В Эфире. Дилогия (СИ)

Чтобы все это утащить, пришлось купить вьючное животное. Я бы предпочел боевого, мощного скакуна, но лошади и другие ездовые петы в Ханагге пока отсутствовали, и очередь на них распределял Легион. Так что я купил ламу, лохматую и капризную.
Она была лишь второго уровня, но на вид старовата. Надменно косила глазом, медленно пережевывая какую‑то колючку. Оседлать доходягу я даже не пытался. Сложил все покупки в седельные сумки и двинулся в сторону границы с туманом.
Прежде чем выйти из города, спрятался в переулке и проглотил астральную многоножку. Слежки за собой я не чувствовал, но это не значило, что ее не было. Ни Хранителям, ни Легиону я свои планы раскрывать не планировал, поэтому решил приготовить для них обманку. Постоял чуть‑чуть, подождал, пока призрачная проекция меня и ламы обретет форму и вернется обратно к рынку. Успокоил перепуганную животину и покинул с ней город.
Шли какое‑то время без происшествий. Лама, правда, довольно быстро выдохлась, так что пришлось устроить привал непосредственно у кромки тумана. Мимо нас прошел крупный отряд игроков. Ривийская пехота – тот самый клан, члены которого отыгрывали ведьмаков и уронили меня в провал на Утесе Черепа. Я насчитал двенадцать человек и вроде даже разглядел ту самую парочку.
Махать руками и кричать, как я рад их видеть, не стал. Не друзья они мне. Но, к счастью, и не ПКшники – один из группы даже подошел ко мне и предложил помощь. Усмехнулся, заметив факелы, торчащие из сумок, и сочувственно вздохнул при взгляде на мое пончо. Но все равно пригласил присоединиться, если мне вдруг зачем‑то надо в туман. Я вежливо отказался. Он не настаивал, только показал большой палец, кивнув на ламу.
Я подождал, пока отряд не скрылся из виду.
Настал мой черед пересечь границу.
Она, впрочем, была нечеткой. Туман не стоял стеной, а стелился длинными шлейфами. Лама сопротивлялась, но я втащил ее в эту муть и сам нырнул с головой.
Даже когда мы углубились в туман, тот остался разреженным. Дорогу под ногами я вполне различал. А вообще, все вокруг выглядело как на рыбалке в рассветный час. Деревья и кусты потеряли цвет, будто кто‑то уменьшил в графическом редакторе яркость.
Я шел быстро, насколько позволяла упирающаяся лама, и без всяких проблем преодолел километров пять. Если, конечно, не считать проблемой тело парня, с которым я разговаривал минут двадцать назад. Я нашел еще трех его соклановцев, и у всех на спинах имелись рваные раны. А остальные члены отряда словно испарились – хотя, может, просто свернули, благо ответвлений у тракта было достаточно.
Впереди уже проступали очертания разрушенной таверны, про которую мне говорил незадачливый разводила. Вот тут‑то и пригодились купленные предметы. Причем пригодились по‑настоящему, то есть реально спасли мне жизнь – никакое общество защиты прав потребителей не смогло бы придраться, если бы я захотел вернуть товар, как бракованный.
Плохо только, что все пошло в расход сразу, одновременно – и факелы, и склянки, и даже лама. Я так и не понял, что на нас напало. Тень, свист, хлопки крыльев – и миг спустя я стою один, а в руке болтается пустой обслюнявленный поводок.
Случайно уцелел только один факел – выпал из сумки, когда утащили ламу. Я подхватил его и помчался к развалинам. Используя навыки симбионта, два километра я пробежал за минуту. Нырнул в пролом, зиявший в стене, и вжался в остатки барной стойки, привалив себя трухлявыми досками.
– Вообще‑то тут занято, – раздался тихий голос. – Пончо хоть выкинь, дурик, они на яркий цвет агрятся. И не делай резких движений.
Я аккуратно убрал «хоукмун» в кобуру. Медленно стащил пончо и отбросил его в пролом, через который только что заскочил. Оно не успело даже коснуться земли, когда размытое марево метнулось к стене снаружи. Несмотря на призрачный вид, тварь выбила из кладки еще несколько камней.
– Что ж ты тупой‑то такой… – зашипели на меня из‑за стойки.
– Это кто там такой смелый?
Я чуть привстал и вытянул шею, пытаясь разглядеть собеседника, но на улице послышались хлопки крыльев, и мне пришлось вжаться в пол. Выждав несколько секунд, я вновь поднял голову, повернулся к стойке – и через щелку в досках я разглядел чей‑то глаз, внимательно меня изучающий. Аккуратно достал «хоукмун» и приставил его к чужому зрачку.
 
– Ой, он целится в меня! – с нотками истерики взвизгнул голос – уже другой, женский.
– Слышь, ствол убрал, а то я тебя его съесть заставлю! – сдавленно рыкнул первый, а потом шепотом добавил: – Лили, прижмись ко мне, я тебя прикрою.
– Парень, убери ствол, – послышался третий голос. – Извини, что ребята резко среагировали, ситуация нервная.
Я отодвинул дуло от щели. И узнал наконец Лили – ведьма́чку, которую пытался когда‑то вытянуть из провала, – и ее дружка, сбившего меня в ту встречу щитом. Козла, конечно, хотелось бы проучить, но воевать еще и с ведьмаками я не видел смысла. Да и клан их сам по себе мне нравился – правильные ребята, которые пришли в игру именно играть. Без всяких террористических манифестов, в отличие от Первых людей, и тем более без мыслей о бессмертии за чужой счет, как у Хранителей.
– Пушку убираю. – Я старался говорить тихо, но так, чтобы меня услышали. – Просто первые двое, которые со мной говорили, делали это слишком нервно.
На той стороне кто‑то хихикнул, а кто‑то дернулся, но его придержали.
– Лют, остынь. – Послышался тихий треск ломающейся доски, и ко мне обратились уже чуть громче. – Давай начнем сначала. Меня зовут Зигрин, заместитель командира разведгруппы клана Ривийская пехота. Может, слышал о нас?
– Слышал. Я Данте.
Сквозь клочья пыли и паутины между гнилыми досками я разглядел небритое худощавое лицо гнома. Он явно ждал продолжения, пауза затягивалась, и я нехотя обозначил свой род занятий:
– Путешественник. А вы же в Динасдане вроде бы обитали?
– Раньше там, но Легион хорошее партнерство предложил. Ты драйка видишь?
– Если ты про того летучего и размытого, то не вижу. – С грустью я вспомнил темное зрение, которое сейчас пригодилось бы. – Но иногда слышу.
– Про него, это драйк. Обычно он так близко к границе не подлетает, но сейчас как будто взбесился, ищет что‑то или кого‑то.
– И как вы с ним справляетесь? Я даже не пойму, куда там стрелять.
– Мы обычно не лезем на его территорию, – вмешался женский голос, и на той стороне к дырке опять приникла Лили. – Ой, а мы не встречались раньше? Ты похож на одного НПС, только у того татуировка еще была вокруг глаз.
– Было дело. – Я улыбнулся. – На Утесе Черепа.
– Ты ведь мне помочь тогда хотел, да? – спросила она и, не дожидаясь ответа, обернулась. – Лют, я же говорила, что он меня спасал. Когда же ты думать начнешь, прежде чем действовать?
– Ладно, ты на Лютика не сердись, я не в обиде, – прошептал я, а за стеной опять хихикнули. – Сам бы не разобрался в ситуации.
– Я не Лютик, я Лютый, – прорычал парень, и показалось его лицо, красное от злости.
– Сорян, оговорился. – Я решил, что смогу его побесить попозже, а пока надо было валить отсюда. Нужный столб с указателем торчал метрах в пятнадцати от развалин. – У вас план есть?
Плана у них не было – собирались ныкаться и ждать, когда возродится командир отряда и приведет подкрепление. За стойкой, как выяснилось, шпротами лежали пятеро Ривийцев. Зигрин был самым опытным из них. Командира же, которого он сейчас замещал, драйк утащил в неизвестном направлении.
Лютик мог неплохо танковать – и по уровню, и по снаряжению. У Лили был гибридный класс рейнджера и друида. Плюс еще две низкоуровневые ведьма́чки с упором в развитии на поддержку и лечение. Для всех, кроме Лютика и Зигрина, это был первый выход в туман.
 
Сам я ждать не хотел. И, в принципе, готов был сделать ставку на скорость, то есть просто сбежать. Но сначала нужно было осмотреть указатель, чтобы понять, в какую сторону направиться дальше.
Я пополз по пыльному, замусоренному полу. Двигался медленно, прячась за обломками мебели. Добрался до проема, где бесславно погибло пончо, прислушался и выглянул из‑за камней.