В Эфире. Дилогия (СИ)
К сожалению, нашим спецкорам так и не удалось проникнуть на производство и понять, что же такого страшного готовят Хранители для встречи Орды. Но, судя по веренице охраняемых повозок с прионом, который доставляется в мастерские, готовится что‑то по‑настоящему грандиозное. Ради этого все плюют на правила безопасности при работе с токсичными веществами. Из мастерских то и дело выскакивают механики, получившие передозировку в ходе экспериментов. Соклановцы тут же отправляют их на перерождение. А некоторые экспериментаторы и вовсе сходят с ума, выпрыгивая из окон.
Да, все знали, что прион токсичен для тех, кто принимает его ради усиления собственного тела. Но впервые мы видим побочные эффекты у людей, просто использующих его в процессе работы.
И тем горячее наша вторая новость! Источник, близкий к сценаристам DRUGA, рассказал, что же из себя представляет Слеза Авроры. Нет‑нет, никаких подсказок, где ее искать и как она выглядит! Только суть и принцип действия.
Слеза Авроры – это чистый прион! Субстанция или кристалл, который можно как поглотить, получив огромную силу, так и использовать для очищения организма и сопутствующих эффектов. Вот уж действительно – фантастический трофей! Нет сомнений, что Хранители за такое отдали бы последние деньги!
Что ж, посмотрим, чем все это обернется. Оставайтесь с «Вечерним Эфиром» – все самые свежие новости только у нас!»
Выносливость сократилась до минимума, ноги ныли, а легкие горели огнем – уже никакая механика игры не вывозила. Хранители постоянно маячили в поле зрения, отсекали пути к крупным городам и гнали меня подальше от тумана.
Несколько раз я огрызался, пытался устроить на них засаду, но из‑за метки не получалось. Хотя я и грязью мазался, и в воде сидел с соломинкой, как герой ретро‑боевика, где мужик в джунглях сражался с инопланетным хищником. Хотя, может, то был другой фильм, в котором грустный герой с большим ножом гонял полицейских по лесам, вернувшись с войны. Так и я теперь шухарился, держа револьвер наготове, но меня замечали, почти как тот хищник, и спускали собак. А иногда и сами готовили мне ловушки.
Дважды расстояние сокращалось настолько, что выручала только скорость реакции симбионта. Первый раз меня встретили на выходе из безымянной деревни, где я потерял время, пока торговался и выменивал у старосты кобуру для револьвера и два колечка – простых, но освященных аурой богини любви. Второй раз я чуть не попался, когда устроил привал, чтобы подремать буквально пару минут, потому что уже не мог нестись дальше, а выносливость перестала восстанавливаться.
Преследователи же будто не спали вовсе. Их точная численность была для меня загадкой, я не видел их лиц – в зарослях мелькали лишь маски и черные доспехи. Может, охотники дежурили посменно, а может, были оцифрованы, как и я.
Стычки с ними проходили по одному сценарию. Моя тактика состояла в том, чтобы уменьшить поголовье мехдогов, пальнуть в крайний черный доспех, отскочить и нестись в сторону владений мурлоков, корректируя маршрут на ходу.
Кольца я добыл, честно сказать, фиговые. Такие, думаю, и на болоте нашлись бы. Но даже они бодрили, даря надежду на успех. Все‑таки я несся на свадьбу, а не просто уходил от погони. Мысль о том, что циничный Фрисби оказался не чужд романтики, прибавляла мне скорости. Было в этом что‑то трогательное и человеческое – хотя по факту готовились пожениться всего‑навсего две лягушки…
Наконец я добрался до небольшой речки с быстрым течением, за которой начинались болота и жило племя А‑чу‑Голок во главе со Жгучей – несравненной королевой и будущей невестой. После переправы я сделал остановку, дожидаясь Хранителей. Затаился на дереве, чтобы подсчитать (а то и сократить) количество врагов при переправе через реку.
Но вместо Хранителей на том берегу появились мурлоки. Первым шел Фрисби, насвистывая какой‑то бодрый мотивчик и пиная по земле золотую маску, а за ним – чуть ли не все племя. Я насчитал около полусотни особей от сто пятидесятого уровня и выше, причем готов был поклясться, что еще мгновение назад среди деревьев никого не было. И уж тем более я никого не видел, когда подбегал к реке.
Фрисби запустил маску в воду, будто плоский камушек, заметил меня и в несколько прыжков оказался на моем берегу.
– Добыл? – вместо приветствия спросил мурлок, демонстрируя в улыбке клыки, которые не очень вязались с приплюснутой лягушачьей мордой.
– Ты мне объясни сначала, – сказал я, поддразнивая его, – что вы тут устроили? Мы же на троих собирались опыт делить?
– Ну, не томи! – Фрисби аж подпрыгивал от нетерпения, но понял, что я не сдамся, пока не получу ответ. – Жгуча почувствовала их на границе, двенадцать тел. Вот мы и решили, что лучше их разобрать, пока они погоней увлечены. Не давать им даже возможности остановиться и подготовиться. Как‑то так. Ну, что там с кольцами?
– Держи. – Я вручил их ему. – Лучшее, что смог найти.
– О‑о‑о… – Фрисби захлопал жабрами. – Высший класс! Главное, что уползти не пытаются, а то у нас и такое бывает.
– Когда свадьба?
– Как Уокер приедет, так и погуляем, недели через три уже, – потер лапами мурлок, а потом вдруг голос его посерьезнел. – Ты Орду дождись, не решай без них свои дела с Людвигом. Уокер хочет поучаствовать.
Развить тему мы не успели, за рекой в лесу раздался свист.
– Так, реснулись, похоже, желтомордые. – Фрисби подтолкнул меня. – Иди отсюда скорей. Точка возрождения – в трех километрах к юго‑западу, мы их по второму кругу постараемся стопнуть, но пусть лучше у тебя фора будет.
– Спасибо! На свадьбу что подарить?
– Что‑нибудь, что не ползает и без тины… Да, кстати! Мы со Жгучей тебе тоже кое‑что приготовили…
Фрисби протянул мне небольшой сверток. Я сразу понял, что внутри, и на радостях обнял мурлока, чуть не порезавшись о костяной хребет. Наконец‑то у меня было средство, чтобы обмануть ассасинов!
– Сейчас пока не используй, – предупредил Фрисби. – Мы этих всех положили, так что метки с тебя слетели. А наш подарок оставь на будущее.
– Понял.
– Ну все, дуй давай. На свадьбе увидимся.
Я кивнул и потрусил в сторону туманных земель. На ходу развернул подарок и пожалел об этом – многоножки тут же выскочили из свертка и расползлись во все стороны. Матерясь, я принялся их ловить. Они были вертлявые, холодные на ощупь, с кучей отростков в виде ножек и усиков. А когда я вспомнил, какие они на вкус, меня передернуло.
Пять штук я поймал‑таки и запихнул в пустые пузырьки от зелий, потраченных за время погони. Кроме личинок в свертке, полученном от Фрисби, обнаружилось штук двадцать патронов – большинство с рунами на гильзах, а парочка и вовсе с каким‑то магическим свечением. Часть патронов я тоже уронил, когда многоножки выскочили, но искать было некогда.
***
Соваться в туман, не зная точного местоположения Охирры, я не рискнул. Уж слишком большой круг был отмечен на карте – можно там годами бродить. Так что я решил наведаться в Ханаггу – главный оплот симбионтов в обжитых землях и по совместительству цитадель Легиона.
Как только я вступил на территорию симбионтов, мне даже дышать, кажется, стало легче. Вроде та же природа и те же монстры – но как‑то добрее, что ли. Особенно приветливо вели себя неписи, которые попадались мне на пути. Хутора вдоль дороги, постоялые дворы – всем здесь заправляли переселенцы из Старого света, для которых мой ярлык изгоя ничего не значил. Зато значила хорошая репутация среди симбионтов. Прямо курорт…
В таверне на окраине крупной деревни меня даже накормили бесплатно. Отказываться я не стал, хотелось расслабиться. Я ведь шел уже второй день практически без привалов. А до Ханагги еще пилить и пилить – заход в гости к мурлокам сильно сбил меня с курса.
Среди Хранителей симбионты тоже были (кому‑то же приходилось шпионить за Легионом), но вряд ли здесь, в ста километрах от города. Так что я разрешил себе отдохнуть – подкрепиться, почитать новости с форумов, початиться с Фрисби. А то он уже трижды присылал отчеты о повторных издевательствах над золотыми масками.