Бог с задней парты (СИ)

— Стоп! — остановил его Такэ. — У нас недобор. Три человека. Как мы будем их распределять? Нам нужен четвёртый.
— Но тогда, тот, у кого будет четвёртый, явно будет в преимуществе, — задумчиво произнёс Рьюске.
— Либо мы можем кого-нибудь разрубить, — с ухмылкой на лице предложил Кенджи. И он ведь серьёзно, не шутил. У него на роже написано: “маньяк особого назначения”.
— Либо можно взять четвёртого игрока, — внезапно раздался ещё один знакомый голос.
Все взгляды переметнулись в сторону выхода, где уже стоял ректор нашей академии. Только не говорите, что и он туда же?! Ещё один психопат ненормальный, который только за то, чтобы посмотреть на страдания учеников.
И кстати, был он не один. Когда я увидел, кого он с собой привёл, то невольно округлил глаза, а с губ сорвалось имя:
— Рин! — не сдержавшись, воскликнул я.
— Отлично! — подскочил к Сеере Рьюске и перекинул руку ему через плечо. — Значит, теперь будет интересно. Да начнётся, игра!
— Тогда предлагаю, — искоса посмотрел на меня и на Кендзи Такэмикадзучи. — Пока Виина не вернулась, поставить пока двух соперников господина Самуэля и Рьюске.
— Эй! — недовольно воскликнул радужный экзорцист. — А почему меня так небрежно представил?
— Никто не против? — проигнорировал его вопрос бог и оглядел всех присутствующих.
Никто не возражал. Я же, если честно, не совсем понимал, с чего мне удостоилась честь выступить против дочери бога войны. Она же явно на голову выше меня в боевых искусствах. Наверное, отец её с детства тренировал. Хотя… кто знает. Хм, даже самому стало интересно, на что она способна.
— Ну а, наши бойцы, — ухмыльнувшись спросил Сеера. — Готовы?
Тот парень, который вёл себя, как неодушевлённый предмет, повернулся в сторону учителей и кротко кивнул. Рин же посмотрел на него, прищурившись, и поджал губы.
Ой, что-то мне совсем не нравилась его реакция. Особенно когда он сглотнул слюну перед тем, как дать ответ.
— Готов, — как-то неуверенно произнёс Окура и искоса взглянул на меня.
Я же просто не знал, что мне делать в этой ситуации. Поэтому я лишь кротко кивнул ему, мысленно пожелав удачи.
— Отлично! — снова провозгласил Рьюске, подойдя к катанакакэ и взяв два деревянных меча. — Правила просты: кто первый будет молить о пощаде, тот и проиграл!
Первый… молить о пощаде? От этой фразы меня аж скривило. А ещё меня называют кровавым богом бедствия. Да их вообще подпускать к людям не рекомендовано.
— Ита-а-ак! — вскинул руки ректор и объявил. — Дамы и господа! Леди и джентльмены! Первый бой между учениками — экзорцистами первого года обучения! Окура Рин против Момори Такео. Ваши аплодисменты!
Конечно, в ответ Сеера получил лишь тишину. Но его это, как ни странно, ни сколько не огорчило. Наоборот, на лице сиял азарт, радость и нотка возбуждения от предстоящей схватки.
Когда центральная часть зала освободилась, а ректор с братьями Ямарадзи и богом Такэмикадзучи сели по правую сторону возле стены, Рин и Такео, поклонившись, приняли боевые стойки, встав друг напротив друга.
— Да начнётся махач! — неожиданно прозвучал голос Рьюске, после которого оппоненты резко напряглись.
Около нескольких секунд никто из них не решался нападать, однако первый ход сделал именно Такео. Сжав с силой меч, он быстро устремился к Рину. Первый удар, и Окура тут же встал в защитную стойку, оборонившись от меча Момори.
Сила ударов Такео была настолько высока, что с каждой атакой Окура скользил назад. Я же, глядя на своего друга, только сжимал зубы. Что за фигня? Пора бы уже отбиться от атак Момори, но Рин лишь сдерживал оборону.
Казалось, что он вообще с мечом совладать не в силах. Вот, чёрт! Не хватало ему ещё проиграть этому каменному парню. А тот явно был довольно способным парнем, с учётом того, как быстро он наносил удары и довольно чётко целился в открытые места.
Конечно, Рин сразу же ставил блок, но долго он так явно не выдержит. Один промах — и всё. Окура проиграет. Неужели так и будет столбом стоять? Он же из клана мечников, вряд ли их не учили хотя бы базовым атакам.
 
Рин стискивал зубы, сильнее сжимал в руках деревянный меч. Только это было без толку. В отличие от спокойного лица Такео, у Окуры уже стал выступать холодный пот. Зачем он тогда вообще на это согласился.
— Как грустно, — произнёс Серебряный лис, оперев щёку о кулак. — Я уж думал клан Окура более способный.
— Не забывай, брат, — с усмешкой произнёс Рьюске, — что клан Момори всегда был на две головы выше остальных.
— То-то их так легко было уделать в бою, — ухмыльнулся Кендзи и покосился в сторону брата, у которого от его фразы, от злости даже желваки заиграли на скулах.
Первый бой и тот провальный. Или я не прав?
Ещё несколько ударов, и Такео наконец-то настиг своей цели. Деревянный клинок попал по икре Рина, с такой силой, что тот приглушённым стоном упал на колено и выронил свой меч.
— На этом думаю, всё, — холодно произнёс Момори. Наконец-то, я впервые услышал его грубый голос, который звучал с некой хрипотцой.
Почему-то мне стало так неприятно, словно победили только что не Рина, а меня. Что за дела? Почему он ни разу не нанёс ни одного удара. Неужели он вообще не умеет обращаться с клинком? И это хвалёный клан мечников? Хоть бы один удар нанёс!
— Пф, — фыркнул недовольно паладин, прикрыв глаза. — Детские сад.
— Ну, бой ещё не закончен, — ухмыльнулся ректор. — Думаю, это только начало.
— Вы о чём? — удивлённо изогнул бровь Кендзи, покосившись на Сееру.
— Клан Окура не так хороши в фехтовании, — подметил ректор, как собственно, и мы все. — Однако… они довольно выносливы. Разве в правилах не указано, что проигравший должен молить о пощаде? Вы услышали что-то подобное от моего бойца?
— Он же уже на пределе, — отметил Рьюске, глядя на то, как тяжело дышал Рин. — Считайте, проигрыш.
— Правда? Уверены?
После этих слов мы удивлённо посмотрели на Окуру, который, несмотря на травму поднялся на ноги и поднял снова свой меч. В этот момент, Такео, уже уверенный в своей победе и стоявший к нему спиной, не успел обернуться, как Рин со всей силой нанёс удар деревянным клинком ему прямо вбок.
Момори отскочил от оппонента, но из-за боли в боку не смог сразу сориентироваться и отразить следующую атаку, которая прилетела прямо в живот, потом шея.
— Ему вообще плевать на боль? — удивился Кендзи. — Ему же не слабо досталось.
— Этим и хороши Окура, — усмехнулся Самуэль. — Среди них есть и те, кто может встать даже после сильного ранения на поле боя. Поэтому чаще всего их первыми пускают против демонов.
— О! — восхищённо произнёс паладин. — Даже так?
— Однако нечестно нападать сзади, — фыркнул Такэ. — А ещё и глупо.
— Глупо было поворачиваться к сопернику спиной, — пожал плечами Сеера. — Но, как вышло. А в правилах не сказано, как именно нужно нападать и в какой момент.
— Для демонов такая стратегия не подойдёт. Убьют сразу, не задумываясь.
— Но перед нами же не демоны, а ученики. Разве стратегию подбирают не под противника? — снова ухмыльнулся ректор, на что все удивлённо посмотрели в его сторону. — Кланы мечников хорошо знают друг друга. И знают, характер. У Момори есть один недостаток: если им не дать команду на убийство жертвы, то, победив кого-то, они довольствуются тем, что есть, не проверив до конца, может ли противник сражаться дальше или нет.
— Тогда, следуя по вашей логике, — предположил Рьюске. — Момори должен был знать, на что способен клан Окура, как и мы с братом.
— А тут уже сыграла ваша неинформативность, — пожал плечами ректор. — Вот и всё.
От его слов Кендзи и Рьюске лишь скривили губы. Однако потом одновременно усмехнулись.
— Что верно — то верно, — с ухмылкой произнёс паладин. — Мне наплевать на другие кланы.
— Ну да, — усмешливо отметил радужный рыцарь. — Ты и без того кромсаешь всех, кого видишь, не так ли, братец?
— Но ты же до сих пор жив.