В чужом обличье (СИ)
— Опять враньё, — вздохнула Светла.
— Ну да! На самом деле дед не испугался, но ему плохо и я, честно говоря, сомневаюсь, что он справится с убийцей…
Технически это было правдой: деду было «плохо» и с убийцей он не справился.
— …но вы же знаете, он, как упрётся, так всё!
— Допустим, — поджала губы Светла и нахмурилась.
Она чуть нервно хрустнула пальцами, ещё нахмурилась, и Реймонд, даже понимая, что гнев направлен не на него, всё равно немного струхнул.
— Чем ему плоха моя помощь? Почему Трикси?
— Ваша помощь плоха только тем, что она ваша, уважаемый мастер Светла, — просто ответил Реймонд. — Если вы возьмётесь лечить дедушку, никто не поверит, что он в порядке.
— Но он же!.. — Светла прикусила губу, оборвала сама себя.
«Странно, что я не видел этого раньше», — подумал Реймонд. Мастер Светла, очевидно и несомненно, была влюблена в магистра Агостона, и сейчас эта влюблённость, беспокойство за дорогого человека прорывались сквозь маску, отражались на лице.
— Я поняла, — произнесла она почти холодно, развернулась.
Секунду спустя донесся удаляющийся топот.
— Вообще, она вроде же уезжала к Драгнишам в соседнюю мелкую долину, — задумчиво пробормотала Киэра вроде как себе под нос, но так, чтобы Реймонд слышал. — Барисса-молочница рассказывала, видала, как мастер Светла через весь город к королевскому дворцу скачет, а конь у ней был волшебный, и аж по воздуху летел!
Реймонд лишь пожал плечами. Проблема решена, чего тут ещё размусоливать?
— А ты, негодник, чего удумал, уважаемому мастеру врать прямо в глаза! — неожиданно набросилась на него Киэра.
— Это всё дед! — выпалил Реймонд.
— Очень удобно валить на уважаемого магистра, — гневно сказала Киэра, надвигаясь ближе, — особенно когда он не может сам встать и уличить тебя во лжи!
Реймонда передёрнуло.
— Ладно, — проворчал он, делая вид, что сдаётся и уступает. — Деду плохо, он постоянно ворчит и ругается, и не хочет бросать эту затею с ловлей убийцы на живца! Я бился-бился, ничего не добился, и тут вспомнил, что домна Трикси всякие отвары делает, и решил к ней сходить.
— Купить отвара от ворчливости?
— Ну да!
«К счастью, — подумал Реймонд, — тётя Киэра хоть и знает меня хорошо, а магией определять ложь не умеет».
Остальное он скрывал иллюзией и добирал актёрской игрой, навыки которой развил в университете.
— Она же без магии их делает, на травах, так что дед не сможет распознать уловку!
— Лучше бы он к себе уважаемого мастера Светлу допустил!
— Так она же…
— А, ты тоже заметил, — оскалилась Киэра и тут же сменила тон. — И что с того? Рядом с мужчиной должна быть любящая женщина, на том и стоят наши горы!
Реймонд озадаченно моргнул, но вдаваться в личные детали не стал. Только решил для себя, что надо бы навести справки про дедушку и мастера Светлу, и тогда уже решить, что делать. Ещё он уверился в правильности своего решения: не удержала бы Светла Тарниш тайны, и тогда план Реймонда «дед жив» точно пошел бы прахом.
— Предлагаю оставить решение этого вопроса деду, — пробормотал Реймонд.
И торопливо сбежал, пока его не припахали таскать «деду» лечебные супы. На улице было хорошо: тепло и солнечно. Доносился рёв водопада, спешили по своим делам жители Нуандиша, налетал горный ветерок, так что Реймонд шёл, вдыхал полной грудью воздух и радовался. От текущих проблем отбился, рана не смертельна, в кармане звякают деньги, чего ещё желать?
Конечно, кто-то мог бы сказать, что убили деда, что Реймонд уже нагромоздил два этажа лжи, из которой непонятно как будет выбираться, что он недоучка, отчисленный из университета и у него нет денег, но Реймонд всегда умел радоваться и наслаждаться моментом, не заморачиваясь стратегическими проблемами и трудностями, что в конечном итоге и подвело его в Вагранте.
* * *— Здорово! — гаркнул кто-то прямо в ухо, и Реймонд вздрогнул.
Присел немного, так как возглас сопровождался хлопком крепкой руки по плечу. Хорошо хоть, по здоровому.
— Эйкос! — воскликнул Реймонд, обернувшись.
Два друга обнялись, и Реймонд опять ощутил себя попавшим под пресс. Он никогда не жаловался на физическую слабость, но против Эйкоса всё было бессильно. Сын мастера-кузнеца, он пошёл по стопам отца, желая его превзойти и ковать магическое оружие. Не исключено, что свою роль в такой мечте сыграла дружба с Реймондом и знакомство с его дедушкой, магистром Агостоном.
Или просто столкновение с магией в башне деда?
— Ну и ряху ты себе отожрал! — хлопнул его Реймонд в ответ по плечу.
А ещё Эйкос стал шире в плечах и намного выше, теперь Реймонд смотрел на него снизу вверх. Богатырь времен Исхода из легенд, хоть прямо сейчас надевай кольчугу и давай в руки боевой молот. Эйкос широко улыбался в ответ, демонстрируя отсутствие одного из передних зубов.
— Ну так, — пробасил он солидно, — у меня уже свои клиенты, отец доверяет ковать практически всё самостоятельно.
— Даже оружие?
— Даже оружие. Вот, — Эйкос вскинул могучую ручищу, рукав вздулся, очерчивая бицепс, — видишь, добавок прикупил.
Не то чтобы Реймонд сильно разбирался в вопросе, но всё равно машинально заглянул в холщовую сумку, больше напоминавшую мешок. Толчёный мел, ракушки, окаменелости, чёрные окатыши, больше всего напоминавшие дерьмо горных козлов. Присадки к железу, дабы то было прочнее и гибче без применения магии.
Покупатели на базаре Нуандиша огибали их, многие уважительно приветствовали Эйкоса, тот приветствовал в ответ. С Реймондом отделывались формальными словами, очевидно, не узнавая. Да и откуда бы? Многие знали, что у уважаемого магистра Агостона есть внук, но и только.
— А ты, получается, уже закончил учебу?
— Вроде того, — неопределенно покрутил рукой Реймонд.
На базар он, вообще, пришел, дабы поискать ту самую бальзамирующую мазь — ну, правда, не к домне Трикси же за ней идти? Мало того, что секрет выдашь, так ещё и посмеется, а то и выгонит, вроде там у неё были какие-то разногласия с дедом. Не настолько большие, чтобы окончательно расплеваться, но было что-то на почве магии.
— Отлично же! — Эйкос ещё раз хлопнул друга по плечу, едва не сбив с ног.
Реймонд со всей силы прикусил язык, дабы не заорать от боли в ране, торопливо накинул иллюзию, скрывая своё перекошенное лицо. К счастью, Эйкос в эти мгновения как раз повернул голову, вскинул руку, указывая Реймонду на их цель, и безапелляционно заявил:
— Идём, я как раз проголодался. Поедим и всё обсудим!
И он потащил незаметно кусающего губы под иллюзией Реймонда за собой, в харчевню «Водопад».
* * *— Похлёбки для разогрева, а потом козлёнка, — потребовал Эйкос, едва они ввалились в харчевню и заняли столик.
Мешок он прислонил к стене, дополнительно прикрыв телом. Потемневшие камни стены не возражали. В харчевне царил полумрак, в отверстия, изображавшие окна, влетал свежий ветерок, врывался на кухню и вылетал оттуда, донося до всех запахи мяса, жира и выпивки.
— А чего не в «Кабанчика»? — спросил Реймонд, оглядываясь.
— Лукас пусть туда ходит, — поморщился Эйкос, но причин пояснять не стал.
К ним подошла румяная, жизнерадостная разносчица, спросила весело, стреляя глазами в Эйкоса:
— Что пить будете?
— Мы тебе что, путешественники? — непонятно чему обиделся Эйкос.
Реймонд, как раз собиравшийся заказать олгарского молодого вина, опустил руку и закрыл рот. Традиционное горское пиво тоже было неплохо, пускай Реймонд и не скучал по нему особо в Лахте.
— Не опасно пить перед работой?
— Да мы по кружечке разбавленного, — отмахнулся пренебрежительно Эйкос, — чисто для аппетита!
В его словах была своя правда. Горское пиво было слабым, а в традиционном рецепте его ещё и разбавляли втрое водой, получая бледно-жёлтую жидкость с плавающими хвойными иголками. Для здоровья и свежести, как обычно отвечали на вопрос, зачем в пиво добавлять иголки горной ели?