Маленькая хозяйка большой таверны (СИ)

Затем я повернула голову, снова уставившись в синие глаза Эдварда Блейза, с трудом пытаясь вспомнить, почему не должна была попадаться ему на пути. Кажется, раньше у меня были важные причины, чтобы его избегать, но сейчас, в эту самую секунду, все прежние доводы показались мне незначительными, даже глупыми.
Потому что он был здесь.
Он пришел, чтобы меня спасти, и армию свою привел.
Да, его армия состояла всего лишь из десятка магов, но этого вполне хватило, чтобы дезориентировать неприятеля и большую часть из нападавших захватить в плен. К тому же, сейчас два мага лечили Леннарта, а еще один с подобострастным видом докладывал своему начальнику, что с пострадавшим все будет в полном порядке.
Смертельных повреждений нет, так что через пару дней тот встанет на ноги.
И я почувствовала, как из моих глаз потекли слезы.
Но плакала я беззвучно и исключительно от радости.
— Это отличные новости! — сказала я Эдварду Блейзу, когда тот подошел. Прикусила губу, чтобы окончательно при нем не разреветься. — Ваша помощь пришлась как нельзя кстати! Вы прибыли в самое нужное время, иначе… Иначе нас бы всех тут убили!
На это Высший Маг взглянул на меня — клянусь! — с виноватым видом.
— Не ожидал, — признался он, — что все зайдет настолько далеко, и это произойдет так быстро. Иначе мы бы появились здесь значительно раньше.
Кивнула, принимая его извинения.
— Я благодарна за то, что вы вообще пришли, господин Блейз! Вернее, мы… Мы все вам несказанно благодарны! Но так как у нас здесь таверна, то позвольте вас отблагодарить так, как мы умеем. Угостить, когда вы здесь… Здесь все закончите! Наверное, вы проголодались, а у нас на кухне всегда много всего…
Попыталась поднять руку в приглашающем жесте, но не смогла — это простое движение вызвало у меня резкую, даже непереносимую боль. Не удержавшись, я все-таки ахнула, а предательские слезы снова полились из глаз.
На это я отвела взгляд и быстро-быстро заморгала, понадеявшись, что он не заметил. Потому что Эдвард Блейз и так уже многое для меня сделал, а со своим плечом я вполне вполне могу обратиться к Ставросу.
Вот, Артур его привел, а заняться тому оказалось нечем.
— Что у вас с рукой? — встревожился Высший Маг, все же заметив.
— Ерунда! — соврала ему. Но плечо болело так, что становилось ясно — это уже никакая не ерунда. — Прилетело от доброты людской, аж целый булыжник. Но со мной все будет хоро…
Не договорила, так и оставшись стоять с открытым ртом, потому что Эдвард Блейз не стал меня слушать. Шагнул ко мне, оказавшись совсем рядом, после чего уставился на меня сверху вниз — я и забыла, что он выше меня почти на целую голову. Вскинул руку, проведя над моим плечом, а из нее полилась целительская магия.
На это я закрыла рот и почему-то подумала, что, наверное, выгляжу как пугало — революция и встреча с разъяренной толпой никого еще не красили. Засобиралась было пригладить волосы здоровой рукой, мельком отметив, что мои запястья, слава Святой Эрдине, не изменились. Они все также были бледными, даже белоснежно-белыми — такими же, как, подозреваю, как и мое лицо.
Внезапно заметила, что ладонь у меня грязная, словно я успела порядком перепачкаться в саже. И это показалось мне странным, потому что в печи я не копалась.
Но я решила, что, наверное, Магия Огня дала столь странный эффект — вернее, черный налет гари, — но так как я об этом не знала, то, подозреваю, касалась руками лица и страшно перепачкалась. Могу представить, какой я сейчас была красавицей!
Мне до жути захотелось посмотреть на себя в зеркало — потому что Эдвард Блейз тоже на меня смотрел. Но зеркала нигде не было, и этот факт причинял мне почти такую же мучительную боль, как и пострадавшее плечо.
Поэтому мне ничего не оставалось, как только стоять и переживать, терпеливо дожидаясь, когда маг закончит свой осмотр.
А еще я украдкой страдала от того, что он сокрушительно хорош и одет с иголочки — наверное, одежду ему шьют у лучших портных, тогда как я… Не выдержав, — вот что за глупости мне лезут в голову?! — все же отвела взгляд, принявшись украдкой рассматривать то, что происходило в таверне.
 
Оказалось, всех нападавших к этому времени увели и даже труп забрали. Ставрос и всхлипывающая Анья давали показания — вернее, сидели за столом, что-то рассказывая магу Клинков, на лице у которого застыло сочувственное выражение.
Если доктор был спокоен и рассудителен, то Анья с трудом могла удержаться на своем месте — все время рвалась к Леннарту. Крутилась на лавке, прося поскорее ее отпустить, потому что она ничего, ничего не знает!..
К тому же, Леннарт, которого до этого уложили на стол, уже пришел в себя и выглядел почти как всегда. Сел — один из магов подал ему руку, тогда как второй продолжал проводить над ним какие-то магические манипуляции, — и с растерянным видом потер руками голову, словно очнулся от долгого сна.
— Если вас интересует ваше собственное состояние, госпожа Дюваль, — подал голос Эдвард Блейз, и я, повернув голову, снова посмотрела ему в глаза, — то могу вам сообщить, что у вас полное магическое и нервное истощение.
— Какая-то ерунда! — отозвалась я, на что он со мной не согласился.
Заявил, что пока я еще не чувствую последствий этой «ерунды», но уже очень скоро столкнусь с ними во всей их красе.
— Что же касается вашего плеча, — добавил он, — то, подозреваю, оно выбито, поэтому мне все же придется вас осмотреть. Если все именно так, как я думаю, одной магией тут не обойтись. Нужно будет вставить сустав на место.
— Звучит ужасно! — призналась ему.
Подумала было о Ставросе, засобиравшись было сказать, что у меня есть собственный доктор, который справится с этой напастью, потому что я не хочу отнимать время у господина мага. Но тут плечо заявило о себе такой жуткой болью, что я сразу же передумала ему возражать.
Вместо этого захотелось, чтобы мне как можно скорее помогли. Поэтому я добавила:
— Раз уж нужно меня осмотреть и вставить плечо на место, то, наверное, нам стоит все же подняться наверх… Не делать же это здесь, в обеденном зале? Наверху у меня своя комната.
Не раздеваться же мне при всех, вот что я хотела ему сказать.
Но от мысли, что мне придется раздеться при нем — пусть только оголить плечо, — меня неожиданно кинуло в жар, а потом в холод. На это боль мстительно впилась в руку зубами, и какие-либо мысли меня покинули. Вернее, осталась лишь одна — лишь бы поскорее все это закончилось!..
Эдвард Блейз кивнул.
— Пойдемте же, госпожа Дюваль!
Я попыталась было пойти, но внезапно обнаружила, что даже от самого простого движения становится невыносимо больно, а ведь всего лишь несколько минут назад я бегала как козочка и даже кидалась магическими заклинаниями.
Сейчас же, стоило мне повернуться к лестнице, как перед глазами потемнело, и на миг мне показалось, что я вообще никуда не пойду, вместо этого хлопнусь в спасительный обморок. Быть может, это было бы даже к лучшему — что-то вроде рода общего наркоз. Очнусь, а плечо уже не болит!..
Но темнота понемногу отступила, поэтому я, сцепив зубы, потащилась к ступеням. Не дошла — на пути у нас встало неожиданное препятствие.
Надо признаться, он совсем вылетел у меня из головы, но Артур Дюваль был здесь; никуда не спешил деваться со своими претензиями и тяжелым характером. Вместо этого встал в проходе между столами, преградив нам путь наверх.
— Куда вы ее ведете, господин маг?! — поинтересовался он у Эдварда Блейза, уставившись на него с самым недовольным видом.
Так, словно заподозрил того в недобрых намерениях и не побоялся заявить об этом вслух. И господину Блейзу, подозреваю, это нисколько не понравилось.
 
Настолько, что он нахмурился и повел черной бровью.
Думаю, любой бы на месте Артура Дюваля понятливо испарился — потому что один лишь недовольный вид Эдварда Блейза навевал мысли о смертельной опасности. Но брат Лорейн обладал поистине демоническим упрямством.