Апокалипсис начнется в 12.00. Часть 3 (СИ)

— Правильно врубаешься, у меня уже двадцать пятый дистрикт, у приятеля — двадцать шестой. Тебя отправят на первое боевое на следующем дистрикте и вся надежда у нас и остальных парней — только на тебя.
— А почему только на меня? — нет ли тут подставы какой, опасаюсь я.
— Остальные новички совсем безмозглые, а у тебя в глазах 254-й сразу разум заметил. Поэтому мы с тобой здесь рискуем серьезно сейчас и говорим откровенно, что ты у нас один такой, который и с башкой оказался и еще никого из местных не убил.
— А это важно для местных? Не убить никого?
— Для них — очень важно. У них там свои сложности, поэтому, от тебя требуется пойти первым к ним. Если на тебе нет крови их братьев, ты сразу станешь по уровню таким же, как они и сможешь похлопотать за нас, — уверенно сказал тот, что слева.
Правый всмотрелся в экран коммуникатора толкнул его по руке, сказал: — Время, — и они подорвались от меня, причем левый махнул рукой, мол, подожди, еще поговорим потом.
Я только вздохнул, поговорить безопасно получается только во время перерывов, которые пусть и несколько раз дается во время тренировки с полувзводом на местности, но, сначала парням из другого полувзвода приходится меня искать на мониторе на местности, потом добираться до моего удаленного укрытия.
Сложный, в общем, процесс, может за несколько раз не получиться встретиться, а у них, как я понял по словам, серьезно поджимает по времени. Обоим скоро память чистить будут, в целях безопасности, на всякий профилактический случай, поэтому, думаю, подойдут ко мне в части. Обязательно подойдут.
Может, это снова прокачанное ВОСПРИЯТИЕ или ПОЗНАНИЕ мне сообщают, после привязки коммуникатора к моей голове, я могу теперь любоваться своими прокачанными навыками и умениями на нем. Только использование заблокировано почему то, ну, то есть, понятно почему, чтобы всегда был на виду и не мог спрятаться.
И даже достаточно заметно стал быстрее думать, на что мне быстро указал 254-й, он прошел мимо на завтрак и прошипел, что с такой сообразительной мордой точно не стоит на улицу выходить.
Я сразу принял сосредоточенно-туповатый вид и долго возился с надеванием боевого белья на глазах как раз зашедшего в помещение казармы 349-го, совсем не порадовав его своей сообразительностью и тем более, скоростью.
Он приказал мне снять белье и потренироваться его одевать, как следует, чем я и занимался до окончания завтрака, едва успев быстро выпить свою миску жратвы и налить свой литр воды в бутылку. Литра как раз хватает впритык, чтобы протянуть до обеда, экономя глотки и ужимая себя в желании напиться как следует.
Не совсем понятное жлобство со стороны Высших по части воды, можно объяснить только тем, что без воды далеко не убежишь и не просидишь под землей, если решить скрыться от поисковой системы. Такой ошейник, который лишним не будет.
Иногда, кстати, попадаются ручьи на территории нашего гигантского полигона в охраняемой зоне, и тогда все бойцы быстро выливают старую воду, набирают свежую и чистую, пьют ее, как будто в последний раз, стараясь запомнить расположение ручья на своем мониторе.
349-й должен по службе пресекать такие неправильные вещи, но, и он не рискует пытаться выполнять совсем дурацкие приказы начальства и запрещать вволю пить чистую воду своим подчиненным.
В этом вылете 254-й оказался рядом со мной, как видно, решил рискнуть переговорить, не смотря на пристальное внимание 349-го.
Пока мы молчим, и я снова вспоминаю слова парней вчера, которые долго обдумывал и перебирал по-всякому.
Что же они хотят мне предложить?
На первом боевом вылете перебежать на сторону местных, пока никого не успел убить до смерти?
А как это проделать, ведь, далеко не каждый выход заканчивается столкновением с местными?
Далеко не каждый, скорее, всего один из пяти-шести бывают легкие перестрелки и гораздо реже — стычки с использованием мечей, когда совсем не повезет столкнуться лицо в лицо или полувзвод доберется до важного для местных уровня обороны, откуда его выгоняют в усиленном темпе.
 
Если бы стычки шли постоянно, тогда народ бы менялся гораздо быстрее в полувзводе и на прожившего в казарме десяток дистриктов смотрели бы с невероятным уважением, как на чудом выжившего. Но, явно заметно, что такой интенсивности боевых действий не наблюдаемся и все стороны немного готовы уступать друг другу.
Хотя, это больше выгодно захватчикам и таким, как я, боевым рабам. Местные явно понимают, что буровые и собирающие полезные ископаемые платформы явно их грабят, но, серьезно вмешаться они не могут, скорее всего, не тот у них уровень и потенциал, чтобы вступать в открытый бой с таким сильным противником.
Да еще известие про чип, через которого нас всех контролируют, во всяком случае, на поверхности планеты — точно контролируют полностью. Парень слева сказал это очень уверенно, значит, так оно и есть на самом деле.
Впрочем, я и так это подозревал, что в мозги мне залезли и сильно там потоптались казенными сапожищами и это знание просит меня отомстить хоть немного виновникам произошедшего. Только, вокруг меня такие же несчастные рабы, как и я, просто, еще не понимающие ничего, смысла убивать их и так мстить Высшим — нет никакого.
Если есть возможность перебежать к местным и потом воевать за них, ну, это еще как-то понятно, хотя, опять же придется убивать своих, которые станут тогда совсем чужими.
Вот, если бы хоть как-то дотянуться до Высших, тогда бы я себя точно не пожалел.
Такие у меня в голове появляются мысли, но, я откладываю их в сторону, мне пора бы договориться с местным сопротивлением и понять, что делать.
Как ни старался 349-й держаться между нами, дела всего полувзвода заставляют его уходить от нас и в эти секунды я общаюсь с 254-м, узнавая все, что не договорили те посыльные.
— Почему вы думаете, что местные вообще берут в плен и даже ставят воевать за себя?
— Потому, что иногда сталкиваемся с бывшими нашими сослуживцами, воюющими теперь на стороне местных и они, по возможности, когда никто не видит из начальства, предлагают нашим переходить на сторону местных. 349-й рядом, — последняя фраза прекращает общение.
Расходимся на пять минут, пока дела на другой стороне полувзвода снова не вызывают 349-го от нас.
— Как попасть в плен с гарантией?
— Очень просто. Провалиться в одну из ловушек Местных и дождаться, когда они придут на сигнал сработавшей ловушки. Но, тут есть проблема, наши попробуют тебя добить, — и мы снова расходимся с двух сторон гигантской скалы, чтобы встретиться через десять минут.
— Как добить?
— Бросят пару осколочных зарядов вниз, чтобы ты не выжил. Сначала у Местных стоит ловчая сеть, из такой липкой паутины, она тебя облепит полностью, и ты останешься валяться под спуском, где тебя добьют осколки и сила взрыва. Сами бойцы за тобой не полезут, побоятся, что там уже Местные, — и мы опять расходимся на долгое время.
Я на автомате выполняю необходимые действия при патрулировании в составе двух полувзводов и еще успеваю продумать следующий вопрос.
— Если что, паутину обмануть не сложно, скинуть пару больших камней, и она останется на них, — опережает мой вопрос 254-й, — скатишься вниз, так, чтобы не зацепить ее и придется найти за несколько мгновений местечко, чтобы избежать осколков, но, барабанные перепонки сохранить не получится. Главное, удалиться от места спуска подальше.
— Что делать потом?
— Договориться про нас, какие у них условия для сдачи в плен, учитывая, что на каждом из нас немало смертей. Правда, последние дистрикты наши старались не убивать по возможности Местных и точно не добивать раненых. Мы увидим один из знаков в приметном месте и будем знать, что нас ждет. Знаки обговорим с тобой, чтобы ты сам нарисовал их в определенных местах, — приходится опять разбегаться и теперь мы уже не встречаемся до самой погрузки на «жуков».
Вечером я получаю ужин и снова, держа лицо в привычной неподвижности, обдумываю слова 254-го и остальных мужиков и не вижу в них чего-то неправильного или слишком рискованного.