Караванщики Анвила (СИ)

— Хватит тараторить! — грозно вскрикнул Эразм. — Я тебе не дедушка никакой, а лорд Пифарей! — Брюзгливый чуть не вскипел от гнева. — А осел — это ты, идиот.
— Хех, — усмехнулся парень, — а ведь и то верно. Ой, вы простите меня, милорд, не признал вас в одежонке-то убогой, да в тележке развалившейся. Но про осла эт вы метко подметили, — незнакомец лыбился во весь рот. — Я ж вам про то и рассказывал. Животина вроде маленькая, убогая, а тащит сколько… Я как увидал, аж калач выронил. Мамка за калач сильно всыпала, но я тогда в раз решил, что как осел буду, — он гордо ударил себя в грудь. — Мелкий был-то, худенький, а хозяйство-то, на ком останется? Вот я в плуг-то и запрягся. Не, не то, чтобы у всех крепостных лошаденки или ослы бывали, я ж не давеча рассказывал, что ослов видать не видывал. В общем, пахали, конечно, все собственной силой. Но я ж про то, что у мальца силенок маловато, а я, как осел, тяну и тяну, хоть бы хны!
У Эразма подрагивало правое веко. Терпение подходило к концу. Если бы не укатившее колесо, то незнакомец окончил бы путешествие прямо на дороге у ног волшебника. Незатейливый путник вполне походил на того, кто умел чинить телеги, а это оказалось весьма кстати.
— Помолчи хоть минуту. Ты кто такой и чего тут забыл? — маг всматривался в лицо собеседника.
— Так это, милорд, Ослябя я! — парень снова простодушно осклабился. — Крестьянский сын, стало быть.
— То, что ты из крестьян кривозубых, я и так вижу, дурень.
— Хех. А и правда, зубы-то кривые, милорд. Но хоть есть, и на том спасибо. У нас же знаете, как праздник или выходной, так молодцы зубы в раз теряют, — парень звонко и раздражающе заржал.
— Ты таморец? — снисходительно спросил лорд Пифарей, тяжело вздохнув.
— Угу.
— И что ты в такой дали от своих Прудов делаешь-то?
— А… ну… я это… в… ну… как же это…
— От помещика сбежал что ли?
— Что вы! Что вы! — Ослябя в ужасе замахал руками. Если бы его одежды уже не промокли из-за жары, то сейчас парень оказался бы мокрым с головы до пят. — Не… в этом… па…по зову богини следую, стало быть.
— Паломник? А, впрочем, плевать, — Эразм махнул рукой. — Вон, колесо принеси, надо отремонтировать.
Пока Ослябя бегал по поручению, Эразм смог как следует разглядеть его. Грубый ватный подшлемник прикрывал кучерявые каштановые волосы. Пропитавшаяся насквозь потом стёганка, набитая паклей, и ржавый короткий меч на поясе — вот, пожалуй, все вооружение и доспехи, что носил паломник. Дорожный мешок за плечом казался пустым, только силуэт бурдюка виднелся через грубую ткань.
— Это мы быстро, милорд. В раз приделаю, — Ослябя наклонился над телегой и, напрягая мускулы, принялся приворачивать колесо. Через несколько мгновений что-то хрустнуло. Теперь уже отвалилась и ось.
— Асмодей бы тебя побрал! — заорал Эразм. — Всеми тремя головами! Осел! Идиот!
— Не ругайся, дедушка… Я ж эт не со зла, — Ослябя потупил взгляд. — Говорил же, что силы много.
— А ум где? Где ум твой?!
— Так в голове, стало быть, — Паломник пожал плечами. — Сила в руках, а ум в голове, эт мне еще мамка по малолетству сказывала.
Эразм хлопнул себя ладонью по лбу.
— Не в твоей голове, стало быть.
— Да вон уже и деревня рядом, за тем песочным холмом. Дым виднеется. Я сейчас кобылку распрягу, твои вещи, деду… — он глянул на лицо мага. — Ваши вещи, милорд, возьму, да доберемся в раз до деревеньки. А там я уж и инструментом разживусь и до вашей телеги сбегаю.
Пока Эразм и Ослябя следовали в Анвил по западной дороге, ведущей из вольного города Эль-Эменталь, фактически единственный сухопутный путь в Сулифский Халифат по суше, одинокий человек зашел в поселение с востока. Восточная дорога вела в пустыню, полную бандитов, блуждающей неразумной нежити и других ужасных тварей.
Человек, замотанный в дорожный плащ, уверенно ступал по раскаленному песку. На него никто не обратил бы особого внимания, но рядом шагал грозный питомец, шаркающий когтями по дороге. Пена капала из его пасти с острыми как бритвы зубами, а короткие мощные руки заканчивались огромными черными когтями. Черно-красная чешуя ящера блестела на солнце. Молодой раптор, редкий для этих мест хищник, но от этого не менее опасный. Динозавр, словно пес, бежал у ног хозяина, раздувая ноздрями горячий воздух.
 
Смуглая кожа путника могла выдать его за уроженца здешних мест, но выгоревшие светлые волосы, видневшиеся из-под капюшона, высеченный, словно из камня, подбородок и зеленые глаза демаскировали. Еще один уроженец Тамора. Да, такое количество таморцев в захолустном Анвиле действительно к беде.
Незнакомец не только одеждами и загаром пытался выдать себя за того, кем он не является, но и историей, которую рассказывал. Все до скуки банально и приправлено каплей правды, от чего звучало вполне правдоподобно. Одинокий дрессировщик ящеров, вырастивший зверька еще с яйца, явился в поисках какой-нибудь работы и редких пород хладнокровных.
В Анвил частенько наведывались авантюристы разных мастей. Захаживали и преступники, и искатели лучшей доли, стремившиеся в Сулифу, где можно начать жизнь заново. Поэтому еще один отщепенец вряд ли бы вызвал подозрения, к тому же, таскающий за собой зубастую зверюгу. К такому лучше не приставать, а то вдруг ящерица-переросток не завтракала.
Наш же очередной герой, представлявшийся новым знакомым именем Калдо́р, плевать хотел и на поиск новой жизни, и на поиски работы. Работа у него имелась, и даже определенное задание — найти заклинателя змей. Нет, не затем, чтобы делиться секретами воспитания хладнокровных гадов, все куда сложнее.
Калдор преодолел поле пасущихся верблюдов, миновал бдительного стражника-мамелюка, который молча наблюдал за ящером со смотровой вышки, и остановился у местного трактира. Назвать эту дыру трактиром не поворачивался язык, но табличка над входом прямо указывала на наличие питейно-спального заведения. Даже название присутствовало: «Наследие Тамора».
Владелец явно имел чувство юмора. Глиняное строение с отверстиями вместо окон и занавеской из грязной, рваной ткани вместо двери. Внутри воняло мочой и потом, а интерьер представлял собой грязные стены, несколько низких столов и пьяницу, храпевшего у входа. Даже пара местных бездельников без удовольствия хлебали что-то из глиняных пиал. Но, кое-кто, кажется, совсем не смущался окружающим колоритом и напитками.
Широкоплечий мужик в кожаных наручах и с длинной светлой косой, в этот раз хотя бы не таморец, а также клыкастый, зеленоватый орк в длинной кольчужной рубашке. Эта милая парочка что-то весело обсуждала, когда Калдору не посчастливилось зайти внутрь славного заведения. Раптор ринулся за хозяином, но тот шикнул на зверя, и живность молниеносно вылетела на улицу. Широкоплечий тут же потерял идиотскую улыбку на лице, но нащупал у ноги тяжелый двуручный топор. Он не сводил глаз с ящера, что виднелся в дверном проеме.
— Приветствую тебя, уважаемый, — Калдор сверкнул монетой, обращаясь к трактирщику.
— О, рад видеть нового гостя! — обрадовался толстяк в заляпанном жиром халате. — Сегодня у нас не особенно оживленно, поэтому к моему величайшему сожалению, выбор еды чрезвычайно скуден.
— Не страшно, я не голоден. Дай что-нибудь выпить, — пара медных монет оказалась на стойке.
— Свежая кактусовая настойка! — трактирщик с гордостью плеснул в пиалу мутную жидкость.
Махнув предложенный напиток одним глотком, Калдор незаметно глянул в сторону странной парочки. Но от трактирщика этот взгляд не укрылся.
— Работу ищут, хотят к Басиму наняться в караван, — начал он, наполнив поставленную дрессировщиком на стойку пиалу. — Хотя Басим ныне другую работу предлагает, опасную.
— Что за работа? — заклинатель ящеров состроил заинтересованную мину.
— Бывшее поместье аль-Гази от призраков очистить, да проклятие снять. Платит хорошо, но желающих не так много. Кто ж в здравом уме с призраками тягаться станет. Не-е-е, — он махнул рукой, — дело гиблое, и сомневаться не нужно.