У тебя нет выбора (СИ)

Слушаю ее и понимаю, что к такому я точно не была готова. От волнения пересыхает горло.
— Но это еще не самое страшное, Тали — продолжает говорить коллега.
Да? А мне кажется хуже уже быть не может. Вопросительно смотрю на нее в ожидании последних новостей.
— Тут, как это сказать, проблема личного характера понимаешь, Талия?
— Если честно, то не очень, — прокашливаюсь я. Беру чашку чая в руки, чтобы хоть как-то унять дрожь от тревоги.
— Кто-то пустил рекламу по всему интернет порталу, что ты…… — опять тишина, лишь слышно как поют птички и мое прерывистое дыхание.
— Кхм, ты предоставляешь услуги интимного характера. Там твоя фотография выставлена в разных, как это сказать помягче, в откровенных ракурсах.
Время замедлило свой ход. Я перестаю соображать нормально. Все внутренности сжимаются от ужаса надвигающегося кошмара. Начинает трясти от услышанного. Выронила чашку горячего чая себе на ноги.
— Солнышко, ты только не волнуйся. Мы в это конечно не верим и уже наши ребята пытаются удалить все фотографии с платформы.
Я настолько шокирована этой новостью, что ничего сказать не могу. Возмутиться. Опровергнуть. Ира говорит что-то ещё, но мой мозг отказывается принимать другую информацию. Странно, но сейчас у меня все эмоции наверное отключились. Внутри образовался вакуум. Дурдом настоящий, да и только. Остальные мои действия были чисто на автомате. Иду переодеваться от пролитого на себя чая. Одеваю чёрную блузку, застегиаваю до горла. Такого же цвета бермуды и кожанные балетки. Мы сидим, еще какое-то время с Ирэн, молча. Глядя как садиться багровый закат. Один раз только мне причинила боль мысль, о том, что все это может устроил Маркус? Только потом я её отмела в сторону. Он очень импусивный, вспыльчивый, жёсткий и жестокий. Но он не подлец. И это не его методы. Кому же я перешла дорогу? Может это дело рук Оксаны?
Прощаюсь с подругой, которая порывалась остаться со мной. Но сделать этого я ей не позволяю. Хочу остаться одной в тишине и покое. Механически убираю посуду с беседки. Мою все, раставляю по местам. Пришло смс от мамы. Она и девочки задержутся у соседей. Лилия с Жасмин разыгрались с друзьями и возвращаться домой не хотят. Я помню себя в детстве была такая же оторва. Никто не мог меня заставить пойти домой. Папе приходилось ждать меня на скамейке у детской площадки. Ещё я любила часами ходить по пустым улицам ночного города. А в десять лет я резко повзрослела. Умер мой любимый папа. Тогда я не отпускала мамину руку ни на минуту. Гладила ее шёлковые волосы и успокаивала. В грудине у маленького ребёнка была огромная дыра, которая никак не затягивалась. Эти дни были покрытые мраком. Поток мамин слез был бесконечным. Она ровно полгода не с кем не разговаривала. Только сухие однозначные слова. А потом я посмотрела документальный фильм, который полностью перевернул мой внутренний мир. Его названия я не помнила, зато я запомнила с какой жестокостью убивали младенцев, резали и насиловали женщин. Их не смогли защитить их же мужья и законы той страны. Тогда я горько плакала и переживала. И скорее всего интуитивно я стала дизайнером, только потому что хотела принести красоты и ярких красок в этот уродливый местами мир. Стала жутко серьёзной и начала учиться усердней. Закончив дела на кухне, поднимаюсь к себе в комнату, где временно я расположилась. Открываю дверь и мой взгляд на мужчину, которого практически не узнаю.
Эд раслабленно сидел в старенком кресле, закинув ногу на ногу. Небритая щетина, впалые щеки делали его лицо более осунувшимся. Серый цвет лица и пустой взгляд, говорил мне, что Эдуарда потрепало где-то изрядно. Не знаю, нужно радоваться, его появлению и что с ним всё в порядке, но внутри я сжимаюсь в комок от страха.
— Ну, здравствуй, любимая женушка моя! — произносит охрипшим голосом Эдуард и ставит ударение говоря " моя",
— Смотрю, ты совсем не ожидала увидеть своего мужа?!
Что-то мне совсем не нравится тон этого разговора.
Однако передергиваю себя, переступаю порог комнаты и говорю ему:
 
— Привет! Действительно не ожидала. Я столько тебе звонков сделала, писала. Куда ты пропал? Что случилось?
— А меня ебарь твой преследует. Ищет мою голову в каждом углу. — спокойно говорит Эд. Даже слишком спокойно.
— О чем ты? Я тебя не понимаю?
— Ну, как же любимая? Он уже практически обанкротил меня. Всех инвесторов настроил против. Побывал в моем доме. Трахал мою жену, как последнюю шалаву. — перечисляет по пальцам рук, а сам при этом фальшиво улыбается.
Слух режет от сказанных слов. Глотаю слюну. Колотиться сердце барабанной дробью. Прежде Эдуард, так со мной не разговаривал и сейчас не позволю. Вижу его таким впервые. Пусть проспится, а потом поговорим.
— Эд, я не собираюсь вести с тобой диалог в таком ключе. Думаю, тебе лучше проспаться. А утром всё обсудим. — предлагаю вариант для нас обоих, чтобы не опускаться до унизительных выяснений отношений.
— Хорошо! Поговорим завтра. — быстро соглашается муж. Встаёт с кресла, подходит близко ко мне, вплотную. Я инстинктивно отхожу назад.
— Только я хочу получить то, что мое по праву! — от него идёт лёгкий перегар алкоголя.
До меня не сразу доходит смысл его слов.
— Хочу отьебать напоследочек свою женушку- шлюшку. Взгляд его приобретает лихорадочный блеск, всматривается в моё лицо.
— Эд, нет! — мотаю головой, пытаюсь справиться со страхом. Он не посмеет. Нет.
— Значит этот хрен, нарисовался спустя столько времени, и ты как настоящая потаскуха побежала с ним трахаться! А я твой муж, человек, который на протяжении всех лет любил тебя сука, пылинки сдувал. Воспитывал ваших бля-дь детей, не могу получается оттыметь тебя? Так, что ли? — злые глаза стреляют молниями. Ноздри раздуваются и дышит очень рвано. Прижимается ко мне сильнее, теснее. Мне неприятен сейчас Эд, это правда, все что сказал он, но я его не просила этого делать. Он молил меня, чтобы я дала ему возможность быть рядом с нами, быть поддержкой для нас. И я, дура согласилась. А теперь кидает мне это в лицо как упрёк.
— Ты не в себе. Проспись. — отпихиваю его от себя.
Но он прижимает меня к стене, лезет целоваться.
— Отпусти говорю, — между нами завязывается потасовка. Мужчина срывает с меня блузку и все пуговицы отлетают в разные стороны по всей комнате. Я даю ему пощёчину, стараюсь вложить всю силу в этот удар. Не собираюсь этот фарс терпеть. Его взгляд на миг останавливается на моем лице, затем спускается вниз к пожелтевшим отметинам на теле и он с размаху бьёт меня кулаком в лицо. Я отлетаю к двери, в голове темнота со звёздами. Чувствую, как ублюдок подходит ближе. С носа струйками течет кровь по губам и подбородку. Одной рукой придерживаю нос, другой полы порваной рубашки. Сейчас мне дико страшно. Ужас и страх сковал мои конечности, стою не могу пошевелиться, и смотрю на чужого для меня мужчину. В затуманенных яростью глазах вижу, что я никакими мольбами и слезами его не остановлю. В моём воспаленном мозгу, лишь только одна мысль стучит. Пусть не придут сейчас дети.
— А знаешь, я тебе тоже изменял. Не мог трахаться с холодным трупом. Ведь нас всегда было трое в постели. И с этим я не мог смириться. Каждая мечтала оказаться на твоём месте, каждая понимаешь? А ты сука нос от меня воротила. Я хотел убивать тебя каждый раз, но моё сердце не смогло бы жить без тебя. Я уходил, срывался, но вновь к тебе возвращался.
Растегивает ремень, стоит надо мной возвышается монстр. Боже, что Эд творит? Отказываюсь верить в это всё. Закрываю глаза, как же мне сейчас хотелось оказаться на руках своего отца. Пьяное дыхание опаляет мое лицо. Пытается влезть своим языком в плотно сжатые губы. Шарит по моим грудям, своими мерзкими руками. Его руки пытаются стянуть с меня бермуды. Понимаю, что если сейчас я не предприниму никаких действий, он действительно получит что хочет. Раскрываю ему рот, он сразу же просовывает свой язык. Слюнявит шею, губы. Эд даже не обращает внимания на текущую с носа кровь. Жду когда он потеряет бдительность.