету.
— Сорок пять. Только потому, что за тебя уважаемые люди нашептали. Больше никому такую цену не давал.
Я упрямо стоял возле двери.
— Нет, так не пойдет. Если бы я знал, лучше в магазинах у нас купил. За ту же цену. Или пошел, десять тысяч директору рыбного комбината отстегнул. И взял у него без проблем. Ну хорошо. Из уважения к вам. Пятнадцать.
Жожо усмехнулся. Зубы у него мелкие и острые. Как я раньше не заметил?
— Директора комбинатов все со мной работают. Никто в Астрахани без меня тебе и рыбьего хвоста не продаст. Так что не дрыгайся. Сорок минимум. Это мое последнее слово.
Вообще-то, моя цель двадцатка за кило. И надо с ним торговаться. Больше уже многовато будет.
Но, ничего страшного. Я смотрю, наш рыбный король может двигаться. В нижнюю сторону. Так что, его надо двигать еще.
Есть пару лайфхаков. Я науку торга изучил досконально. Для начала нужно указать, что оппонент не последний вариант. Я уже сделал первые шаги в этом направлении.
— Ну, при всем уважении, Жожо, — я покачал головой. — Каспий большой. Есть не только Астрахань. Еще и союзные республики. Казахстан, Туркмения, Азербайджан. Там я смогу взять гораздо дешевле. Ради такого можно и помотаться. По югам.
Это точно. Не в бровь, а в глаз. Жожо нахмурился. Снова указал на дверь.
— Тогда вперед. Езжай. Скатертью дорога.
Главное — показать, что готов уйти. На самом деле. Я открыл дверь.
Про себя решил, что сейчас же уеду в Гурьев. Там тоже есть знакомые. Или найду таких же браконьеров.
— Стой, — крикнул Жожо. — Ладно. Иди сюда. Тридцать пять.
Это уже кое-что. Но все равно дороже опта. У него тут себестоимость копеечная. Икру можно грести лопатой.
Я вернулся. Сел обратно за стол.
— Послушайте, уважаемый. У вас много таких клиентов? Которые забирают по сотне кило в неделю?
Жожо покачал головой.
— Нет, немного. Это надо признать. Больше всякая шушера. Кафешки да буфеты. Так что нам с тобой договариваться надо.
Вот-вот. Надо показать продавцу выгоду работы со мной.
— Я плачу сразу. Решаю проблемы в Москве. Кстати. Что насчет доставки?
Жожо погладил подбородок.
— Известно, что. Мы привозим вообще-то. У меня грузовик ездит в Москву и Ленинград. Но он забит под завязку. Для вас место освобождать придется.
Я решился.
— Жожо, уважаемый. Давайте сделаем так. Двадцать рублей за кило. И я забираю сам. У вас со склада.
Так даже лучше. Я привык в прошлой жизни. Логистику надо контролировать самому. Поэтому и создал транспортную компанию. На поставщиков надежды нет. Когда-нибудь да накосячат. В самый ответственный момент.
Жожо задумался. Закашлялся. Постучал себя в грудь. Наконец, кивнул.
— Договорились. Так и сделаем. Теперь давай о том, какая икра.
Да, я тоже хотел об этом поговорить. Есть разные виды.
Осетровая самая ходовая. Крупинки средние. Два с половиной миллиметра. Яркий вкус, чуть йодистый. Цвет черный, коричневый, бронзовый.
Белужья. Самая дорогая. Икорки до трех с половиной миллиметров. В прозрачной оболочке. Очень вкусные. Почти без привкуса йода. Черные или серые. Самая мягкая икра — светлая.
Калуга. Тоже крупная. Вкус, как у белуги. Черная или коричневая. Очень дорогая.
Севрюжья. Классом пониже. Мелкая. Полтора миллиметров. Но вкус ничуть не хуже, чем у более дорогих.
Есть еще шип. Средняя. По вкусу как осетр. Но привкус йода очень сильный.
— Само собой, осетр, — ответил я. — Шестьдесят процентов. Я еще буду присылать заказ отдельно. Чуток белуги. Десять процентов. И немного севрюжьей. Тридцать процентов. Некоторые иностранцы не разбираются. А некоторые настоящие ценители. Но большинству все равно. Сметают, только подавай.
Жожо кивнул.
— Ну и лады. Мы с тобой договорились по цене. Оплачивать будете сразу же. Особенно на первых порах. Никаких грузов в долг. Если получится работать вместе, будем договариваться. Так, еще. Мы будем подавать упакованную. Забираете здесь. Или в другом месте. Я потом скажу, где. Может, в Астрахани. На складе. А дальше уже сами.
Хорошо. Очень хорошо. Основные моменты урегулировали. Хотя, стоп. Есть еще.
— Ну, и само собой, документы, — напомнил я. — Вы же предоставите нужные документы? Для отправки в Москву типа. В какой-нибудь магазин.
Жожо снова закашлялся. Кивнул, махнул рукой. Встал, продолжая кашлять. Подошел к открытому окну. Выглянул через решетку.
— Эй, Вадик! Где ты там? Кхе, кхе. Налей нам по кружечке. Горло пересохло.
Вернулся за стол. Уселся на кресло. Покачался вправо-влево. Как ребенок.
Вскоре дверь открылась. Вошел парень с подносом в руках. Накрытым салфеткой.
Поставил поднос на стол. Сдернул салфетку.
Я проглотил слюну. Ничего себе, «по кружечке». На подносе уместились тарелки с закусками и бутылка запотевшей водки.
— Приятного аппетита, — парень прошел мимо меня. Вышел и закрыл за собой дверь.
Я вернулся на стул. Обозрел предложенное богатство. Бутерброды с колбасой и икрой. Сыр, зелень, лучок кольцами, малосольные огурчики. Рыбка самая разная. Вишневый и абрикосовый компот.
— Однако, — сказал я. — Это на дегустацию?
Жожо налил водки. Закинул бутербродик. Хотел закурить, но смял сигарету. Выкинул в пепельницу.
— Ты не куришь? Молодец. Дрянное дело. Все никак бросить не могу. А пьешь хоть? Тоже нет? Только по праздникам? Ну, сегодня день твоего знакомства. Со мной. Тоже праздник. Приедешь в Москву, скажешь, что торговался с Заправилой. У меня в столице много знакомых. И многие меня знают.