Феномен СССР: Слово Пацана (СИ)

Визгливым тоном, она потребовала, чтобы в понедельник, я был в школе без опозданий. И вот, этот понедельник настал и сегодня я должен был первый раз пойти в школу. Накануне вечером, мама уточнила, помню ли я дорогу, поскольку не она, не отец, не могли проводить меня туда. Отец к этому времени уже будет на работе, а маме нужно будет успеть отвести брата в детский сад.
Мы подошли к окну, я подсадил брата на подоконник, после чего уселся рядом. На улице уже было светло и мы могли наблюдать за тем, что происходило на улице. Собственно, это было наше основное занятие с тех пор, как мы переехали. Выходить на улицу, нам запретила мама, поскольку опасалась, что на новом, незнакомом нам месте, мы сможем потеряться. А следить за нами, у нее, как и у отца, не было времени. Кроме того, двор, возле нашего дома, был наполнен мусором, который остался после строителей и который еще не успели убрать. Лишь пару раз удалось прогуляться по этому, новому для нас городу, когда мама показывала мне, где находиться школа и детский сад, продуктовый магазин и тому подобное.
Жили мы на пятом этаже в девятиэтажном здании. Кроме нашего подъезда, в доме было еще пять таких же. При этом, все жильцы, как и мы, были новоселами. К дому регулярно подъезжали грузовые машины, какие-то люди разгружали вещи и мебель, которую потом тащили в свои квартиры. Сам дом постепенно наполнялся звуками, откуда-то доносилась музыка или разговоры из телевизора, крики и смех.
Я тогда еще не понимал, где расположен наш дом и мне казалось, что мы живем где-то на окраине, хотя это было не так. Город в то время активно отстраивался, новые микрорайоны появлялись словно грибы. Уже через несколько лет, наш район будет считаться чуть ли не центром города, но тогда, могло и впрямь казаться, что мы живем где-то на отшибе. Мама, которая всю свою жизнь прожила в городе, который уже давно был отстроен и имел все удобства, вечерами жаловалась отцу.
— Ты представляешь, в нашем районе, нет ни детского сада, ни школы. Зато в восьмом микрорайоне отгрохали сразу три. Там никто не живет, зато три детских сада. А у нас, столько людей, и нет не одного. А школы? Две ближайшие забиты полностью, только в Кузьминках нашлась более менее свободная. Я в горком звонила, спрашиваю, куда мне детей отправить, мне там говорят, мол, в 1982 году у нас построят школу. Я у них спрашиваю, это хорошо, а сейчас куда идти? Говорят, идите в в восьмерку, прихожу, говорят, уже и так выше нормы, звоню еще раз, говорят, идите в сорок седьмую. Я им говорю, была, мест нет. А они мне, мол, ну попробуйте еще походить. Представляешь?
— Кать, ну построят, сама видишь, город отстраивается, все будет позже. Сейчас другие задачи просто, заводы, чтобы люди работать могли, жилье, остальное позже, ну не могут же они сразу все.
Такие разговоры я потом буду слышать часто. Город и правда очень долго прирастал различной необходимой инфраструктурой. Что до меня, мне в то время было на это все равно. На старом месте жительства, я был еще слишком мал, чтобы обращать на подобное внимание. А на новом, отдельная комната перекрывала все городские неудобства, которые я еще и не понимал.
Основной причиной, по которой мне казалось, что наш дом стоит на окраине, было то, что из всех многоэтажек, которые стояли в нашем микрорайоне, наш дом был самым крайним. За ним, начинались частные дома, пара бараков, которые упирались в лес. Частных домов было много, из своего окна, я смог насчитать около трех десятков. Все они были бревенчатыми и на вид довольно старыми. Бараки тоже имели жуткий вид. Тогда мне и в голову не могло придти, что такие дома могут быть и в городе.
А вот с другой стороны нашего дома, стояла еще одна девятиэтажка. Она имела форму буквы П и вместе с нашим домом, внутри получался практически закрытый двор. Когда мы проходили мимо, я видел там ребят, играющих в футбол. Они громко кричали, полностью увлеченные игрой. Они были разного возраста и среди бегающих по полю, были ребята и моего возраста. Хотелось присоединиться к ним, но поскольку я там никого не знал, то даже не стал просить маму отпустить меня, чтобы поиграть.
 
Тем более, меня испугали те взгляды, которыми наградили меня те ребята, которые не участвовали в игре, а стояли рядом с полем. Их взгляды были тяжелыми, осмотрев меня с головы до ног, они принялись обмениваться какими-то фразами. Один из них, выбрав момент, когда мама не видела, опустил руку и помахал ей в районе паха. Смысла его жеста я не понял, но судя по смеху остальных, жест был явно каким-то обидным. Мальчишка был взрослее меня, выше и шире в плечах. Случись мне с ним подраться, то вряд ли бы я смог его победить.
К первому мальчишке, присоединились другие. Громко смеясь, они заулюлюкали и громко смеясь, принялись что-то выкрикивать.
— Килька! Килька!
Я сначала отвернулся, делая вид, что не замечаю насмешек, но услышав их выкрики, обернулся. Мне было совершенно непонятно, причем тут килька. Где килька? Или это они меня называют килькой? Но почему? Я обернулся к маме, надеясь получить у нее объяснения, но она сама с удивлением смотрела на этих ребят. В этот момент на поле забили гол и ребята отвернулись от нас, тут же забыв. Мы же вернулись домой, где я все таки попытался получить ответ от мамы, но она лишь пожала плечами.
— Хулиганы какие-то, не обращай внимания.
Вечером, я попытался найти объяснения у папы. Он был занят со своими чертежами и тоже не смог дать мне внятного ответа, лишь отмахнулся.
— Это химики, не обращай внимания. Просто не общайся с ними.
Это окончательно вогнало меня в ступор, поскольку я не понял, кто таки химики. Но постепенно это событие вылетело у меня из головы. Больше меня волновало то, что мне предстояло идти в школу. Что там меня ждет, я примерно знал. На старом месте жительства, нас водили из детского сада водили в школу, где показывали как проходят уроки и так далее. Больше меня смущало то, что на новом месте я никого не знал. Это на старом месте, предполагалось, что в школу я попаду с теми, кого знал еще с детского сада.
Тут же меня ждала полная неизвестность. Было немного страшно, а в голове всплывали те ребята с футбольного поля. От мысли, что я могу столкнуться с ними в школе или по дороге, вызывало беспокойство. Все таки, они были старше меня, сильнее. Что мне тогда делать? Не обращать внимания, как советовали родители? Я тяжело вздохнул и снял брата с подоконника. Была пора начинать собираться, тем более, мама уже звала нас с кухни идти завтракать.
Далее был быстрый завтрак, пшеничная каша на молоке. Молоко мама покупала в тех частных домах, которые были видны из нашего окна. Жившие там люди, держали коров, а так же прочую живность. Из окна я часто видел, как утром, из каждого двора выгоняют коров, которых затем собирают в стадо, которое потом гонят куда-то в сторону леса. В жизни, они были совершенно другими, чем те, которые мне доводилось на картинках. Большие животы били облеплены навозом, хвосты же скорее напоминали дубинки, поскольку были облеплены колючками чертополоха. Открыв форточку, я мог слышать их мычание, которое разносилось по всей округе. К мычанию добавлялись крики и других животных, вроде свиней, которые бодро возвещали о том, что хотят есть.
Позавтракав, я принялся собирать грязную посуду. Ее мытье, было моей обязанностью, поскольку мама в это время, всегда начинала заниматься братом, умывая его и одевая его в садик. Помыв посуду, я отправился в ванную, которая к этому времени освободилась. Умывшись и почистив зубы, я отправился в свою комнату. Моя школьная форма была аккуратно сложена на стуле. Одевшись, я взял свой портфель, который накануне спешно покупала мама. В портфеле уже были сложены прописи, тетради, карандаши и прочая школьная мелочевка, наличие которой, потребовали о меня в школе.
Собравшись, я отправился к выходу, где принялся ждать маму, которая собирала брата. Он капризничал и не хотел одеваться. Пришлось идти маме на помощь. Брат со мной всегда успокаивался, даже на отца он реагировал хуже, порой совершенно его игнорируя. Зато со мной он всегда успокаивался и начинал послушно себя вести. Вот и сейчас, он успокоился, после чего мы смогли быстро собраться.