Судьбу свою найдешь (СИ)

– Ты молодец.
Это было ужасно приятно слышать. Василиса приободрилась и спросила:
– Ты же меня научишь? Ну, всем этим приемам боевой магии?
– Угу, – кивнула та. – И мечника хорошего тебе в учителя найду.
– Правда? Спасибо!
Потом она, конечно, опомнилась и проговорила, поморщившись:
– Но мне и не пришлось. Ба, ты только матушке ничего не говори, но степняков разогнал и проводил меня потом Кощей. Он там… Случайно рядом оказался.
Фух. Ну вот, сказала. Почти всю правду.
– Хорошо, не скажу, – улыбнулась та.
А у Василисы отлегло от сердца. Жизнь сразу стала казаться простой и понятной, как всегда, когда она приезжала к бабушке. Всегда хотела стать лесной ведьмой! Никаких тебе вечных придирок и разговоров о замужестве, можно хоть до самой старости жить и не тужить.
Вот кстати!
– Так я пройдусь с утра на речку?
– Пройдись, – кивнула Яга. – Только в воде не сиди долго, простудишься.
– Ага! – выпалила ведьмочка и тут же умчалась без оглядки.
Яга смотрела внучке вслед и хмурилась. Не хотелось бы, чтобы Кантемира своей жаждой мести исковеркала ее судьбу.
***
Собралась Василиса быстро. Книгу матушкину взяла, узелок пирожков, что бабушка ей передала через прислужницу, и скатилась вниз по крутой винтовой лестнице.
Ворон тут же подлетел, уселся на плечо. Выглядел он немного встопорщенным, но вполне довольным жизнью. А за воротами ее встретили два адских пса, на ворона косились, но тоже вроде вели себя мирно.
Так они и отправились на речку.
Идти было недалеко, ведьмочка скоро добралась до маленькой уютной заводи с песчаным плесом. Как только пришла, ворон взлетел на ближайшую ель, смотреть вокруг, псов она отправила погулять, а сама устроилась на берегу с книгой.
Почитала немного, а солнышко поднялось, стало припекать. У воды хорошо. Стрекозы летают над заводью, пчелы. Цветы вдоль берега, касатики, вербейник, лопухи, цикута, сладкий запах в воздухе. И так что-то захотелось искупаться… А потом съесть пирожков.
Василиса огляделась, быстро стянула с себя сарафан и рубашку. Подошла к воде, аккуратно попробовала ногой, а потом разбежалась и нырнула. И плавала, и ныряла, хохоча и отфыркиваясь. Распугивала брызгами стрекоз.
Однако бабушка была права, сейчас только начало лета, вода еще холодная. Она обернулась, чтобы вылезти на берег…
И тут же занырнула обратно.
***
На берегу в непринужденной позе сидел Кощей, еще и одну ногу в колене согнул для большего удобства.
Она тут же занырнула в воду по самый нос. И уставилась на него, судорожно соображая, сколько же он тут сидит и что успел увидеть. С досады покраснела вся.
А ему хоть бы хны. Потянулся, вытащил пирожок из узелка (ее пирожок!) и начал жевать. Другой рукой ближе подгреб к себе ее одежду.
И вдруг строгим тоном спросил:
– Что же вы, княжна, не выставили охранный контур? М?
При этом не забывал жевать пирожок.
А Василису такое зло взяло. Явился сюда, отчитывает ее, кто ему вообще такое право дал!?
– Потому что гостей незваных не ждала, – сердито буркнула, ища глазами ворона, который вроде должен был предупредить ее, если какая опасность.
Между тем зубы у нее уже потихоньку начали клацать, потому что вода в заводи хоть и прогрелась немного, но все равно была еще холодная. Ворон обнаружился там, где и был. Сидел на ели, виновато на нее таращился, переминаясь лапами, но ни звука не издал. Вот же предатель! Василиса смотрела на него и сулила взглядом кары небесные.
А псы? Где, спрашивается, эти адские псы, когда они ей так нужны?!
Пока она вертела головой и озиралась по сторонам, Кощей, этот тать! Доел пирожок и полез за другим. Стал жевать его, а вторую руку еще демонстративно опустил на ее одежду, лежавшую рядом. И как ни в чем не бывало, продолжил читать нотации:
– А незваных гостей никто не ждет.
– Еще бы! – фыркнула она, глядя, как быстро исчезает второй пирожок.
Зубы уже постукивали ощутимо, и кожа покрылась пупырышками.
– Вот именно. И потому охранный контур надо ставить всегда. Если, конечно, дорога девичья честь.
 
– Чтто?! – она чуть не взвилась! – Д-да как в-вы…
– Хватит мерзнуть там, вылезайте на берег, княжна. А то простудитесь, – выдал он, доедая второй пирожок.
У нее от негодования даже перестали стучать зубы.
– Вылезу, когда вы уберетесь!
– Угу, – протянул он и полез за следующим пирожком.
Он не только не убрался, он еще притянул к себе матушкину книгу и начал ее листать.
– Что за чушь? – проворчал и скривился, как от кислого.
Это уже был предел.
– Это моя книга. Положите ее на место. И отвернитесь. Немедленно! – прошипела Василиса, сжимая кулаки.
Она страшно злилась и вместе с тем ощущала беспомощность положения. Это злило ее еще больше. До слез! Она готова была вопить и топать ногами, как в детстве, готова была лопнуть от бессилия и досады.
Но в этот момент мужчина отложил ее книгу, встал, отошел немного в сторону и повернулся спиной.
– И не вздумайте оборачиваться! – сердито просипела она и стала выбираться на берег.
– Как скажете, княжна, – протянул скучно.
Василиса испуганно замерла, пригибаясь к воде. Он не обернулся, так и остался стоять спиной. Но полез за следующим пирожком.
И когда только успел прихватить узелок?! Возмущение полыхнуло, однако ей не до того было сейчас. Василиса быстро вылезла из воды и стала впопыхах натягивать на себя одежду. А тело мокрое, все липнет, застревает и закручивается, пальцы дрожат. Еще и торопилась страшно, а ну как этот тать все-таки возьмет и обернется!
Рубашку натянула кое-как, завязала пестрые тесемки у горла – сразу стало как-то легче. Сарафан надевала уже спокойнее. Когда оделась полностью, смогла наконец выдохнуть от облегчения и почувствовала себя уверенно.
Теперь можно было говорить относительно на равных, потому что это была ее земля. Да ей достаточно погромче крикнуть, как тут же сбежится бабушкина стража. И тогда Кощею мало не покажется, потому что он тут незваный гость, тать и захватчик.
И кстати! Надо забрать у него свои пирожки.
Как же! Когда Василиса до него добралась, он уже вытащил из узелка последний и целиком отправил его в рот.
– Ыыыы! – сжала она кулаки.
– Уммм? – мужчина насмешливо вскинул бровь.
Потом потер руки, отряхивая крошки. Да еще и выдал приказным тоном:
– Извольте выучить установку простейшего охранного контура, княжна. Стыдно уже не знать этого в вашем возрасте. На моем месте мог оказаться кто угодно.
Ей было много чего ему сказать! Но она только выпрямилась и проговорила:
– Я умею ставить охранный контур!
– Что-то я не заметил, – смерил ее взглядом Кощей.
Протянул пустой узелок, отошел на несколько шагов. И просто исчез в черном вихре.
Первые несколько секунд Василиса прийти не могла в себя от возмущения. Потом погрозила кулаком и высунула язык. И стала собираться, взбудораженная и злющая, потому как Кощей ей все настроение изгадил.
Не успела додумать, раздался топот лап. Примчались!
– Явились наконец? – уставилась она на адских псов. – Где вас нечистая носила?!
Псы косились на нее, вывалив языки, и преданно виляли хвостами.
– Кругом предатели, – проворчала ведьмочка, подзывая ворона.
И пошла вверх по тропинке, сердито сопя и сбивая высокие травинки.
– В следующий раз бери больше с капустой. С капустой вкуснее, – раздалось ей вслед.
Она тут же обернулась, уперев руки в бока, но у заводи никого не было. Тихо, мирно, пчелы, стрекозы, ветерок шелохнул лопухи. Василиса фыркнула и повернулась спиной. Ужасно была сердита, но отошла за деревья и не удержалась, хихикнула.
И тут же спохватилась и побежала скорее к терему, раздумывая по дороге, рассказывать бабушке об этом или не рассказывать. Пока добежала, пришла к выводу, что лучше промолчать.