Глаза не лгут (СИ)

— Привет. — Я сел рядом.
— О чём хотел поговорить? У меня мало времени.
— Куда спешишь?
— Не твоё дело. Говори зачем пришел.
— Ладно, я это… — ну же, Роумен, импровизируй! — просто хотел извиниться.
— За что? — Удивилась та.
— Ну, я тебя вырвал из дома ночью, разбудил и всё такое, — пожал плечами, — нет, не то чтобы ты была против, ты приехала ко мне, значит, переживаешь.
— Что ты несешь?
— Погоди, согласен, неправильно выразился. — Твою мать, Роу, ты можешь хоть сейчас не льстить себе?
— Ты снова издеваешься?
— Нет, — я посмотрел на часы, Аид должен вот-вот подъехать, — просто… я чувствую себя неловко.
Боковым зрением я увидел, как остановилось авто, из которого вышел раздраженный парень. Надо подождать, пока он подойдет ближе.
— Чего ты хочешь? — Эолия устало выдохнула.
— Спасибо, — я взял её за руку, — что не оставила меня. Не знаю, где бы я был, не забрав ты меня, и спасибо, что осталась на ночь.
— Эм… да пожалуйста. — Девушка замешкалась.
— Что здесь происходит? — Грубый голос парня заставил меня улыбнуться и медленно повернуться к нему с невинным лицом.
— А ты что здесь делаешь?
— Какая тебе разница? У меня к тебе тот же вопрос.
— Я приехал поблагодарить Эолию, она помогла мне.
— С каких пор ты кого-то благодаришь? — Аид склонил голову влево.
— Брось, я же не такой плохой, как ты думаешь.
— Да-ну?
— Стоп, — девушка встала между нами, — давайте все разойдемся по своим делам. Роумен, прости, но нам с Аидом нужно уехать.
— Можно мне с вами?
— Конечно, мне не особо хотелось, но…
— Нет. Ему с нами нельзя.
— Почему?
— Парни, что вы устраиваете? Я и так стараюсь быть по тише, чтобы соседи не заметили мою, столь прекрасную, — она сделала скобочки в воздухе, — компанию. Просто пусть он едет домой.
— Эолия, а ты как? Хочешь, чтобы я уехал?
Девушка посмотрела сначала на меня, потом на Аида. В глазах было замешательство, она будто хотела, чтобы мы поехали вместе, но в то же время понимала, как это будет некрасиво с её стороны.
— Роу, тебе пора.
Мы смотрели друг на друга какое-то время, выжидая чего-то. Я и сам бы не отказался провести с ней время, но такая возможность у меня появится завтра, на дополнительных занятиях. Девушка и парень скрылись из виду, когда я сел в авто, видимо, он зашел к ней. Что же, стоит ли мне говорить, как сильно я разозлил друга? Я тронулся с места, направляясь туда, куда мне совсем не хотелось. Гера давно просила меня приехать, но я всё никак не решался. Родители у нас слишком… своеобразные люди. Они строят из себя правильных интеллигентов, но такими не являются, и это выглядит смешно. Смартфон уже разрывался от сообщений и звонков, я не выдержал, и принял очередной от сестры, которая, точно сейчас будет кричать.
— Роумен! Где ты?
— Почти дома.
— Что-то я не вижу твоё «почти».
— Гера, что произошло? Ты нервная.
— Будто бы ты не знаешь, мамочка снова за своё.
— Она пытается выдать тебя замуж?
— О, ещё как! Приезжай, я тебе всё расскажу.
— Встречай братца.
Рядом с изгородью стояла девушка, сложив руки на груди. Вот он, мой любимый, и самый дорогой человек, наверное, не будь её, я бы сошел с ума. Я вышел, направляясь к ней с улыбкой, расправив руки.
— Да ладно тебе, не злись. — Обнял её, получив толчок в торс.
— Засранец. У тебя совсем нет совести.
— Ну, знаешь, это у нас семейное.
Внутри меня ждал приятный аромат свежей выпечки, что означало неожиданную беседу. Я предполагаю, о чем они хотят поговорить, но до последнего надеюсь избежать ссоры.
— Они дома? — Я снял обувь.
— Дома.
В проходе возникли родители, которые ухмылялись. Мать упёрлась обеими руками о бока, а отец, как обычно, стоял как статуя. Несвойственные для них улыбки, но достаточно привычная гостеприимность даже в сторону родного сына. Непутёвого сына.
— Здравствуйте. — Как-то официально поприветствовал я. Лучше так, чем выслушивать то, что они воспитывали нас по-другому.
— Проходи, сынок.
Мать обняла меня за плечи, и провела в столовую, где был приготовлен пирог из овощей. Черт, серьёзно? Кто вообще делает пироги с овощами? Я такого не понимаю. Их «здоровое» питание меня убивает.
 
— Знаю, как ты его не любишь…
— Поэтому и приготовила. — Не дав договорить ей, я сел на стул.
— Роумен, говори с матерью прилежно.
— Прошу прощения.
Наш семейный круг был не таким уж и тёплым, как это стараются всем внушить родители. Да, многие думают, что раз при всех мы такие культурные, значит в семье у нас гармония. Как бы не так.
— Как твои дела? Успехи в школе?
— Всё прекрасно.
— Долги закрыл? — Отец взялся за старое.
— Почти.
— Плохо. — Его зелёные глаза недоброжелательно сверкнули.
— Совсем нет, осталось немного. А вы как? Как на работе?
— Как всегда.
Вот и поговорили. Мы долго ели молча, точнее, я давился этим гребанным пирогом, пока родители играли друг с другом в гляделки.
— Гера, а у тебя как дела обстоят? — Я улыбнулся.
— Без тебя скучно, но я справляюсь. — Она пожала плечами.
— Итак, скоро ты станешь чистокровным, каковы ощущения?
— Хочется всех убить и в то же время пожалеть, но убить больше.
— Роумен, тактичнее. — Заметила мать.
— Смешанные ощущения у меня, будто бы вы сами не знаете.
— Знаем, но каждый переживает их по-разному.
— Я вообще не переживаю, для меня это привычное состояние.
Гера опустила глаза, коснувшись под столом моей ноги в качестве поддержки. Мы всегда делали так, когда не могли взяться за руки.
— Не будем о плохом. Почему ты дома не ночуешь?
— Много работы, заданий. Не хочу будить вас ночными приходами.
— О, брось, всё хорошо. Мы хотим видеть тебя дома.
— Приятно. — Нет. Они лгут.
— Так… и как ты планируешь отмечать?
— Вернее, как вы, планируете? — Я сделал акцент на слове «вы». Да, нет смысла спрашивать меня, когда всё давно расписано по пунктам.
— Раз так, — мать отложила нож и вилку, — гостей будет много, и не всех ты помнишь.
— Тогда зачем они сдались на моём дне рождения?
— Не перебивай. — Грозно сказал отец.
— Так вот, мы устраиваем действительно масштабный праздник, всё-таки такое бывает раз в жизни, чистокровие должно отмечаться так, чтобы это запомнилось.
— Да, ты можешь пригласить кого хочешь, но ты обязан быть на празднике.
— Вот как… И до какого времени я должен оставаться дома?
— А кто тебе сказал, что это всё будет в доме? Мы уже забронировали помещение.
— Да, я не сомневался.
— Присутствовать ты должен пока все не уйдут. Ты должен как полагается принять всех, также провести.
— Вы мне сценарий по почте отправьте, или в печатном виде.
— Ты снова ёрничаешь. Тебе не надоело?
— Я хочу сказать, что мне надоело, но не хочу последствий.
— И правильно делаешь, что избегаешь этого разговора.
Мы перекинулись ещё парой фраз, и направились в мою комнату. Гера буквально бежала подальше от родителей, лишь бы не слышать никого. В моей комнате было всё так… по родному. Да уж, я скучаю за этими стенами.
— Я скучала.
Сестра прижалась ко мне, на что я ответил взаимностью. Мы прочувствовали всю силу энергии, когда стояли в обнимку, прижимаясь друг к другу настолько, насколько можно.
— Здесь чисто.
— Я лично убираю каждый уголок твоей комнаты, и знаешь, что? Это ужасно!
Девушка отошла от меня и плюхнулась на стул.
— Тогда зачем убираешься? — Я осмотрел полки.
— А кто ещё это сделает, не тронув твои вещи? Если бы родители убирались, или горничная, твои статуэтки, и диски стояли не так, как полагается.
— Это слишком мило для тебя, с чего бы?
— Просто скучаю, мне не с кем поговорить, некому пожаловаться.
— Я предлагал тебе переезжать, почему ты не хочешь?