Смерть может танцевать (СИ)

Сжимаю всё, что удалось схватить и давление на меня тут же ослабло, но вместо того, чтобы завизжать или прекратить сопротивление, Утёс наносит удар своим лбом мне в маску. Она, конечно, смягчила удар, а точнее — сгладила его последствия, но перед глазами поплыло и я отступил, разжав руку.
Злую шутку сыграла коса, что валялась под ногами, а возможно, она даже спасла мою жизнь. Я запнулся о неё и полетел в песок, по инерции подбросив руки вверх. А в этот момент топор со свистом рассекает воздух, приближаясь стремительным росчерком, с серьёзным намерением отрубить мою голову.
Боль я почувствовал не сразу, успел исполнить несколько перекатов, прежде чем глаза затмило болевым шоком.
Уйдя от Утёса кувырком назад, я с удивлением посмотрел на культю, вместо правой кисти.
Бугай уже празднует победу, ну какой из меня теперь гладиатор, если я даже собственным оружием воспользоваться не смогу.
От взмаха топора над головой ухожу вниз и делаю очередной кувырок, левой рукой подбираю косу. Бугай не отстаёт и продолжает махать оружием с ещё большим энтузиазмом, чем в начале схватки.
Силы покидают меня вместе с кровью, остаётся совсем мало времени.
Очередной свист топора встречает древко косы и её основная, загнутая полумесяцем часть улетает в песок, но инерцию моему оружию это придаёт колоссальную.
Я продолжаю движение древком в сторону удара и, описав полукруг, вонзаю острый конец прямо в бок Утёса, с неудобной, левой стороны.
На его лице отобразилось удивление. Как же так, ведь он почти победил?!
Странно. Зрители молчат.
Едва я об этом подумал, как арена взорвалась, оглушительным воплем. Люди встали с мест и кричали, в нескольких местах вспыхнули драки, а я обратил свой взор на ложе императора.
Он не спешил, встал со своего места и подошёл со спокойным видом к краю, чтобы вытянуть руку вперёд и лениво осмотреть публику. «Смерть, смерть, смерть», неслось отовсюду. В общем, другого никто и не ожидал. Даже если Император поднимет большой палец, это вряд ли поможет Утёсу, копьё достаточно глубоко вошло ему в бочину и одному Богу известно, что стало с его внутренностями.
Палец указал вниз. Сил почти не осталось, я на автопилоте, словно в тумане подобрал остатки косы и подошёл к поверженному гладиатору.
Он стоял на коленях из его бока торчали остатки косы, но всё ещё дышал. Одним движением я вспорол его горло. Сегодня публика останется без головы, у меня просто не хватит сил забросить её на трибуны. Да я даже отрубить её вряд ли смогу.
Под её возгласы и ликование я побрёл к выходу, едва переставляя ноги. Не дошёл всего пару шагов и рухнул лицом в песок. Крики доносились будто через подушку, чьи-то руки подхватили меня и унесли в тёмные лабиринты арены. Последнее, что я помню, это озабоченное лицо Дария перед глазами, кажется, он что-то говорит.
*****
Очнулся я в каком-то мрачном помещении. Культя болела так, словно её опустили в кипяток и оставили там, и боль была не постоянной, а пульсировала с каждым ударом сердца. Приподняв её вверх, я почувствовал небольшое облегчение. Очень хотелось пить. Во рту пустыня, даже язык к нёбу прилип.
— Есть кто живой? — позвал я слабым, хриплым голосом.
Почти сразу распахнулась дверь и внутрь заглянула Гретта.
— Он очнулся! — крикнула она наружу и вошла ко мне, — Ты что-нибудь хочешь?
— Воды, — попросил я.
— Я сейчас, я мигом, — захлопотала она и выбежала на улицу.
Ещё раз осмотревшись вокруг, я, кажется, понял куда попал — в дом Скама. Кое-как удалось приподняться и занять полулежащее положение, обрубок снова приподнял вверх.
Дверь распахнулась и внутрь протиснулись Скам и Гретта, которая несла в руках большой кувшин.
Живительная влага провалилась по пищеводу и принесла облегчение.
— Как ты себя чувствуешь? — поинтересовался Скам.
— Живым, — односложно ответил я.
— Я послал за хозяином, — кивнул подбородком на дверь тот, — Он просил позвать, если ты очнёшься.
— Что значит если? — внимательно посмотрел я на управляющего, — Сколько я так лежу?
 
— Сегодня третий день, — ответил он.
Дверь в очередной раз открылась, и внутрь протиснулся Дарий.
— Вон, оба, — резко сказал он, и рабы тут же испарились за дверью, — Как ты себя чувствуешь?
— Живым, — ответил я ему так же, как и Скаму.
— Я не про это, — серьёзным тоном продолжил тот и посмотрел мне в глаза, — Ты теперь неполноценный, — кивок на мою культю, — Я снимаю тебя с турнира.
— Нет! — сквозь зубы процедил я, — Я продолжу.
— Как? — усмехнулся тот, — Умрёшь на песке?
— А какое дело вам до этого? — с вызовом я посмотрел в глаза Дарию.
— В твоей голове есть знания, которые могут мне пригодиться, — тут же ответил он.
— Я продолжу и выйду победителем, — сжав зубы, процедил я.
— Ты глупец, — усмехнулся тот, — Всего лишь третий противник уложил тебя на койку, минимум на две недели, а твоя рана может воспалиться и убить окончательно. О какой победе ты говоришь?
— Я смогу, — упрямо произнёс я, — Мне это необходимо.
— Зачем? — удивился Дарий, — Чтобы убить Ярга? Не смеши меня, с одной рукой это стало ещё более невозможным.
— Рука у меня на месте, нет только кисти, — отрицательно помотал головой я, — Я должен победить, я смогу!
— Ты так и не ответил, зачем тебе это? — повторил свой вопрос хозяин.
— Мне нужна свобода, — тихо ответил я.
— У тебя шестьдесят дней, — наконец кивнул Дарий.
— Постойте, — я решил ещё немного понаглеть, раз уж пошло такое дело, — Кажется, вы задолжали мне две награды?
— А ты наглец, — с улыбкой обернулся от двери тот, — Есть пожелания?
— Я передам, когда буду готов, — попытался улыбнуться я.
Дарий, молча кивнул, и вышел наружу, оставив меня один на один с моими мыслями.
  
Глава 14. Инструменты для убийства
 
Глава 14
Инструменты для убийства.
Шестьдесят дней, это не так уж и много, особенно когда имеешь такую рану. С кровати я поднялся уже на следующий день, несмотря на то, что меня все уговаривали не спешить. Но смысла валяться дальше я не видел, нужно было начинать действовать.
Про косу теперь можно забыть. Скорее всего, на арене придётся использовать стандартное оружие: меч, короткое копьё, топор. С этим буду разбираться позже. В первую очередь нужно как-то ускорить заживление раны.
Даже в современной медицине это очень не простая задача, здесь же с подобными ранами часто умирают от воспаления. Антибиотиков нет, зелёнка тоже отсутствует, так что будем изобретать какое-нибудь средство исходя из того, что имеем.
Как выяснилось, имеем мы не так уж и много, самый крепкий алкоголь — вино, а оно не совсем подходит для обеззараживания. Однако каждый мужчина знает, что его всегда можно превратить в довольно неплохой самогон. Вот только вопрос в том, как это сделать без специального оборудования.
Ещё в моём мире существовал способ перегонки при помощи большой кастрюли и пары чашек. Таким обычно пользовались те, кто не мог позволить себе изготовить самогонный аппарат, но выпить хотел.
Любое событие в жизни не случайно и теперь я это понял. В моём прошлом, рядом проживал такой человек, нет не конченый алкоголик. Вот только жена не признавала его пристрастия к увеселительному напитку, а душа-то требует. Деньги из карманов извлекались ежедневно, заначки тоже периодически исчезали и вот, как-то раз он дошёл до кустарного способа самогоноварения.
Гаражи наши находились рядом и весь процесс я мог наблюдать от его начала и до конца. А природное любопытство заставило меня задержаться и задать нужные вопросы.
 
Тогда я посчитал эти знания совершенно бесполезными, но сейчас, в этом непонятном мире, они оказались как нельзя кстати.
Гретта предоставила мне всё необходимое и с любопытством наблюдала за всем процессом приготовления, всячески помогая, когда требовалось применить две руки.