Меч с камнем. Том 2 (СИ)

И они направились к выходу из завала, оставив ошарашенного синарианца одного.
— Одно радует, кто-то из моей команды уцелел, — пробормотал он, пытаясь подняться.
Ножные сочленения гнулись плохо, потому приходилось идти медленно. С трудом преодолев очередной поворот, Роб-Рой столкнулся с лейтенантом и другим своим офицером, Хэнсоном. Припомнил, что зовут его вроде бы Гэлер.
Снаружи разбитого корабля уже находился бивак. Горел костёр, над которым в стальном кожухе от воздуховода что-то помешивал один из пиратов. Другие люди, разбившись по двое, занимались поиском разных уцелевших при крушении вещей, от тряпок до вооружения. И лагерь, и корпус крейсера находились в широкой тени, отбрасываемой высокой скалой, и потому здесь было прохладно и темновато, несмотря на поднимающееся жёлтое местное светило.
— Как вы, монсоэро? — поинтересовался Гредж.
— Цел. Повреждён скафандр, плохо сгибается, надо снять.
— Пойдёмте, — с облегчением выдохнул Хэнсон, — одежды у нас много.
— Сколько выжило? — задал главный вопрос Роб-Рой.
— Пятеро нас, семеро их, — мрачно проговорил эт Дрейвер, — они вам уже сказали?
— Да.
— Всё мутит этот поганец Корник, — Хэнсон поморщился и сплюнул, — ваш брат погиб, а он среди команды «Уоба» пользуется авторитетом.
У оставшихся людей опального графа был свой бивак, чуть в стороне. Здесь была разбита палатка, из которой торчали чьи-то ноги в стандартных ботинках, стояли ящики и короба, приспособленные под небольшой склад. Роб-Рой быстро переоделся в комплект новенькой униформы, подобрал пистолет и проверил его.
— Я в этом завале замечательно выспался, — проговорил он, — потому, кто работал ночью и плохо стоит на ногах — отдыхать. Я пойду, поговорю с нашими… коллегами. Нет! — осадил встрепенувшихся подчинённых, — никакой конфронтации и давления. Пока. Обменяемся информацией.
С ним всё-таки пошёл эт Дрейвер, проворчав что-то невнятное. Они приблизились к группе пиратов, столпившихся возле какого-то аппарата.
— Корник, можно тебя на пару слов?
Тот хлопнул по плечу сокомандника, увлеченно ковырявшегося в аппарате, и направился к нескольким грубым лавкам из чего попало, в своей части лагеря. Навстречу вышел вооружённый карабином Пакс.
— Говори, я жду, — покровительственно ухмыльнулся главарь пиратов.
— Надо бы похоронить всех…
— Надо. Мы вон там уже яму копаем. Если хочешь, можешь копать отдельно.
— Не думаю, что это нужно. Корник, ты бывал на таких планетах? Что думаешь делать дальше?
— Бывал, — пират заулыбался, — на Карфагию мы несколько раз летали. По бабам.
— Хорошее дело. Как там было? Солнце, море, жара, бухло?
— Ну да, как-то так. А ты к чему клонишь?
— У планет с атмосферой и всякими другими приблудами есть одна особенность. Здесь меняются времена года. Сначала ты прилетаешь в хорошее тёплое место и там расслабляешься. Если на месяцок, не страшно. Но если ты там остаёшься жить… Через некоторое время становится холодно, и либо очень долго идёт дождь, либо настаёт мороз, и вода превращается в снег и лёд. Не как в космосе, но нам хватит и этого. В такое время нельзя сажать огороды, приходится жрать то, что заготовил, когда было тепло.
На лице пирата отразилась напряжённая работа мысли.
— Огород, это как на станции всякие… овощи, да?
— А станции у нас нет, — сказал Пакс, — и купола нет. Ни хрена нет. Я понял, о чём ты. Ещё, наверное, нужна толстая одежда, в которой шлюзы после вакуума проверяют. Вон там вроде валялся один… костюм. А нас двенадцать рыл. Из чего их делают вообще?
— Синтетическую ткань мы вряд ли сможем здесь сделать. Значит, как давным-давно, из шкур каких-нибудь зверей. Здесь есть звери?
— Граф, с… падения прошёл один день, — Корник перестал корчить из себя уголовного авторитета и заговорил нормально, — мы пока разбирали, что уцелело, и вытаскивали ребят, чтобы закопать. Это пока самое важное и срочное. Что дальше — ещё не думали. Жрать есть, бухла немного есть, стволы тоже есть, даже атомные. Ща дела поделаем, пойдём на разведку. Поглядим, что тут за звери и… люди.
 
И он хитро прищурился, наблюдая за реакцией.
— Люди?..
— Ага. Пакс видел город.
— Город? Где? Когда?
— Когда, э… садились, — Пакс лыбился, довольный произведённым эффектом, — что-то такое мелькнуло, только темень уже была, я не уверен. Похожее на дома и улицы.
— Это совершенно всё меняет, — пробормотал эт Дрейвер, — для людей или… в общем, разумных, нужны другие инструменты. Если ты не ошибся, голод нам не грозит, только и вести себя надо осторожнее. Понадобятся знания и техника, для обмена.
— Знания есть, вон, Клюв механик, — Корник указал на парня, всё ещё корпевшим над откопанным агрегатом непонятного назначения, — по движкам соображает, и немного в электричестве.
— Тогда у меня ещё вопрос. Что уцелело из корабельного оборудования?
— Хрень эта, археотеховская, цела, — сказал Пакс, — только от неё на планете толку нет. Если только в труху весь шарик потребуется, без вариантов выжить. Последний шанс, да. Бэ-пэ вон откопали, Клюв сказал, можно оживить. И штурмовик.
Роб-Рой поднял бровь.
— Космический штурмовик? Мы же сбросили почти весь корабль.
— А он в носу был. Там шлюз пустой, вот и сел один, после зарубы на точке. Топливо есть, снарядов мало, да поколотило его, но, думаю, летать будет. В общем, для местных сюрприз имеется.
— А я-то думаю, чего это нас так тащило тяжело, — протянул Гредж, — нас ведь могло остаться больше!
— Обратно дороги нет, — сплюнул Корник, — мы живые, и это хорошо. Прилепимся к местным, если они есть, и будем тут жить. Нормальный план. Да, кстати. У нас есть механик и оружейник. А что можете предложить вы?
Возникла пауза.
— Я пилот. Говорят, неплохой, — поскромничал эт Дрейвер, — Хэнсон — двигателист. Матросов не очень хорошо знаю, но один из них вроде как радист, да ещё с собственным позывным.
— Принимается, — кивнул Корник, — Давай так. Вы помогаете нам доделать дела с кораблём, затем вместе пытаемся завести штурмовик. Свободные люди тем временем проведут ближнюю разведку. А там видно будет. Овощей, — снова ухмыльнулся, — у нас всё равно нет, и выращивать к холодам нечего.
— Договор, — Роб-Рой пожал пирату руку.
Тот не напрягался, и его рука была похожа на дохлую рыбину. Неприятное ощущение. Чуть отойдя в сторону своей части лагеря, непиратская часть выживших коротко посовещалась.
— Вы же понимаете, монсоэро, что слова этого пирата…
— Я прекрасно себе представляю расклад, Гредж, — резко сказал Роб-Рой, — за нами сейчас нет никакой силы, кроме троих членов моей бывшей эскадры. Радует одно — пираты надеются на контакт с аборигенами и подавление их силой, а потому пока не будут пытаться сделать зависимыми нас. Корник понял, что я не телёнок на верёвочке, и мои люди со мной заодно, потому конфликт приведёт к потерям среди уже его людей, а ослабление отряда перед контактом — плохой вариант. Значит, какое-то время у нас есть. Думаю, до тех пор, пока будет приведён в действие штурмовик. Ты видел, где он и в каком состоянии?
— Нет. И, поскольку я не один раз обошёл корабль по периметру, и откапывал того же Корника внутри, штурмовик качественно завален обломками, и работоспособен ли, тоже большой вопрос.
— Хорошо. Значит, время пока есть. Ты идёшь отдыхать, а я поработаю на завалах. Передай всем приказ — оружие держать при себе всё время, стараться не конфликтовать с пиратами, обо всех движениях в нашу сторону докладывать мне незамедлительно.
— Я понял, — шутливо отсалютовал лейтенант.
Следующие дни потянулись достаточно однообразно. Люди работали на расчистке, причём плюнуть на всё остальное, кроме шлюза и штурмовика в нём, решили уже завтра. Погибших, как пиратов из команды «Уоба», так и людей Роб-Роя, похоронили в общей глубокой яме, копать каждому из семи десятков персональную могилу не было сил. Крейсер «приземлился» в гористой местности, и грунт здесь для такого рода работ совершенно не подходил. В качестве могилы по молчаливому соглашению сторон задействовали уже имеющуюся природную яму, которую расширили и углубили, а после короткого прощания с родственниками и приятелями всех желающих, завалили камнями и присыпали землёй.