Скалы и грезы Электрет (СИ)

Несмотря на ноющие руки, Ами задержалась у транспортной платформы и тщательно перерисовала схему. Как она и думала, в основании креплений, обеспечивавших городской транспорт линиями для движения – теми самыми тонкими статичными молниями – располагались привычно округлые, сверкающие разноцветными гранями схемы.
Девушке уже давно стало ясно, отчего для украшения эшемины отбирают самые крупные и чистые камни, и не особо их ценят в принципе. Когда вокруг тебя все приборы работают на алмазах и корундах, очень быстро начинаешь воспринимать сияющую красоту как обыкновенное топливо.
Даже она, прожившая в Аламеде неполный месяц, привыкла к обилию сверкающих поверхностей и не так заглядывалась на драгоценную – буквально – технику.
Наскоро перекусив, она закрылась в комнате и погрузилась в работу. Повторить рисунок узора Ами удалось довольно быстро. Куда больше времени у нее занял подбор подходящих камней. Те, что хранились в мешочке, привезенном из Города, пришлось израсходовать почти все.
Пользоваться местными она считала себя не вправе. В конце концов, у них тут преступление назревает! Было бы верхом наглости использовать для незаконных действий содержимое мешка, щедро предоставленного ей главой Четтимом.
Изготовив два экземпляра основ для транспортера, и проверив функциональность – тонкая золотистая нить возникала при активации без проблем, и держала крепко – Ами с чистой совестью улеглась в постель.
Чтобы через минуту подскочить от неожиданного стука.
– Не спишь? – раздался по ту сторону свистящий шепот Атехейна.
Девушку снесло с кровати вихрем. Совершенно не думая ни о внешнем виде, ни о приличиях, она распахнула дверь. Парень бесцеремонно оттеснил ее в сторону и просочился в комнату.
– У тебя еще осталась мазь? – требовательно вопросил он, почесывая облезающие ладони.
Ами беззвучно вскрикнула, зажав рот руками, и бросилась к столу. Темея после ужина выдала ей целый флакон с наказом густо покрывать пострадавшие места каждый час. Увлекшись своими изысканиями, девушка напрочь забыла, что не одна влезла в раскаленный металл!
– Вот! Дай я… – терзаемая чувством вины, она силой усадила Атехейна на разворошенную постель и принялась накладывать плотный слой лекарства туда, где розовела свежая кожа. Мазь и впрямь оказалась чудодейственная, но быстро впитывалась, будто организм на самом деле ее всасывал.
Эшемин сидел неподвижно, и почти не дышал, опасаясь вспугнуть вновь зародившееся тепло неясного происхождения.
Не мог же он испытывать симпатию к человечке, право слово?
Или тем более увлечься ею!
Она же такая… другая! Излишне фигуристая, слишком эмоциональная, наглая, беспринципная, не уважающая авторитеты старейшин…
Будь у него немного смелости, он бы признался себе честно, что всегда мечтал быть именно таким. Не в части объемов, хотя и те выглядели аппетитнее чем у плоских сверстниц. А вот характеру и сообразительности Ами он немного завидовал.
И восхищался.
– Ну вот и все! – торжественно сообщила она шепотом. – Завтра должно пройти. Не трогай ничего пару минут, пока мазь не впитается полностью.
– Хорошо. – кивнул Атехейн, не делая попыток подняться. И вообще выглядел так, словно собирается заночевать в комнате.
Ами сглотнула, неожиданно остро осознав их уединенность.
За окном снова постукивал дождь – в Аламеде он шел чуть реже, чем в лесистой местности Города, зато облака чаще опускались совсем низко, превращаясь во влажный туман, а по ущельям сквозил сильный ветер, от которого перехватывало дыхание, примерно как сейчас.
Только воздух в комнате не шевелился, и вроде бы наэлектризовался предчувствием чего-то неведомого.
– Ами! Ты спишь? – раздался неожиданно негромкий голос Темеи за дверью, разрушая волшебство момента.
Девушка вздрогнула, взгляд заметался по небольшому помещению.
Куда прятать парня? Ведь не объяснить, что ничего эдакого не происходит, и Атехейн пришел намазаться лекарством. Сразу возникнет вопрос – а где это он успел так обжечься?
Глубоко в душе Ами понимала, что «нечто» таки происходит. Она ведь не совсем дурочка! Не стал бы эшемин, омерзительно правильный и порядочный по натуре и воспитанию, прикрывать ее хулиганство, а если совсем откровенно – то почти преступление, если бы совершенно был к ней безразличен.
 
Или презирал, к примеру.
Но задумываться над случившимся всерьез она опасалась.
Боялась спугнуть хрупкую, едва зародившуюся между ними нить понимания.
– Нет, не сплю! Минутку! Я не одета! – пискнула она, судорожно прикидывая, где можно скрыть гостя. Тот сам решил дилемму, поднявшись с постели и одним скользящим движением притаившись у косяка. Его как раз должна была заслонить открывающаяся дверь.
Главное, не пускать Темею дальше!
Наскоро поправив пижаму, более чем целомудренно прикрывавшую девушку от шеи до щиколоток, Ами рывком широко распахнула дверь.
– Я хотела спросить, не нужно ли тебе еще мази. – поинтересовалась эшеминка после небольшой паузы. Ами понимала, что ведет себя не слишком вежливо, замерев на пороге и не пропуская хозяйку дома в комнату, но сейчас ей было не до манер. – И как твои руки?
– Неплохо, спасибо! – Аметист вцепилась в ручку, как в последний шуруп во время сборки прибора. – Лекарство просто волшебное, все уже почти прошло!
– Может, завтра отлежишься? – заботливо уточнила Темея, не напирая и не пытаясь прорваться дальше. Она чувствовала напряжение девушки и не хотела давить, пусть и не слишком понимала, в чем дело. Травма? Возможно, она испугалась и больше не захочет приходить в хранилище? Или злится на Атехейна за то, что он показал ей этот дурацкий трюк? Сколько раз она просила сына не хулиганить и не выпускать силу рядом с источником, без толку! – Отдохни, не мучайся.
– Нет-нет! Я приду! – поспешно выпалила Ами и отлипла наконец от двери, чтобы продемонстрировать розовеющие ладошки. – Видите, никаких следов!
– Ну, смотри. Если что, тебя никто не заставляет! – сочла нужным повторить Темея еще раз, и ласково улыбнувшись, отступила. – Я пойду, проверю как там Тей.
– Он спит! – выпалила Ами и густо покраснела от неожиданно вырвавшейся лжи. Но если его мать сейчас зайдет в комнату и увидит, что сына там нет, она же искать пойдет!
Хозяйка дома смерила девушку долгим пристальным взглядом, после чего кивнула.
– Хорошо, мы с ним утром поговорим. – произнесла она наконец, развернулась и принялась спускаться по лестнице.
Ами напряженно следила, как макушка с тщательно уложенной белоснежной косой скрывается за ступеньками.
– Интересно, о чем она хочет поговорить? – от неожиданно раздавшегося над ее ухом мужского голоса она чуть не заорала, и все-таки вздрогнула, запоздало осознав, что это Атехейн.
– Мне кажется, она о чем-то догадывается. – свистящим шепотом поделилась Ами сомнениями.
Как она и думала, парень самонадеянно фыркнул и отмахнулся.
А вот Аметист призадумалась.
Интересно, Темея заметила их взаимное притяжение, которое пока что не осознали до конца даже они сами, или же их проказы сегодня в тоннеле? Вдруг она заходила в зал в то время, пока их там не было, и как раз об этом сейчас хотела побеседовать с сыном?
Как бы выяснить? Жаль, что она ушла. Теперь от любопытства не уснуть!
Впрочем, Ами переоценила свою заинтересованность этим вопросом. Спала она в ту ночь без задних ног.
А с утра пораньше они поспешно упорхнули в хранилище. Смена Темеи закончилась, их встретила другая эшеминка, привычно кивнула и направилась к одному из постаментов, на котором вот-вот должно было полыхнуть. Она и глазом не моргнула ни при виде зажатого под мышкой Ами сложенного велосипеда, ни мешка в руках Атехейна. Привыкла, что они постоянно притаскивают какие-то инструменты и дополнительные камни. А велосипед в компактном виде скорее напоминал набор шестеренок, чем транспортное средство.
– Как думаешь, на том что ты починила еще что-то появится? – прошептал Атехейн прямо в ухо Ами, низко склонившись, чтобы дотянуться. Со стороны, наверное, они казались влюблённой парочкой, но это сейчас Аметист совершенно не беспокоило.