Герцогиня. Восход звезды (СИ)
− И как это история относится ко мне? Ты хочешь сказать, что у меня где-то есть сестра?
− Я еще не закончила рассказ. Так вот. Я погоревала, поплакала, но я по-прежнему числилась первой советницей короля и председательницей Совета, да и великосветская кутерьма не позволяет подолгу придаваться горю и отчаянью, поэтому мне пришлось смериться с неизбежным: принять на веру тот факт, что дочери у меня больше нет. И я продолжила жить обычной жизнью, такой как до рождения дочери. Несколько месяцев спустя я снова влюбилась, и мы с моим избранником собирались даже пожениться, но видимо не судьба. Наши соседи задумали развязать войну за территории, якобы в далеком прошлом принадлежащие им. Моего жениха забрали в армию, а после перебросили на фронт, недалеко от границы. К тому времени я была уже беременна тобой. Я попросту не справлялась со своими прямыми обязанностями, да и из-за войны неспокойно стало в королевстве и меня смести с поста, а после и вовсе отделили от монаршего тела строго запретив приближаться к дворцу и королевской семье. С тех самых пор с королевской семьей мы как ножах. Наши отношения — это лицемерные улыбки и обмен любезностями, в которых не толике правды. Мне пришлось изрядно помотаться по королевству, в поместье моего брата я узнала, что моего жениха убили при очередном наступлении вражеских войск. Год я провела за пределами столицы, залечивала сердечные и душевные раны и нанянчилась новорожденной малышкой. Ты была не такой как, твоя сестра. Капризничала, кричала, не могла спокойно просидеть на месте больше двух минут, тебя как будто магнитом влекло к старой северной башни семейного замка, где у меня была давно заброшенная лаборатория. И вот оно счастье, жизнь наладилась, раны зажили и лишь незначительно тревожили по ночам, но из столицы пришло письмо: молодой король после пожара в королевском дворце отдает здание под Академию магии и ему нужен человек способный возглавить данное учебное заведение. Мне пришлось оставить тебя на воспитание брату и уехать в столицу. Так я обосновалась в Академии, где одно мое слово — закон. В этих стенах нет другой власти кроме моей карающей длани, в этих стенах мне беспрекословно подчиняются все … или почти все, − Элита Рант вяло улыбнулась. — Поэтому отвечая на твой вопрос могу лишь сказать, что твои чувства тебе не подвели и я твоя мама. Только радости от встречи я не испытываю. Лучше бы ты и дальше жила в неведении правды.
− Ответь, как звали… зовут мою сестру, − спросила я дребезжащим от эмоций голосом. Вся эта история никак не могла отложиться в моей голове. Я воспринимала весь рассказа мамы, как что-то сверхъестественное. Мне-то и не верилось до конца, что сама Элита Ранат первая чародейка королевства, бывшая советница короля и председательница Совета — моя мама.
− Ее имя запрещено произносить волей короля и любое упоминание юной леди Ревель карается законом,− она замолчала хитро прищурила глаза и покосившись на дверь будто наш разговор могли подслушивать, улыбнулась мне и сказала: − но между нами имя твоей сестры Фаннараира, сокращенно Фанна.
− Красивое. Знаешь, от него так и веет мощью и какой-то скрытой силой, аж мурашки по коже,− я передернула плечами и поежилась как-то враз сделалось зябко и непривычно. Имя сестры звучала хоть и красиво, но как-то зловеще.
− Так звали первую королеву рода Де Рада, само собой от него будет веять силой, − пояснила мне Элита Ранат. Кстати, если тебе будет интересно, то мое имя на всех документах и ценных бумага пишет в сокращенной форме, так меня называла мама и отец, затем их привычку перенял и мой брат, твой дядя, хотя лично я всегда злилась, когда они сокращали и коверкали мое имя, а затем смерилась. Бабушка при моем рождении назвала меня Элитариной Терри ди Ревель. Родитель поддержали ее в выборе. Позже, когда мне пришлось сильно поссориться с братом, я взяла фамилию твоей бабушки, моей матери, Каллерии Ранат. Они жили с отцом хоть и в браке, но при алтаре, когда мама выходила замуж, она отказалась брать фамилию отца, чем немало всех удивила. Родители всю жизнь прожили в мире и гармонии, душа в душу. Прекрасно воспитали двоих детей. Жаль конечно, что мой отец, не смог понянчится с внуками, но видимо не судьба, зато мама в тебе души не чаяла. Ты-то не помнишь тебе тогда совсем ничего было пару недель от роду. Все шептала тебе что-то по носам, говорила, что ты новая звезда нашего мира, что ты наша новая королева. Все сотрясала воздух словами, что род Де Рада засиделся в королях и ты положишь начало новой эре, новой династии. Я никогда не особо не прислушивалась и не верила ее словам. Под старость она малость умом повредилась, особенно после смерти отца…
− Я тоже рада, что все так обернулось, − моя улыбка была такой яркой, такой искренней, что Элита Ранат невольно улыбнулась в ответ. — Мне не очень-то хорошо жилось в семье дяди. Я с самого начала чувствовала себя там лишней, а сейчас узнав правду, у меня будто гора с плеч упала.
Я порывисто сорвалась с места, не справившись с чувствами, и обняла Элиту Ранат. Прижавшись своим маленьким худеньким тельцем к ее груди, и отметила про себя как сильно трепещет ее сердце, в прочем мое собственное сердце билось также бешено. Нашу семейную идиллию нарушил робкий стук в дверь, затем она также робко отворилась и в щель размером не больше ладони протиснулся Картер Де Альбе. Молодой виар посмотрел на нас как-то сразу побледнел, его яркие даже вызывающие глаза потускнели, а вертикальный зрачок за пульсировал. Юноша пошатнулся, но удержал на ногах и путаясь в словах заголосил так, что стекла задребезжали и тренькнул стеклянный графин на столе.
− Ларра Ранат…Леди Элита… вас там просят… она просит…то есть принцесса Николетта… а с ней кокая-то девушка… я пытался их задержать… но эта девушка… она владеет сильной магией… темной… у нее крылья… Я… не смог, − по телу Картера пробежали яркие синие змейки искр трансформации, удлинись клыки, когти, глаза запылали огнем. Контроль над зверем ослаб, и он был готов вырваться на кровавую жатву.
«Что же, вернее кто же, его так напугал, что Картер даже зверя не в силах сдержать», − подумала я, смотря как на глаза меняется юноша. Я посмотрела на т о как он мучается, пытаясь сопротивляется обороту, как зверь рвется наружу, как лихорадочно блестят его глаза, тяжело вздохнула, кинув взгляд в сторону Элиты Ранат, которая к слову и не думала помогать юноше, пошла успокаивать на свои страх и риск разбушевавшегося виара.
− Картер, − позвала я его, − это я — Шанти. Ты меня слышишь? Прошу, пожалуйста, успокойся. Все хорошо. Успокойся, − я накинула на юношу легкое успокоительное заклятие, отчего парень дернулся, будто ему пощечину влепили, встрепенулся как-то по волчьи, посмотрел на меня осмысленным взором нечеловеческих глаз и улыбнулся лукавой улыбкой. — Ты как?
− Нормально. Спасибо. Тебе не стоило так рисковать. Или ты не знаешь, что к оборотням нельзя подходить в момент трансформации, − Картер поднялся с колен, смотря на меня недовольным взглядом. «Но, вот. Я его считай спасла, а он недоволен», − подумала я.
− Картер прав, Шанталь. Ты должна быть чрезмерно осторожной. Но возвращаясь к проблемам насущным, кто там хотел меня видеть? — поинтересовалась Элита Ранат, накидывая на плечи мантию с меховым воротником и знаком Академии.
− Принцесса Николетта, ларра Ранат… в сопровождении брата и незнакомой девушки. Они просят вас спустится вниз.
− Что ж не стоит заставлять принцессу ждать.
Мы спустились вниз, где нас ждала расфуфыренная принцесса, ее брат (признаться честно первую встречу со своим женихом я представляла себе слегка иначе) и странная девушка. Почему странная, спросите вы? Я охотно отвечу. Вы часто видите молодых красивых девушек с татуировками в пол-лица, с горящими жаждой мести глазами, с большими крыльями, причем одно крыло было белое, а другое — черное и отметиной Арахниды на спине. Я — нет. Поэтому впечатление эта леди произвела сногсшибательное на уж точно. Мама-то даже не пошелохнулась. Она совершенно спокойна: не во взгляде, не в поведении — никаких эмоции идет легко, гордо. Крылатая леди посмотрела на маму таким взглядом столько в нем было злобы и ненависти, что я поежилась, невольно отступила назад от этой странной девушки и у меня появилось страстное желание сбежать прочь лишь бы не видеть этого взгляда, но я одернула себя и отбросила дурные мысли. Меня сейчас должна волновать другая проблема — мой несостоявшийся супруг, стоящий рядом с сестрой и взглядом кристально чистых голубых глаз взирающий в пустоту. И здесь снова рулетка Судьбы: узнает или нет? Я заволновалась да что там, я испугалась, что даже остановилась на середине лестницы с трудом успокаивая колотящиеся сердце. Дыхание сбилось, стало тяжелым будто я кругов десять не меньше по полигону пробежала. Сердце щемило, белено колотилось, едва не вырываясь из груди. Голова закружилась перед глазами встал до боли знакомый кровавый туман. «Знакомая реакция, − подумала я гудящей, раскалывающейся на части головой, и резко опустила затуманенный взгляд к долу. Туман оставил едва заметный след, голова перестала кружиться, сердце перестало устраивать бега. — Камаэль, − озарила меня догадка. Я только на их чары так реагирую. Я скрипнула зубами. Что ж очень умно. Браво, ваше величество».