Шерстяная «сказка» (СИ)

Горжусь братом – он всё же нашёл, чем уважить бабульку, никак не желавшую принимать, как она выразилась, лишнего. Он освободил знахарку от всех налоговых выплат и прочих вассальных повинностей пожизненно. Здесь уж она не устояла, приняла господскую щедрость.
Тут ведь дело было даже не в сэкономленных деньгах. Тут, вроде как, подтвердили её независимость.
В итоге, довольную Эмбер нагрузили подарками, увесистым мешочком с монетами и с почестями отправили домой.
А для Рози и Ральфа, кажется, наступило начало какого-то нового этапа отношений. Не знаю, навсегда ли. Но в эту минуту они стали похожи на двух родных людей, объединённых сперва общей бедой, а теперь и счастьем. Может быть, для этой пары не всё потеряно? И им требовалась вот такая жестокая встряска, чтобы повернуться лицом друг к другу?
Мы с Мариэль сидели рядышком и тихонько наблюдали, как Ральф обнимает свою жену, что-то шепчет ей на ухо, как, закрыв глаза, нежно прижимает к своим губам её руку. А она робеет… Честное слово, розовеет, будто это их первое свидание.
- Может быть, мадам Рози всё-таки добрая? Просто всё время была несчастная? Ну как моя первая воспитательница. – со всей непосредственностью детства и желанием верить в добро спросила мелкая.
Она уже успела в подробностях пересказать переживания свои и дяди Ральфа, и как они друг друга утешали и подбадривали всё это страшное время.
- Не знаю, милая. Время покажет. Авось и случится чудо.
- Какое такое чудо?
- Ну, вдруг мадам Рози догадается, что до сих пор она на самом деле была несчастной, да и решит стать счастливой и доброй. Но это только сам человек сделать может.
А про себя подумала о том, что всё это трогательно, и да, последние события действительно перевернули, перетряхнули нашу жизнь, представления друг о друге… Но я – не
Ральф, и не Мариэль, и… В общем, нужно было ещё кое-что сделать. Для ясности. И не потом, а сразу, сейчас.
Брат как раз под руку с женой направился в нашу сторону.
- Корин, я не знаю, как передать тебе мою благодарность. То, что вы сделали…
- Не надо, дорогой мой, я и так всё понимаю, всё чувствую. – я поцеловала его тёплую щеку, - Мы ещё наговоримся, потом. А сейчас ты больше всего на свете хотел бы бежать в комнату Анри и побыть с сыном, верно?
Подтверждений не требовалось. Потому я наказала ему ни о чём не думать, ни за что не переживать, забыть про всё на свете, про нас с Рози в том числе, идти и сделать то, чего просит душа - посвятить это время ребёнку.
Обняла Мариэль, попросила её побыть с мадам Флорой, и мы с озадаченной снохой остались вдвоём.
Впрочем, она почти сразу начала смекать, зачем я создала такую ситуацию – оставила нас без свидетелей.
- Ну что, пошли? – настраиваясь на предстоящее общение, вздохнула я.
- Куда? – всё же решила уточнить она.
- Всё позади, мы справились. А ещё мы выдохлись и страшно устали. Но у нас осталось ещё одно важное незавершённое дело. Догадываешься, о чём я?
- Догадываюсь. Пожалуй, пошлю кого-нибудь, чтобы принесли успокоительные капли.
Будешь? – неожиданно предложила сноха. Как-то так миролюбиво, так буднично, что я чуть не расхохоталась.
- Рози, дорогая, давай не станем обманываться и смешить детскими уловками небеса.
Какие капли? Вино и два фужера. Пусть нас сегодня все простят. Будем честными: нам обеим чертовски необходимо напиться и поговорить. Так что… - я прямо посмотрела в её глаза и улыбнулась шире, - Пойдём, мой верный враг, лечить нервы, дезинфицироваться изнутри, заодно и подумаем, что дальше.
Сноха не отвела взгляда, а на словах «мой верный враг», на лице её вспыхнула ответная улыбка. К моему глубокому удовлетворению. Это означало, что откровенный диалог между нами всё-таки возможен. До сих пор, несмотря на совместно пережитое, я в том уверена не была. Но на этот раз, я чувствовала, она не станет ни юлить, ни отмалчиваться, ни врать, ни нападать.
Этот разговор обещал стать искренним и запоминающимся.
48
- Ну что, разговор нам предстоит непростой, поэтому для начала давай, сноха, за всё хорошее. За то, что вытянули твоего сына, за то, чтобы он поскорее встал на ноги и окончательно поправился. – я разлила рубиновый напиток по бокалам.
 
Мы с Рози уединились в кабинете Ральфа, а Кристи уже принесла поднос с вином, фруктами и сыром.
- За всё хорошее. – моя собеседница протянула навстречу свой фужер.
Практически с первого глотка в голове слегка зашумело, а по телу теплом потекло расслабление.
Рози молчала, задумчиво прислушиваясь к своим ощущениям, и я, как инициатор беседы, взяла первое слово.:
- Не знаю, с чего и начать. Наверное, с того, что тебе удалось меня удивить. Твоё отношение к детям достойно не только уважения, но и восхищения. Мать ты оказалась, что надо. Так вот скажи-ка ты мне тогда за другое: зачем такая самоотверженная, трепетная, жертвенная мама стала настолько ужасной женой?
- Женой? – Рози удивлённо уставилась на меня. Кажется, она ожидала другой темы для начала разговора, и мой вопрос немного сбил её с толку.
- Ну да. Объясни уже, зачем ты брата моего столько лет гнобила? Ладно, меня. По большому счёту у тебя нет каких-то особых моральных обязательств любить золовку, которую ты не выбирала. Но Ральф – твой муж. С ним-то под венец по своему желанию пошла. Или нет?
- По своему. – как-то растерянно кивнула та.
- Ну и… Чего в итоге оба-то такие несчастные половину жизни прожили? Понятно, брат.
Ему в супруги, вместо любящей берегини, надсмотрщица с плетью досталась. Но ты-то получила то, чего хотела. А счастья женского так даже и не понюхала.
- Не знаю… - Рози пожала плечами, оставив без реакции «надсмотрщицу с плетью». – У
нас в семье так было. Мать держала всех в доме железной рукой. Отцом помыкала, как хотела, и меня учила, что всё должно подчиняться только твоей воле. Я всю жизнь презирала отца за вот эту его бесхребетность.
- А потом и мужа?
- А потом и Ральфа. – негромко согласилась она. – Странно, поначалу даже злилась, что он не такой покладистый, как отец. Пока не сломала…
- А ты его и не сломала. Всё, чего тебе удалось от него добиться – в защиту от безысходности стать равнодушным. А характер брата никуда не делся. Ты ведь уже убедилась в этом.
- Да уж… - усмехнулась сноха.
- В общем, выводы делай сама, а я тебе сейчас, как на духу, на всякий случай: меня, на здоровье, можешь, как прежде не любить. Но брата унижать не смей даже пытаться. А то знаю тебя, сейчас эмоции схлынут, всё войдёт в обычную колею, я уеду, а ты тут за старое возьмёшься. Имей ввиду, всё равно узнаю, и тогда не обессудь: вернусь и надеру твою аристократическую эту… ну, на чём сидишь. Про герцога де Левье слышала?
- Известная личность.
- Вот. В случае чего, устрою тебе такую же козу. Обещаю.
- С тебя станется. – хмыкнула Рози.
- Ну тогда, за доверие и понимание. – я снова наполнила бокалы.
Помолчали, растворяя на языке ломтики нежного сыра, и я продолжила:
- Без обид, я должна была это сказать. Слушай, но по честному-то… Я же видела вас сегодня. Как ты ни бесилась, когда Ральф вышел из-под твоего контроля, а тебе ведь это нравится. Что мужчина рядом, а не тряпка, которую легко можно подмять. Он к тебе повернулся, а твоя душа-то откликается? Всё же девочкой тебя мама родила, а не кучером, что коней хлыстом понужает, а?
Сноха порозовела и вспыхнула на меня взглядом.
- А ты не булькай. Знаю, что не в своё уже лезу – не такие мы с тобой, прямо скажем, большие подруги, чтобы в личном ковыряться. И всё же, по-родственному, по-бабски: судьба дала тебе шанс на счастье, не будь дурой – не профукай его. Может и зря говорю, да только так хочется, чтобы хорошо всем было. А это сейчас только от тебя зависит.
Да уж, мастер я задушевные беседы беседовать. Про себя отмотала разговор от начала и так же мысленно скептически скривилась. Получилось что-то вроде: а ну ка быстро стала хорошей, а главное, счастливой девочкой, а то накажу. Ну да ладно, вышло, как вышло. Не слишком дипломатично и складно, зато с полной прозрачностью. Ну а теперь пора было перейти к основному.