Ключ (СИ)
Лисичка повторила вопрос:
— Вы русский? — я утвердительно кивнул, а потом вспомнил, что в Корею я прилетел по австралийскому паспорту, поморщился и добавил.
— Ричард. Я живу в Австралии, но моя мама русская, из Красноярска, — этот город я хорошо знал, так как там живет моя родная бабушка по отцу, и мы часто приезжали к ней в гости. Папа и сам оттуда родом. — Она меня с детства научила говорить на русском, мы часто с ней общаемся на этом языке.
— Вы тоже чем-то похожи на сибиряка. А я русская из Питера, не бывали у нас?
— Не довелось.
— Обязательно съездите.
— Вы меня приглашаете в гости?
— А почему нет? Мы русские — народ гостеприимный, — сказал незнакомка и мы рассмеялись.
— Могу ли я узнать ваше имя?
— Лилит, — ответила лисичка и протянула мне ручку. — Моя мама помешана на мистике, особенно на Каббале, она и дала мне такое необычное имя.
Протянутую ручку я взял и слегка сжал пальчиками. Опосля не выпустил ее из своей, превысив все нормы этикета. Лисичка не возражала и руку не выдергивала. Я набрался смелости и сказал:
— Давай на «ты»?
— Давай. — согласилась она и нагнувшись ко мне доверительно добавила. — Хочу курить, но тут у бара нельзя. Там есть столики в зоне для курящих, пошли туда?
— Легко.
— Тогда закажи мне тоже «Московского мула».
Зона для курящих популярностью не пользовалась, видимо, местное население придерживалось правил ЗОЖ. Я же в память о прошлой жизни иногда позволял себе эту пагубную привычку, правда, без фанатизма. А что? Даже качок Шварценеггер разрешал себе выкуривать до пяти сигар в день, но не больше.
Столик был небольшим и уютным с двумя мягкими креслами. На нем по краю располагался сенсорный реостат. Лилит провела по нему своим пальчиком, приглушая свет до интимного. Другой ручкой она залезла в бардовый клач цветом под платье, достала сигарету, вставила ее в ротик и недвусмысленно посмотрела на меня, ожидая. Я развел руками, показывая, что зажигалки нет.
— Не куришь?
— Иногда, — девушка снова засмеялась своим мелодичным голосом, достала вторую сигарету, протянула ее мне и подала изящную зажигалку, оставаясь в ожидании.
Я щелкнул кнопкой, вызывая язычок пламени, поднес к ее сигарете после чего закурил сам. На столе распахнулось ранее скрытое углубление — пепельница. Я положил свою руку на столик ладонью кверху, приглашая вернуть мне свою Лилит. Девушка снова засмеялась и вложила ладонь в мою.
Вечер тек с нотками романтики, легкого флирта, и я уже в голове прокручивал вариант пойти ее провожать и остаться у нее до утра, когда Лилит наклонилась ко мне и произнесла:
— Давай поговорим на чистоту?
— Давай, — легко согласился я в предвкушении.
— Шур, что тебе Стражи рассказали про Меняющихся? Что они злодеи и хотят твоей смерти? Это не так. Поверь мне, я расскажу тебе другую историю.
Глава 12: «Кто прав, кто виноват? Спросишь у входа в ад». Часть 2
Я опешил и поперхнулся «Московским мулом», который успел глотнуть. Даже закашлялся от этого, но выплюнув очередное «к-хе» спросил:
— Так это подстава? — спросил я.
— Нет, — ответила Лилит. — Ты сейчас думаешь, что я тебя обманула, но это не так.
— Зачем все это? — я развел руками, описывая весь этот несостоявшийся «романтик».
— Втиралась в доверие. Теперь ты готов к разговору, готов услышать то, что я хочу сказать. А если бы я сразу сказала тебе об этом, стал бы ты меня слушать?
Я задумался. Нет, не стал бы. Я бы подумал, что мне приготовили засаду, постарался бы убежать, готовился бы к сражению, ища глазами Меняющихся и пути отхода. Я повертел головой по сторонам.
— Не переживай, я одна. Тебя, наверное, пугали, что Меняющиеся ищут твоей смерти?
Это не так. Мы также заинтересованы в развитии Ключа.
— Как в Пскове?
— Мы не желали твоей смерти, лишь хотели забрать осколок Артефакта.
— Для ЧЕГО?
— Чтобы начать торг. — Лилит пристально смотрела мне в глаза, возникла пауза, которая дала мне время прийти в себя, я спросил:
— И чего ты хотела?
— Как я и сказала, просто поговорить. Но сначала вопрос. Все ли люди готовы принять Ключ?
— В каком смысле?
— Он дает такое могущество, что не каждый готов его принять и осилить. Ключ может вскружить голову так, что из сегодняшнего няшки вырастет монстр. Ты думаешь: «Нет, я не такой, я хороший, мне не нужна власть над людьми и прочее». Но это мысли здесь и сейчас. А дальше что? Представь, себе человека… Нет, уже не человека, которому подвластно многое. Избежит ли он соблазна и останется альтруистом? Как показывает жизнь, чаще происходит наоборот. Нет, я не про тех, кто желает богатств и власти лишь для себя. Я про идейных. Многие же стараются помочь, навести порядок, сделать всех счастливыми, потому что они сами хорошие, и таких дров могут наломать. Как говорится: «Благими намерениями устлана дорога в ад». Только «хорошо» для одних — это «плохо» для других. Так устроен мир, и в истории тому множество примеров. Привести факты?
— Не откажусь.
— Например, Тамерлан. Он хотел свободы для своего народа, но его победы обернулись бесчеловечной жестокостью для проигравших. Страх и тотальный террор — вот части успеха завоеваний. Или взять Филиппа Четвертого, Филиппа Красивого. Это сейчас говорят, что он не хотел отдавать долг с процентами тамплиерам, но он просто искал часть Ключа.
— Он был Ключник?
— Не он сам, из его свиты. Король Франции видел выгоду для себя и своей страны, поддерживая Кеймена. Но не в этом суть. У него была власть, поэтому десятки тысяч человек ночью 13 октября 1307 года были арестованы, обвинены в пособничестве дьяволу, замучены на пытках и отправлены на костры. Правда, часть Ключа так и не была найдена. Но суть не в этом.
— А в чем? — задал я риторический вопрос, как оказалось, так как ответа не последовало, Лилит продолжала.
— Можно приводить множество исторических фактов, когда власть и могущество туманит людям голову. Иван Грозный с его опричиной. Мясник Пол Пот, истинное имя Салот Сар, который со своими «красными кхмерами» уполовинил население Камбоджи. Влад Цепеш — он же Дракула, прославившийся тем, что сделал из него Брем Стокре. Нет, он не был вампиром, он просто сажал людей на кол. И завоевателей турок, и своих заодно, чтобы боялись. Король Кастилии и Арагона Фердинанд Второй — организатор испанской инквизиции, уничтожившей 12 миллионов еретиков. Английские Тюдоры — Генрих Четвертый — создатель Звездной палаты и тиран Генрих Седьмой — уничтожитель монастырей. Черная Королева Екатерина Медичи, по приказу которой уничтожены десятки тысяч человек. Они просто люди, не связанные с Ключом, зато обличенные властью. И они не считали себя жестокими садистами. Они сражались за идею во благо других, творили добро, выжигали скверну каленым железом. А знаешь почем они это делали?
— Почему?
— Потому что могли!
— Ну да, чтобы не было войны, нужно собраться всем хорошим и поубивать всех плохих, — вспомнил я «черный юмор».
— Все верно. Но, повторюсь — это были просто люди, обличенные властью, а если бы в их руках было неограниченное могущество, чтобы вышло?
— Появились бы на свет майар Саурон или чернокнижник Волан-де-Морт.
— Типа того, — кивнула Лилит. — Как ты думаешь, можно ли дать право Ключнику получить такую силу и не пытаться контролировать его? Раньше не было соперничества Стражей и Меняющихся. Мы были единые Хранители Ключа, выступающие против Аспида и его Отражений. Но затем наши взгляды разошлись.
— Это, как у христиан. Сначала были все едины, потом появилась Римская Церковь и Византийская, чтобы позднее расколоться на старо и новообрядцев — католиков и протестантов.
— Похожее сравнение, — согласилась лисичка.
— Так в чем же разница взглядов Стражей и Меняющихся? — полюбопытствовал я.
— Они считают, что Ключника нужно вырастить и воспитать при помощи Ключа. Сделать из Сиддхартха Гаутамы Просветленного Будду. Нет, не так. Ключ сам воспитает Святого. Мы уверены, что этот процесс нужно держать на контроле.