Эксклюзив (СИ)

Убить-то могла и убить, поди разбери ее мать. А вот флешку, судя по рассказу Люси, у Вити кто-то украл, скорее всего, раньше сделки. И это не мать Талии. Хотя, кто знает, что и когда. Блин, очередной тупик!
Из раздумий меня вырывает голос Валеры.
– Пойдем в душ, – это однозначно хорошая новость. Остается шанс уйти незамеченными. – Только кота своего придурочного убери из ванной. Я больше не хочу получать от него шрамы.
Вот тебе и котик. Дождавшись, когда звуки стихнут, Неповторимый аккуратно отодвигает в сторону дверцу шкафа и первым вылезает из него. Я же игнорирую протянутую им руку и вылезаю сама. Из ванной не только слышен звук воды, но и смех парочки.
Уходить из пропитанной сексом квартиры я не спешу просто потому, что уж очень хочется найти шарфик, но когда на глаза попадается использованный на полу презерватив, покинуть дом все же хочется поскорее.
– Элизабет, это га… га… нет не голландская синица. А гондон обыкновенный. Скоро научу тебя, как им пользоваться, – подмигивает улыбаясь. Не знаю, как у меня хватает сил не показать ему средний палец. – Пойдем.
– Тебе надо, ты и иди. А мне нужен шарфик.
– Похрен на шарфик. Мать по-любому надо искать. Пойдем, – тянет ко мне руку и в этот момент на него прыгает лошадь, он же кот Талии.
Надо сказать, когда кот вцепляется мертвой хваткой в шею Неповторимого, мои нижние девяносто сильно напрягаются от страха за мою собственную жизнь. Федор же, несмотря на шипение кота и явную боль, не издает ни звука. Молодец, крепкий мужчина. Однако, панику в его взгляде я все же замечаю, когда после того, как он наконец отцепляет от себя кота, тот не дает ему и шагу ступить, и уже набрасывается на ноги. Ой… хухра близко.
– Ну, я, пожалуй, пойду и без шарфика. Котик так-то нужен для души, а не в качестве слабительного, – получай фашист гранату, девственностью он меня еще будет стебать. – До встречи, дядя Федя.
  
Глава 17
 
Девочка Лиза удрала с квартиры, Оставила Федю со злющим котом. Что же ты, девонька, что натворила? Смотри, пожалеешь, ведь об этом потом. Федя, ох, Федя, хухру ты спасай, Нет же дороже добра у мужчины... За шкирку кота отцепил и тикай, Ну все, Е.Банько, ты попала отныне!
Танюшик Тумко
Глава 17
Через пару минут созерцания резвящихся за окном детишек на детской площадке, я малость напряглась. Шутки шутками, но кот не маленький, такой не только может сильно поцарапать, но и глаз выколоть.
Без глаз Неповторимый будет уже не таким привлекательным. А если кот реально добрался до его паха? Надеюсь, все же нет, к счастью, звуки слышны только от кота. Хотя… и он уже, кажется, затих. Опираюсь о подоконник и перевожу взгляд на открывающуюся дверь. Судя по выражению лица Федора, он то ли убил кота, то ли собирается убить меня.
По мере того, как не Достоевский спускается с лестницы, замечаю не только странную походку, но и расцарапанные шею и лицо. Глаза, к счастью, на месте.
– Суженый мой ряженый, на кота насаженный. Все в порядке, Федор Михайлович? Походка у вас какая-то странная.
– Иди на хрен.
– Наверное, котик почувствовал вашу несветлую ауру, Федор Михайлович. Скорее всего, из-за того, что вы маг. Кажется, вы так представились в лесочке. И походу черный маг. Вот котик и того. Кстати, о черном. Точнее о подкопчённом. Надо навестить Вениамина в реанимации. А еще можно пойти на преступление и как-нибудь договориться о том, чтобы осмотреть его вещи, – молчание Федора во время нашего спуска до первого этажа несколько нервирует. Ему настолько больно, что не знает, что сказать? – У тебя точно ничего не повреждено между ног?
– Хочешь убедиться?
– Хочу.
– А хрен тебе, только после свадьбы.
– Ну знаете, Федор Михайлович, я так не играю. Вдруг там полная… хухрайня.
– Что заслужила, то и получила. Пошевеливайся.
– И все же, он жив?
– После свадьбы узнаешь.
– Я про кота вообще-то.
– Жив, падла.
Мы выходим на улицу и как только Федор открывает мне дверь, я осознаю всю серьезность нападения от кота. Я не собиралась рассматривать Неповторимого, но взгляд сам собой падает на его джинсы, пропитанные кровью в области… близ хухры. Теперь понятно, почему он так ходит. Что я за гадина такая? Еще и будущий врач называется.
 
– Я долго еще буду ждать?
– Федя?
– Что?
– У тебя кровь, – почему-то он проводит пальцами по лбу.
– Не там. А в… пипиське. В смысле около, – опускает взгляд вниз.
– Сука, бедро расхуярил. Садись, давай.
– Подожди, у тебя аптечка есть? Надо сразу обработать. Кошачьи царапины очень опасны. Это я тебе как врач говорю.
– Я сам разберусь что мне делать. Садись, – подталкивает меня к сиденью, сам же садиться не спешит.
Краем глаза замечаю, как он подходит к багажнику и достает оттуда аптечку. Я тут же выхожу из машины и перехватываю его за руку.
– На заднем сиденье будет удобнее. Дай я обработаю, – теперь уже я подталкиваю его на сиденье и забираюсь с другой стороны.
Видимо, он не ожидал от меня такой прыти. На его лице крайняя степень удивления, а уж, когда я тянусь к ремню на его джинсах, он очухивается от возмущения.
– Ты чо творишь?
– Хочу снять с тебя штаны, чтобы обработать бедро.
– Я без тебя справлюсь, кыш отсюда.
– Считай, что мы поменялись ролями и теперь настаиваю я.
Невзирая на возражения Федора, я ловко справляюсь с его ремнем и молнией. Уверенным голосом велю ему приподнять пятую точку и в этот момент стаскиваю джинсы до колен. Вот тебе и котик. Бедро расцарапано не в одном месте, но одна царапина глубокая, она и пропитала ткань джинсов кровью. Что за мужчина такой, который и пикнуть не пикнул при таком-то зверстве от кота. А ведь это очень больно.
Тянусь к аптечке и принимаюсь обрабатывать глубокую царапину. Понимаю, что надо сконцентрироваться на обработке, но я почему-то думаю о том, какой вкусный парфюм у этого мужчины. По сути, незнакомый мне мужик, а я почему-то, несмотря на всю ситуацию, в своих фантазиях хочу сделать с ним такие вещи, о которых ранее помышляла исключительно с парнем, в которого влюблюсь по уши и с которым буду встречаться длительное время. Что вообще со мной происходит? Я же не влюблена в него?
– А нежнее можно? – возмущённый голос Федора выводит меня из раздумий. Только сейчас понимаю, что от злости на саму себя, обработав его глубокую царапину, грубо и наверняка больно, закрыла ее лейкопластырем.
– Извини. Я неспециально. Просто вспомнила, что скоро учеба, а я… в бегах.
Неповторимый ничего не отвечает. Молча надевает джинсы и тут же собирается вылезти из машины.
– Дай обработаю лицо и шею. Иначе своим внешним видом будешь пугать окружающих.
Вру. Нагло и подло. В пиджаке и белой легкой летней кофте, он выглядит непозволительно хорошо. Сейчас он и бандита, несмотря на взгляд, не напоминает. И этот его парфюм… Быстро одергиваю себя, когда понимаю, что тупо вдыхаю его запах.
Через пару минут я уже жалею о том, что решилась обработать его царапины. То и дело пялюсь на губы Федора. Сама не понимаю, как протягиваю к ним руку и касаюсь кончиками пальцев. Сейчас я отчетливо понимаю, что хочу его поцеловать. Наваждение какое-то, ей-Богу. Что я делаю?! Перевожу взгляд на лицо Неповторимого, а там черти пляшут в глазах. Он явно забавляется моей реакцией на его персону. Облезешь, гад.
Ладонь не одергиваю, так и оставляю пальцы на его губах. Делаю вид, что наклоняюсь к нему, дабы поцеловать и почти у самых губ шепчу:
– У тебя тут кошачий волос, – убираю палец, демонстрируя несуществующую кошачью шерсть.
– Да ладно? – усмехнувшись, произносит Федор, одарив меня белоснежной улыбкой.
– Ага. У тебя там что-то в зубах еще застряло.
Только хочу податься в сторону и вылезти из машины, как Федор резко тянет меня на себя.
– Ты что-то, я смотрю, храбрости набралась, девочка моя. Знаешь, что будет, если дергать тигра за усы?