ЮнМи. Сны о чём-то лучшем 2 (СИ)
Группа "Ундервуд" — всплыло в памяти очередной эсэмэской. И слова, главное, в тему, особенно, если чуть-чуть под нынешние реалии переделать.
Сидим и терпим, терпим и сидим,
Сидим и терпим, терпим и сидим.
Пусть яркий бьет в глаза тюремной лампы свет.
Пусть враг смеется, пусть надежды снова нет.
Кто в нашем споре прав, ещё мы поглядим…
Сидим и терпим, терпим и сидим.
Ундервуд — Молчим и курим
https://www.youtube.com/watch?v=AIkFBilokOw
"Записывать это здесь, я, конечно, не буду, но в памяти отложить стоит. Можно каждое утро вместо ободряющей мантры напевать, настроение на нужном уровне поддерживать. А вообще, лишний раз убеждаюсь, что напрасно я с таким упорством рвался в айдолы, — продолжил Серёга мучительный процесс самокопания. — Нежеланной семейной жизни, видите ли, испугался. Как будто кто-то смог бы меня насильно замуж выдать. Сдуру ведь в айдольство полез, с перепугу, от растерянности. Не осмотрелся, не оценил всех угроз и проблем. Ах, я девочка-припевочка, мне некуда бежать, мне придётся выйти замуж и рожать, рожать, рожать! И никакой музыки, и никакой личной свободы. А пример иной судьбы — вот он, перед глазами. Госпожа Ли СонХи. Успешная, самодостаточная, талантливая, знаменитая. Она, правда, замужем была и дочку родила. Теперь в разводе. Ну так ведь она настоящая женщина, а не как я — парень в теле девушки. Просто не надо было мне добровольно записываться в контрактное рабство. Ведь чувствовал, что есть подвох, чувствовал. А всего-то и нужно было — постепенно, шаг за шагом встать на ноги и научиться управлять своей судьбой самостоятельно. Не получилось. А всё почему? Да потому! Потому что нельзя быть в Корее красивой такой!.. Блин, да что же это за напасть — песни из меня так и лезут, так и лезут, никакого сладу с ними нет!"
Серёга в сердцах отшвырнул веник, испугав на этот раз уже не ДаЕн, а тоже задумавшуюся о чём-то ШиХву, потом взял с подставки гитару и громко объявил:
— Сонбе, хотите новую песню про любовь послушать? Вот такая вещь!
Минут десять спустя слегка недовольная старшая надзирательница Ан ДаСом заходит в репетиционную, с твёрдым намерением отчитать девушек за то, что они опять выбились из графика и уже почти опоздали на ужин. Заходит… и проглатывает почти произнесённые сердитые слова.
Все пять участниц дэнс-группы, обняв друг друга за плечи и покачиваясь в такт песне, самозабвенно выводят:
Потому что нельзя-а! Потому что нельзя-а!
Потому что нельзя быть на свете красивой тако-о-ой!
Потому что нельзя-а-а…
И надзирательница их не останавливает, и дослушивает до конца, и потом, уже почти в полночь, после дежурного обхода ловит себя на том, что, глядя на своё отражение в зеркале, тихонько напевает запавшие в душу слова:
Сейсан эйсо ироке-е-е!
Сейсан эйсо ироке-е-е!
Сейсан эйсо ироке арымдауль сынын опс-ыникка!
(서른두번째꿈) Сон тридцать второй. Прекрасная страна — 2
Сон Серёги Юркина
Олимпийский стадион в Пхёнчхане. Девять часов вечера.
Вот чего я никак не ожидал увидеть у входа в гримёрную, так это драку. Молчаливую, яростную и беспощадную женскую драку. На поле боя, коим являлся довольно узкий коридор, сошлись три девицы. И отнюдь не айдолы, не стаффы и даже не телохранительницы, а личности совершенно левые и мне незнакомые. Две из них, одетые поприличнее, нападали на третью, всю в чёрном и с низко надвинутой на глаза бейсболкой. А в стороне стояла ГаБи и за всем этим безобразием с интересом наблюдала. Когда я, крайне удивлённый происходящим, подошёл поближе, драка уже завершилась ожидаемой победой большинства. Две девушки крепко держали противницу, ловко заломив ей руки за спину. Жертва молча брыкалась, дёргалась и сопела, не оставляя безуспешных попыток вырваться. Ей было на первый взгляд лет где-то около двадцати пяти, одета она была нарочито неряшливо, в почти байкерском стиле, и я сразу почуствовал к ней невольную неприязнь, возможно, из-за злобных взгдядов, которые она бросала на меня.
— Анньён всем! — сказал я. — ГаБи, ты как здесь очутилась? И что вообще происходит?
— Преступницу поймали, госпожа Агдан, — пояснила ГаБи, при посторонних всегда обращающаяся ко мне так официально. Сдёрнув бейсболку с головы злобно рычащей девицы, она ловко охлопала карманы её куртки. — Пробралась сюда по пожарной лестнице, дождалась, когда ваши сонбе переоденутся и уйдут, и попыталась в гардеробную проникнуть. Не знала, что у нас все помещения под двойной охраной… А с собой у неё посмотрите что: баллончики с краской, нож, ножницы, сразу три тюбика с суперклеем… Зачем тебе это, а, подруга? Не отвечаешь? Да и без того понятно. Планировала испортить все сценические костюмы и даже, может быть, облить краской саму ЮнМи-сии. Что, разве я не права?
— Ничего не скажу! — почти выплюнула злоумышленница, зло глядя на нас сквозь растрёпанные волосы. — Вам всё равно придётся меня отпустить. Не имеете никакого права задерживать. И никуда я не пыталась проникнуть. Просто шла мимо. А вы всё равно ничего не докажете, нет у вас против меня ничего, понятно!
В общем нет у нас "методов против Кости Сапрыкина", тут она была права. Однако ГаБи это, как видно, ничуть не смущало. Президент моего фан-клуба достала телефон и сделала несколько снимков. Девица попыталась отвернуться, но ей не позволили.
Тем временем и местные охранники подоспели. ГаБи отошла в сторону и что-то прошептала старшему смены. Тот кивнул в ответ. Охранники приняли уже уставшую брыкаться девицу и удалились.
— Есть у нас подозрение, что именно она была за рулём той машины, что в вас врезалась, — пояснила ГаБи. — Правда, даже если это и подтвердится, она отделается либо штрафом, либо лишением прав на какое-то время. Но зато мы теперь можем узнать, кто она и откуда. Этих гадов ведь главное на свет вытащить, тогда они не так опасны.
— Погоди, ты хочешь сказать, что авария была не случайная? Подстроенная?
— Так и есть. Видели бы вы, ЮнМи-сии, ту машину. С виду неказистая, а на самом деле — бронированный зверь. Один усиленный бампер чего стоит. Вашу вон как покорёжило, а у неё только краску кое-где содрало и зеркало заднего вида снесло.
— Ну и дела… А как вы её нашли?
— Так она на стоянке стоит. Мы её по камерам вычислили, когда байкерша эта нам на глаза попалась. Ходила тут, вынюхивала, подходы искала.
— И всё-таки, как вы здесь оказались-то? Ты мне так и не ответила.
— Да как и все. Приехали ещё вчера на поезде. ХоСан, вы же его знаете, раздобыл инфу о готовящемся покушении. Вот мы и сорвались сюда. Как видите, не зря.
— ГаБи, девушки, спасибо вам всем огромное. Даже не представляю, что бы я без вас делала… Но знаете, чего я понять не могу. Вот эта краска, ножницы, испорченные костюмы… Несерьёзно же всё как-то, по-детски.
— Так ведь не от большого ума. Видимо, ничего лучше придумать эта дура не смогла. Или, что вероятнее, просто отвлекала нас от кого-то другого.
— И ты так спокойно об этом рассуждаешь?
— Мы наготове, ЮнМи-сии. И наших здесь много. Мы с утра дежурим на всех выходах и уже отловили пятерых подозрительных. Так что эта девица не первая.
Тут у неё зазвонил телефон.
— А вот и главного поймали, — сообщила она, выслушав чей-то торопливый отчёт. — Хотите посмотреть, кто это настолько вас возненавидел? Успеете до выступления?