Горячая афера. том 1 и 2 (СИ)
Осознав это, мошенница решила сменить тактику и неожиданно обмякла в руках похитителя. Танир остановился, чтобы разобраться, в чем дело, чуть ослабил хватку, но вместо того, чтобы бежать, Лексия, проворно развернулась, на секунду прильнула к его груди, дернула за полы рубашку, пробежала пальчиками по смуглой коже и, пока доменус не пришел в себя, поднялась на цыпочки и поцеловала. Глубоко, чувственно, раздвинув языком плотно сжатые зубы. Главным был эффект неожиданности, секундного замешательства хватило, чтобы до крови прикусить его губу и со всего маху засветить коленкой между ног. Было немного жаль – на губах доменуса все еще чувствовался вкус хорошей сигары и дорогого рома, который сменился металлическим привкусом крови.
Лексия не учла одного – тело Танира действовало рефлекторно. Годы ежедневных тренировок и жизнь в опасности довели некоторые движения до совершенства. Тело среагировало на опасность быстрее, чем мозг, и неожиданный удар отбросил девушку к стене.
– Проклятье! – выругался Танир и рванул вперед. Лексия успела лишь заметить, что доменус явно обеспокоен, и отключилась.
Сознание вернулось с тупой болью в висках и солоноватым привкусом крови во рту, а также с неприятными воспоминаниями. Мошенница медленно открыла глаза. Попыталась дернуться, но не смогла – руки и ноги были скованы. Страх, свернувшийся холодным комком в животе, зашевелился. Дыхание перехватило от беспомощности. Лексия поняла, что лежит на огромной кровати, укутанная тонким одеялом из овечьей шерсти. Голова раскалывалась, перед глазами все плыло, а ко лбу кто-то прикладывал завернутый в полотенце ледяной кристалл.
– Вот какого демона вы творите?! – Голос звучал обвиняюще. Будто Лексия сама себя ударила и потеряла сознание.
Как и следовало догадаться, рядом на кровати сидел доменус собственной персоной. Рубашка расстегнута на груди и обнажает смуглую гладкую кожу.
– Мне казалось, вы вполне разумны, и мы с вами нашли общий язык, нобиле, а вы меня чуть не убили! – Доменус возмущался вполне искренне, и мошенницу это взбесило. Руки, скованные наручниками над головой и, видимо, привязанные к изголовью кровати, затекли. Не столько сильно, сколько неприятно. Как и вся эта абсурдная ситуация.
– Как-то вы слабо похожи на травмированного! – сквозь зубы процедила Лексия, мысленно перебирая в голове планы мести.
– Прошу прощения. – Танир помрачнел. – Понимаете, я прежде всего солдат. А солдат учат, что их жизнь зависит от рефлексов…
– Вы прежде всего, простите боги, дебил! – в сердцах бросила Лексия и, смягчившись, добавила: – То есть меня ударили не вы, а ваши рефлексы? – Мошенница чувствовала, что объяснение принимает. Она сталкивалась с наемниками, которые часто действовали похоже. Те из них, кто был поумнее, сразу честно предупреждали об этой своей особенности. Не могла Лексия принять другого – связанных над головой рук и опутанных заклятием ног.
– Мне действительно жаль. – Танир опустил глаза. – Я постараюсь, чтобы это впредь не повторилось, но и вы теперь знайте, что намеренно причинять мне боль опасно. В один миг я могу забыть, что передо мной – хрупкая женщина, мое тело воспримет вас как противника, и тогда травмы неизбежны. В этот раз вы легко отделались.
– Я умею падать и уходить от удара, жаль только, не научилась бить. Но я обязательно это исправлю.
«Если выберусь отсюда», – с грустью заключила Лексия про себя и, вскинув на своего похитителя полные слез глаза, попросила:
– Давайте вы меня просто отпустите? А? Пожалуйста…
– Не могу… Меня самого не радует создавшаяся ситуация. Но у меня нет иного выбора.
– Я не хочу… – На глазах выступили слезы, и это была не игра. – Почему я?
– Вы лучшая в своей профессии. – Доменус пожал плечами. – А мне нужны только лучшие.
– Но я не из квартала Розовых лилий! Поверьте, среди них вы сможете найти более талантливую и страстную партнершу!
– Что? – Танир даже отпрыгнул в сторону и посмотрел на мошенницу с плохо скрываемой брезгливостью. – Вы подумали… вы решили… – От возмущения он даже начал заикаться.
– Вы не собираетесь меня насиловать? – едва выдавила Лексия, которая начала сомневаться в правильности своих выводов. Похоже, страх лишил ее возможности думать и анализировать, впервые за долгие годы. Впрочем, удивленное и оскорбленное лицо доменуса порадовало.
– Конечно нет!
Возмущение доменуса было искренним. На побитом, со следами укусов лице застыло обиженное выражение.
– Как вам только в голову могло прийти подобное?
– Вы меня похитили! Вы притащили меня в спальню! – чеканила Лексия. – Вы сказали, что не сделали бы подобного предложения порядочной нобиле! Этого достаточно. По крайней мере, для меня. Что еще я должна была подумать? У меня до сих пор нет ни одной идеи по поводу того, что происходит.
– Я как-то не рассматривал ситуацию под этим углом зрения… – задумчиво протянул Танир и нахмурился, видимо осмысливая сказанное Лексией. – Я же говорил, что не причиню вам вреда… – сделал он сомнительную попытку оправдаться.
– И я должна была вам вот так, с ходу, поверить? С чего бы это?
– Конечно, я думал, слава идет впереди меня…
– Я не склонна доверять слухам. Простите. И все ваше сегодняшнее поведение указывает на то, что я права.
Лексия надулась. Классически, по-женски, прекрасно осознавая, что подобное поведение срабатывает очень часто. Ситуация, в которой она очутилась, сейчас казалась донельзя глупой. Сама Лексия совершенно непрофессионально впала в панику, а легенда департамента контроля за государственными ценностями сглупил. Ну что стоило просто поговорить с ней? Обычно, по-человечески, без попыток подчинить своей воле и загнать в угол?
– Вы – мошенница… – вынес приговор доменус, и Лексия поняла, что рассуждала вслух.
– И что это меняет?
– Все. Мне удобнее вести с такими, как вы, диалог с позиции силы.
– Зато я не люблю, когда со мной ведут диалог с позиции силы, – отрезала мошенница и дернулась. Вырвать руки из пут ожидаемо не вышло. Хотелось кричать и ругаться от злости, беспомощности и обиды.
– К сожалению, на данный момент у вас нет выбора. – Танир нерешительно улыбнулся. – Так что просто поспите. Я и правда не склонен к долгим ночным разговорам. И так ночь слишком коротка, скоро наступит утро. И, не обессудьте, я снял с вас все украшения…
– Мерзавец….
Вот теперь мошеннице хотелось рвать и метать. Этого она не могла оставить так! Она слишком ценила свои драгоценности, она знала их все и нежно любила. Она, скорее, рассталась бы со своими финансовыми сбережениями, нежели с уникальными, единственными в своем роде перстнями и колье.
– Там слишком много интересных и опасных экземпляров. Я вам верну все, как только высплюсь.
Танир замолчал, при этом внимательно разглядывая Лексию. Словно хотел что-то спросить и не решался.
– Мне даже стало интересно, как вы смогли раздобыть некоторые экземпляры? – все же спросил он.
– Кое-что досталось мне с большим трудом. Поэтому рассчитываю получить все до последнего колечка.
Лексия быстро успокоилась, так как знала, что доменус забрал не все. Одну вещь он не посмел тронуть. Никто никогда не смел, и мошенница этим беззастенчиво пользовалась.
– И все же… – снова завела она тот же разговор. – Зачем я вам нужна?
– Безусловно, чтобы воспользоваться на благо государства вашими уникальными профессиональными качествами. Я вообще не понимаю, как вам могла прийти в голову какая-то иная идея.
– Я не использую свои профессиональные качества на благо никакого государства. Это против моих правил, – упрямо заявила мошенница.
– Именно поэтому я не намерен обсуждать с вами деловые вопросы сейчас. Я нарочно оставил их на утро.
– Обсуждать нечего.
– Ну, это мы посмотрим завтра.
– Хорошо, – вынуждена была согласиться Лексия. Продолжать и дальше развивать эту тему не имело смысла, поэтому мошенница поинтересовалась: – Вы что-то говорили про предложение, которое не сделали бы порядочной нобиле.