Не стать зверем (СИ)

— У меня хороший глазомер, — улыбнулся он. — Юль, мне опять нужна твоя помощь… Мне нужно попасть на какую-нибудь мессу Единого. Посмотреть, как оно там все происходит — ритуалы, песнопения, сам процесс… Тот Лев Серджента еще не слинял?
— Не слинял, — рассмеялась она. — Но что-то я сильно сомневаюсь, что он будет рад встрече.
— А я птичкой обернусь, — заявил Рес. — Маленькой. Пронесешь меня в сумочке, а потом осторожно высадишь где-нибудь в темном уголке. Можешь даже бросить меня там, я сам обратно выберусь. Ну как, попробуешь?
Юлька медленно кивнула. Самир уже неоднократно звал ее поприсутствовать на службе, посвященной Единому, но ей совершенно не хотелось, даже для общего развития. Службы проходили в выходные, но просто так прийти туда было невозможно, в первый раз требовалось, чтобы тебя кто-то привел и поручился за тебя.
— Она как раз послезавтра, — сообщила она, — но мне надо предупредить Самира, чтобы зашел за мной.
— Пошли ему записку, — предложил Рес. — Хочешь, отнесу? В виде маленькой черной птички. Он не догадается.
— Да он сам вечером заявится, — фыркнула она. — Как мне тебя предупредить, если все получится?
— А когда служба? С утра?
Она кивнула.
— Скажи Самиру, пусть ждет тебя за воротами дормитория. Ты спрячешь меня в сумку и выйдешь к нему. Смотри, — он кивнул на Лизара, который показывал счастливой Ильнаре конечный результат. Рисунок получился живым, ярким и красочным, и девушка на портрете готова была ожить и без всяких фантомов. — Иногда мне ужасно жаль, что я не умею рисовать. Хотя, говорят, научиться никогда не поздно.
Когда утром третьего дня в условленное время она выглянула во дворик, ее ждал не один Рессер. Рядом с ним обнаружилась очаровательная рыжеволосая девушка, одетая в полетный костюм Крылатого. На спине у нее был небольшой рюкзачок с шнурком по горловине. Девушка, ладненькая, обаятельная, зеленоглазая, весело болтала, а он внимательно и серьезно слушал, изредка кивая головой. Ощутив неожиданное раздражение, Юлька с болезненной остротой осознала, что у нее никогда не будет такой тонкой талии, как у этой особы, таких точеных, округлых плеч и грациозных движений. Рыжая, казалось, полностью завладела вниманием своего спутника, и ей вдруг резко расхотелось куда-либо идти, да еще в такой непростой компании.
— Доброе утро, — поздоровались они синхронно, когда она скрипя сердце все-таки спустилась вниз.
— Джана, — рыжая девушка лучезарно улыбнулась и протянула Юльке свою маленькую узкую ладошку, все пальцы которой были унизаны тонкими колечками.
— Мы решили на всякий случай не подвергать тебя опасности, — выражение лица Рессера было на редкость серьезным. — Я спрячусь в ее рюкзак, — он кивнул на девушку. — Она, если что, нас обоих прикроет. И возьмет Самира на себя.
Отойдя в тень дерева, он стремительно сменил облик и уменьшился, став обычным вороном средних размеров. Джана расшнуровала рюкзак, позволила ему нырнуть внутрь и, оставив завязки свободными, снова накинула его на спину.
— Пошли? — подхватив Юльку под руку, девушка потащила ее к выходу.
Самир, обнаружив еще одну даму, болтал без умолку, стараясь произвести на нее впечатление. Джана очаровательно улыбалась, смущенно хихикала, серьезно внимала его речам, и под конец, когда они пришли в белое чистенькое патио, приняла вид глубокомысленный и восторженный. В рюкзаке время от времени что-то шебуршало и скреблось, но очарованный внимательной и доверчивой спутницей Самир словно бы не замечал живущий своей жизнью вещмешок.
Все службы, проходившие в храмах Вечных, были, по сути, одинаковы — совместный хорал, чтение отрывков из божественного канона, индивидуального у каждого из божеств, чтение молитв, благодарение, завершающий хорал. Служба Единому мало чем отличалась от всех остальных: Юлька вполуха слушала такие же священные тексты, часть которых она уже читала, общие песнопения и молитвы, а небольшая притча в конце службы показалась ей слишком уж нравоучительной, зато музыка произвела приятное впечатление: она поймала себя на том, что тихонько напевает незатейливую, легко запоминающуюся мелодию. Под конец люди по одному направлялись в скрытое за арочным проходом помещение с красочной фреской Единого над ним. Самир, заметив Юлькину нерешительность, взял ее за руку и подвел к каменному алтарю, на котором стояла изящная хрустальная чаша с маленьким кинжалом около нее. Уколов ладонь и капнув в чашу несколько капель, он протянул кинжал ей. Замешкавшись, она увидела, что чаша уже на четверть наполнена кровью, осторожно кольнула палец и стряхнула в нее пару капель. Джана зашла следом за ними, а когда вернулась, рюкзачок за спиной как-то нервно подрагивал.
 
Выйдя на улицу, Юлька растерялась. Ей хотелось услышать мнение Реса, но для этого надо было отвязаться от Самира, который категорически не хотел их покидать, зазывая выпить кофе с пирожным в популярную самандангскую кофейню. Пришлось согласиться. По дороге Джана ненадолго отстала, задержавшись за поворотом, а когда нагнала, рюкзачок явно уменьшился и больше не подавал признаков жизни.
К счастью, в кофейне не оказалось свободных мест и девушки, выразив сожаление и горячо поблагодарив молодого человека за интересную экскурсию, решительно бросили его, заявив, что им обязательно нужно к полудню вернуться в университет. Оказалось, Джана с Ресом договорились ждать друг друга в патио дормитория, если им придется разделиться. Когда девушки вернулись домой, он уже сидел, а вернее — лежал на скамейке под апельсиновым деревом, закинув ногу на ногу и что-то насвистывая.
— Быстро вы, — хмыкнул он, завидев девушек. — Надеюсь, вы не слишком жестоко обошлись с беднягой?
— Ему-то что, — фыркнула Юлька. — А вот у бедной Джаны, наверное, синяки на спине останутся от некоторых беспокойных спутников.
— Правда что ли? — Рес насмешливо приподнял брови, покосившись на Джану.
— Нет-нет, — поспешно заверила она. — Все в порядке. Вы заметили что-нибудь интересное?
— В целом — да. Юль, а ты не пыталась смотреть в Маар, пока шла служба?
— Нет, — удивилась Юлька. — А надо было?
— Ну, ты же умеешь. Сравнили бы картину.
— А что видел ты?
— Нити жизни, — начал Рессер, посерьезнев. — От верующих в Маар. Все как обычно. А вот потом, когда вы кровь жертвовали, стало интереснее… Там, на горизонте, что-то замаячило. К сожалению, связи были слишком тонкие и слабые, существо, к которому они тянулись, находилось очень уж далеко и формы не обрело. Когда вы отдалились от чаши с кровью, меня отбросило в сторону от того места, где я вошел, и я перестал видеть получателя силы.
— Но он есть? — поинтересовалась Джана.
Рес кивнул.
— Точно есть. Что, в общем-то, и требовалось доказать, — он стремительно поднялся, словно неожиданно вспомнил о чем-то важном. — Думаю, тут пока все, больше мы ничего полезного от этих демонологов не узнаем. Спасибо, Юль, и извини за беспокойство. Надеюсь, мы не испортили тебе выходной.
Неожиданно Юльке захотелось сказать ему что-нибудь язвительное, но она сдержалась. Рес шутливо поклонился, Джана витиевато поблагодарила ее, и они неспешно покинули дворик, оживленно переговариваясь вполголоса, словно старые друзья. Взглядом проводив их до ворот, Юлька вернулась к себе и поднялась на галерею, прикидывая, чем лучше заняться — почитать что-нибудь полезное или вытащить Ильнару погулять, но настроение почему-то испортилось окончательно. Неожиданно для себя она достала новые крылья и, быстро переодевшись, выбралась на крышу угловой части дормитория, на площадку для Крылатых. Рессер и Джана еще виднелись на дальнем конце улицы, но она решительно развернулась в противоположную сторону и круто взлетела над крышами. Ей есть чем заняться и без них… Вечером она попробует создать фантом Ильнары, а завтра наведается в Наган-Карх и может быть, даже переночует там, предприняв очередную попытку разобраться, что происходит с Румянцевым.
  
Глава 29.Анг Мирт. Чужая тварь
 
— И как долго все это длится? — я поежился, неприязненно озираясь по сторонам. — До чего здесь… мрачно.