Желание неистового графа

– Прости, Лора.
Ей хотелось, чтобы он звал ее «мама», но три месяца назад он настоял на том, чтобы обращаться к ней по имени. Лора знала, что это было проявлением независимости, и велела себе не обращать внимания на такую мелочь, но все же чувствовала себя немного уязвленной.
Они сегодня далеко продвинулись, и в конце он даже прислушался к голосу разума. Видит бог, бывали у них моменты и похуже.
– Мне можно уйти? – спросил Джастин.
Лора на минуту задумалась, горя желанием сказать ему, что любит его, но могла тем самым поставить его в неловкое положение.
– Да, у тебя не слишком здоровый вид.
Он пожал одним плечом, что было столь для него характерно.
– Я велю прислать тебе наверх еду.
Когда Джастин направился к двери, Лора задумалась: не совершает ли ошибки. Он принял наказание, однако его ложь давала мало оснований верить ему. Ему придется завоевать ее доверие, а ей – не спускать с него глаз.
 
3
 
Белл прибыл в клуб «Уайтс» с опозданием. Его друзья уже распивали бутылку бренди. Гарри подал знак официанту, чтобы Беллу принесли бокал.
Как только официант ушел, Гарри поднял бокал.
– За леди Удачу, – провозгласил он и слега пригубил бренди.
Белл обменялся понимающим взглядом с Колином. Их приятель, очевидно, был навеселе.
– Он выиграл пари, – пояснил Колин.
Гарри расплылся в улыбке.
– У меня полные карманы.
– Да? – удивился Белл.
Гаррри славился тем, что постоянно занимал деньги.
– Мы поспорили с Прендергастом на пятьдесят фунтов, что на этой неделе дождь пройдет три раза, – сказал Гарри.
– Беспроигрышное пари, – заметил Белл. – Поздравляю.
– Гарри предложил купить сегодня бренди, – вставил Колин.
Белл посмотрел в остекленевшие глаза Гарри.
– Как это щедро с твоей стороны.
– У миссис Хокинс сегодня вечер. Я бы поразвлекся с какой-нибудь дамочкой полусвета. С сомнительной репутацией. – Гарри икнул. – А ты сможешь поискать себе там любовницу, Белл.
– Возможно. Я голоден.
Гарри был слишком пьян, и Белл решил, что его другу лучше немного поесть и, возможно, слегка протрезветь.
Белл позвал официанта и заказал им всем бифштекс с картофелем. Пока Гарри разговаривал с Колином, Белл тихо велел официанту записать и бренди на свой счет. Он не воспользуется нетрезвостью своего друга. Выигранные пятьдесят фунтов могли быть единственными имеющимися у Гарри деньгами.
– Жаль, что ты так и не познакомился со вдовой, Белл, – икнул Гарри. – Говорят, она хорошенькая.
Колин нахмурился.
– Новая фальшивка от твоих кузин?
– Нет. Они собирались меня с ней познакомить, но она уже уехала с бала.
– Рассказывай сказки, – обронил Колин. – Наверняка она в возрасте и толстая.
– Она прелестная, – сказал Белл с невозмутимым выражением лица.
– Так ты видел ее? – У Гарри расширились глаза.
– Я навестил ее вчера, – пояснил Белл.
Гарри и Колин обменялись взглядами, потом уставились на друга.
– Ну и? – справился Колин. – Ты сделал ее своей любовницей?
– Нет, – ответил Белл. – Она не из тех женщин.
Он страстно желал ее во время поцелуя и после, но она что-то такое ему сказала, что вмиг его отрезвило.
«Этого больше не может случиться».
Гарри снова икнул.
– Я видел, как ее сын спрятал фляжку на балу у леди Аттертон, и вернул ее вчера леди Чесфилд, – рассказал Белл. – Я подумал, что ей следует знать.
Он не стал распространяться, как шокировал ее, когда поцеловал.
Колин фыркнул.
– Справедливо. Полагаю, ты пофлиртовал с ней немного, когда был там.
Его руки обшарили ее всю, хотя он знал, что она не из тех женщин, которые порхают из постели в постель. Леди Аттертон тоже это говорила. Респектабельная вдова не для таких распутников, как он.
– Пока я находился у нее, к ней наведался опекун ее сына. – Белл изложил приятелям всю историю, опустив лишь эпизод с поцелуем. – Мы, конечно, не обручились на самом деле, так что ради нее и меня держите язык за зубами.
Колин нахмурился.
– Никто в действительности ее не знает, кроме леди Аттертон. Что, если вдова ждет, что ты объявишь помолвку настоящей?
 
– Не ждет, – возразил Белл.
– Откуда такая уверенность? – удивился Гарри.
Белл подлил им бренди.
– Она ясно дала мне понять, что хочет избавиться от меня, а я вежливо дал ей понять, что наше знакомство на этом кончается. Вот и вся история.
Гарри отхлебнул из бокала.
– Ты от нее отказываешься?
Белл отставил бутылку в сторону. Вдова не представляла для него предмет охоты: она была леди.
– Я не могу отказаться от того, чего не имею.
– Хочешь сказать, она из тех, кто не ляжет в постель без обручального кольца? – не унимался Гарри.
– Она респектабельная дама, – определил Белл.
– Правильно, – поддакнул Колин. – Наслаждайся свободой еще несколько лет.
– У меня нет намерения расставаться с холостяцкой жизнью.
– Ха! – хмыкнул Гарри. – Стрела Купидона и тебя когда-нибудь достанет.
– Никаких шансов, – возразил Белл.
– Холостяцкая жизнь мне тоже по вкусу, – пробормотал Колин.
Белл допил свой бренди.
– Твои родные настаивают, чтобы ты женился на Анджелине?
Колин пожал плечами.
– Матушка составила список потенциальных кандидаток.
– Анджелина не так уж и плоха, – сказал Белл.
– Возьми ее себе, – огрызнулся Колин.
– Нет уж, спасибо, – рассмеялся Белл.
– Попомни мои слова, Белл, – фыркнул Гарри, – ты первый из нас женишься. Ставлю пятьдесят фунтов.
– Ты проиграешь.
Колин нахмурился и провел пальцем по краю бокала.
– Ты всерьез собираешься остаться холостяком?
– Да.
Добавить было нечего. Пусть его друзья сами делают выводы. Они знали его историю в целом, но никто не знал подробностей. Белл никогда не рассказывал о прошлом, дабы не будить дурные воспоминания.
– А как же твое имущество? – удивился Гарри.
Белл пожал плечами.
– Его некому наследовать.
Глаза Гарри расширились, но он тут же придал лицу нейтральное выражение. Колин промолчал, уткнувшись взглядом в стол. Они пришли к очевидному заключению: с его смертью все имущество перейдет короне.
Возникла неловкая тишина. Белл ненавидел моменты, когда прошлое давало о себе знать. Он хотел все забыть, но осколки воспоминаний время от времени всплывали на поверхность, оставляя в груди зияющую пустоту. Единственный способ справиться со всем этим состоял в том, чтобы затолкать их назад, в дальние уголки памяти, но порой и это не помогало. Доказательством чего служили ночные кошмары.
– А вот и официант, – объявил Колин.
Напряжение постепенно отступало. От запаха бифштексов в животе у Белла заурчало. Он проголодался больше чем думал. Все трое занялись едой.
Колин развлекал их рассказами о своих чудных сестрах-близнецах, которые иногда начинали говорить на языке, придуманном ими много лет назад.
Белл рассмеялся.
– Ты шутишь.
– Ничуть, – промолвил Колин. – У Бьянки и Бернадетт есть даже алфавит, состоящий из крошечных значков в виде деревьев, юбочек, причесок, молочников и прочей чепухи.
– Странно. – Про себя Белл задался вопросом: не роняли ли родители своих дочек в раннем детстве на голову? – А что насчет твоих кузин, Гарри? У них тоже есть странные привычки?
– Нет, но они умоляют меня познакомить их с тобой. Но я им отказываю.
– Почему? Ты же не думаешь, что я стал бы соблазнять твоих кузин? – удивился Белл.
– Нет. Я тебя жалею. Они стали бы к тебе свататься.
Белл поежился.
– Премного тебе благодарен.
Появился официант.
– Десерт будете заказывать? Шеф-повар приготовил чизкейк.
Белл вопросительно посмотрел на друзей, которые тотчас согласились.
– Принесите всем чизкейк и кофе, – сказал он официанту.
Вскоре принесли десерт и кофе. Гарри закончил есть со вздохом.
– Мне кажется, я умер и вознесся на небо.