Охота на магов: путь к возмездию (СИ)

— Да. А есть что-то другое?
— Сейчас хорошо промышляет мелкое воровство. Хорошо, что до большого не дошли. В основном это совсем дети из бедных семей, но это и не удивляет. Они, как правило, и попадаются на улочку того же Хамеля Эбета. Вас заинтересовала эта новость? В давешнее время была распространена антропофагия. Сейчас, когда у нас у каждого есть крыша над головой и известных способ заработка, меня неприятно удивляет то, что некоторые до сих пор охотятся за людьми и видят в них мясо. Но это не настолько важно, сколько это безумие. Вчерашние и этот день — пик этих варваров. И вы спросите, чем я подозреваю группировку чернокнижников? У всех у них есть символ на плече, который они даже в жаркую погоду скрывают. Что бишь я еще хотел заметить, — продолжал он, с усилием припоминая. Черты его дрожали: Як Тарлес сильно волновался, — да; пожалуйста. Конечно, у них уже как обычай надевать черные мантии. Но все еще не понятен мотив…
— Госпожа Леотар предположила, что это месть. Они хотят отвоевать нашу землю, — дождавшись, пока он полностью выскажется, Афелиса сказала, — да и большинство поддерживают эту теорию. Только вот, плохо верится, что единственная цель — месть.
— Почему же? Разве они на что-то другое способны? — встревожился он.
— Еще как способны. Природа дала им убивающую силу, а нам — исцеляющую. Большое и грозное всегда подавляет маленькое, и называет его агрессором. И всегда эти жертвы знают куда больше, чем нападающие. Так что давайте не будем обманывать себя. Чернокнижники не так просты.
— Может быть и так. Эти черти слишком протестные. Мы не уживемся с ними на одной земле. Либо мы, либо они. От грани до грани. Другого исхода я не вижу, — произнёс он уже более уверенно.
— Нельзя развязывать войну. Нужно, для начала, обезопасить город и мелкие поселения. Я займусь этим сегодня. А Вас попрошу следить также тщательно и быть верным работе. Но, надо сказать… — она запнулась, — и говорить я с ними не вижу толка. Долго время прежнее правительство было сторонником пацифизма, и что из этого вышло? Мы получили не удар, а пулю в лоб. Ситуация обостряется и не уступит по количеству жертв схваткам с охотниками. Нужно понять и принять это. Не нужно бунтовать. Я посещала их деревни. В основном они действуют поодиночке, редко в команде.
— И тот случай с «темным нашествием» был исключением?
— Да. Им нужно было управиться не с одним человеком, а сразу с несколькими. Вы присутствовали на экспертизе тел? Нанесение ранений многое может сказать об убийце.
— Да. Зрелище… неприятное, но я был вынужден. Мне тоже было это любопытно. А я уж такой человек, что мне нужно видеть все своими глазами, нежели довериться врачу, — говорил он раздельно, с видимым отвращением, — могу сказать, что раны, в отличие от символов, не одинаковые. И такое ощущение, что сделаны наверняка. Присутствовала доктор Браес Маро, с которой я сотрудничаю. На одном человеке она насчитала десять ударов ножом, а в другом обнаружила одну пулю в затылке. Тут уж зависит от того, кто совершал убийство.
— Когда прибыла полиция? Кто сообщил? Беженцы? — с заинтересованностью спрашивала Афелиса.
— Да. Жители, которые успели убежать. О самой этой истории я знаю поверхностно, так что попросил редакцию журнала не распространяться о том, что еще не доказано. Не менее интересна история о Лиф Бронас. Она оставила после себя не только умерший плод, но и много уловок.
— Лиф Бронас… это? — она помнила все вырезки, но некоторые имена — нет.
— Беженка из Атрандо. Статья о ней называется, как я помню, «Несчастный брак всему виной». Я был и на ее вскрытии. Врачи подтвердили вердикт, что это было убийство. Суд над ее мужем состоялся. Но, что странно — на ее теле не было замечено результата насильственных действий. А как говорили, что он часто унижал жену и доводил ее до частых обмороков.
— Сколько лет они пробыли в браке?
— Еще и год не минул. Так что и в этой истории нельзя не подозревать чернокнижников. Не понимаю, кто будет общаться с жертвой больше года, чтобы ее убить? Только безумец. Так что другого объяснения нет. Нужно немедленно защищать границы города и отсылать военных на патрулирование в деревни. Пока не поздно. Поздно наступит тогда, когда они доберутся до замка.
 
— Я думала об этом. В этот день все решится. Понятно, что все факторы указывают на вмешательство темных магов. Они решили нападать не целой гурьбой, а подстроить все убийства, не раскрываясь. Они никогда смело не заявят о себе, — сказала Афелиса, откидываясь на спинку стула, — все же они боятся. Боятся быть рассекреченными. Но неужели они считают нас настолько глупыми? Этот переворот был слишком внезапен, чтобы не заметить его.
— Видимо, это так, — пожал он плечами, — но я не изучал их народ. Если ситуация обострится, чего я не жду, то придется, — придерживаясь обоими ладонями за ручки, Як Тарлес медленно поднимался, — Вы меня выслушали и, надеюсь, что-то заключили из моих слов.
— Да. Не волнуйтесь, — с облегчением проговорила она, вставая следом, — теперь я убеждена окончательно, что это их проделки.
— А что ж Вы? Раньше сомневались? — как бы не веря услышанному, спросил он, оборачиваясь.
— Часто в такие дела вмешиваются сила извне. Организация. Не можем утверждать, хватит ли им золота подкупить их. Но мысль неплоха.
— Что же, что же… это спорно, — он улыбнулся, и, откланявшись, проговорил, — очень почтенно мне, простому сыщику разговаривать с Вами. Пожалуй, эта ситуация что-то хорошее и принесла.
Лукавство послышалось в его голове. Он смотрел на нее в упор, говоря это, будто хотел запомнить все ее черты в момент встречи и четко передать кому-нибудь. Афелиса отвела взгляд — эти жадные, пристальные глаза чуть ли не съедали душу. Еще раз поблагодарив за встречу, он вышел — из приоткрытой двери показалась спина Леотар. «Все-таки все это время наблюдала и слушала. Что он ответил на вопрос в письме? Неужели она не показала мне его? И зачем это ей?». Озадаченной была Афелиса, что впала вдруг в исступление: все те новости об убийствах, угрозах и нашествиях чернокнижников, не оставили ее в простом раздумье, понятно одно — нужно поскорее всех собирать и немедленно предпринять действия. «Иначе Гроунстен развалится. На мне. На моей совести, на моем имени… — в ужасе она опустилась на диван, — на моем имени. Нельзя этого допустить. Что же потом станет? Бунт? Другая волна смертей? Остров снова захватят?».
— Я не отдамся мукам.
Прошептала она про себя с болью и с ненавистью, осознавая, что не может подчиниться никаким внешним преградам, и приходила от этой мысли в еще большее раздражение. Ангарет так и не появился. Леотар, видимо, отвела его в приемную комнату и скоро пришла сама. Афелиса ожидала увидеть восторг на ее лице от того, что беседа состоялась. Но встретила, напротив, опечаленные глаза. Она подошла к окну и долго молчала; Диамет прерывать не стала. «Вдруг я чего-нибудь испорчу? Она думает и, наверное, об этих событиях». Избегать этого факта было недопустимо. Приходилось вновь рисковать сном и нервами.
— Он говорил все верно, — внезапно сказала Леотар унылым тоном, — Анариэль скоро прибудет. Должен. Тогда и начнем беседовать об этом. Ничего ведь, что я подслушивала? Мне было слишком интересно, и не вмешиваться я не могла. Хотелось все услышать. Понять все. Анариэлю тоже есть, что сказать. Мы не останемся в беде, — эту фразу произнесла она с непринужденной улыбкой, — верно ли я думаю, что вы боитесь распада? Боитесь того, что кто-то займет ваше место?
— Как же не опасаться? — Афелиса заметила слово, считая его более подходящим, — только и ждать беды. Это не странно. Это ожидаемо вполне. И правильно Як Тарлес сказал, что либо мы, либо они. С этим уж не поспоришь. Честно, я всеми силами отрицала это, хоть и знала, что так оно и будет. Не хочется мне войны между братскими народами.
— Братскими? — она обернулась, критично смотря на нее, — только по легенде. Не стоит на этом зацикливаться. Кстати, что этот Элеон Алгрес? Он… человек? То есть, обычный?