В Эфире. Дилогия (СИ)

Я тоже понятия не имел, как помочь ей там, но, по крайней мере, теперь точно знал, что она не стала таким же монстром, как Алиса.
Сменив направление, я бежал до самой ночи, раз за разом истощая выносливость. Выгорела — зарядилась, выгорела — зарядилась. Я хотел вернуться в деревню и проверить, насколько все плохо, но какой-то едва уловимый зов манил меня в другую сторону. Будто магнит, который подправлял движение, ставя на верный курс.
«В Эфире! Вы находитесь под воздействием способности «зов предков». Вы можете заблокировать ее в настройках системы в любой момент».
Блокировать воздействие я не стал. Пустил вперед Ку-Кулька с приказом нападать только в случае агрессии и рысцой, экономно расходуя выносливость, побежал в сторону зова. На болоте скорость пришлось сбросить — то я собирал травки, корешки и ядовитых гусениц, качая травничество и алхимию, то Ку-Кулек вступал в бой с агрессивно настроенными мобами.
Когда пес получил четвертый уровень, а я тридцать восьмой, зов завел нас в непролазные топи. Качаться было легко, питомец пачками рвал мелкую и среднюю живность. Кролики, кабаны, змеи и пауки не могли повредить его броню, и он разрывал их буквально в клочья мифриловыми клыками. А я подбирал обрывки шкур, алхимические ингредиенты и медные монетки. Только я заканчивал копошиться в одних останках, как система добавляла опыта и можно было браться за новые. Так мы и шли от кучки к кучке.
Остановились на краю плотных зарослей. Деревья были сплошь завешены лианами и прочей растительностью. Почему-то система называла их мангровым лесом, хотя мне казалось, что мы довольно далеко от побережья. Идти в чащу не было никакого желания, но зов усиливался с каждым шагом.
Я отозвал питомца — монстры здесь были слишком сильны, за сотый уровень. Сам же медленно, почти по пояс в воде двинулся вглубь зарослей. Сначала все шло неплохо, но потом что-то хрустнуло под ногой, и вода вокруг меня запузырилась. Сзади и справа одновременно поднялись две зубастые пасти аллигаторов. Нефиговые такие крокодильчики сто сорокового уровня — спокойно меня пополам перекусят и не заметят.
Я замер, надеясь, что пронесет. И вроде даже сработало, я пел про себя свой гимн про тучку и не-медведя, а зубастые пасти развернулись в другую сторону. Но потом что-то липкое цапнуло меня за ногу, я подпрыгнул скорее от неожиданности, чем от полученного урона, и побежал. Аллигаторы метнулись за мной. Минут через сорок прыжки по кочкам и лианам а-ля Тарзан привели меня наконец на сухую землю. Аллигаторы не отставали — наоборот, к ним присоединилось еще четверо помельче. Упорные ребята, но и мне было что терять.
Я выскочил на равнину с невысокой горой и группой небольших деревянных домиков. Бежать стало легче, преследователи немного отстали, и я остановился, чтобы перевести дух и разглядеть, куда меня гонят. По моим прикидкам, деревня была раза в четыре крупнее моей домашней. Я насчитал под сотню домов разного размера, но все низкие и предельно простые. Стены, вкопанные глубоко в землю, односкатные крыши из тростника с каменным дымоходом. Над некоторыми постройками тонкой струйкой вился дымок. В горе, к которой прилепилась деревня, виднелся большой черный проход.
«Заброшенный шахтерский поселок Алабама. Территория под управлением клана Первые люди», — подсказал Эфир. Никакой защиты у поселка не было — ни ограды, ни рва. Хотя в такой глуши мангровый лес сам по себе мог считаться оградой. Жители заметили меня, засуетились, забегали. Кто-то двинулся мне навстречу, но некоторые нырнули в проем в скале и быстро вернулись с подкреплением.
Существа, идущие мне навстречу, все меньше казались похожими на людей или на любую известную мне расу. Прямохождение, руки, ноги, голова — на этом сходство заканчивалось. Все остальное было какое-то скрюченное, перекошенное, со странными черными наростами. Один хромал и волочил за собой жуткую каменную ногу, у другого на голове вспух огромный желвак, у третьего не было рук, а вместо них торчал отросток из живота. Лишь несколько человек были почти нормальными — в них, несмотря на черные язвы, угадывались мои земляки.
 
Подумалось, что здесь-то я точно буду в безопасности от Хранителей. Но нужен ли я местным, особенно с моим эскортом? Оружия ни у кого из них не было, и я даже подумывал развернуться, чтобы не привести монстров к беззащитным созданиям.
Толпа остановилась на границе городка, некоторые махали мне отростками, призывая бежать быстрее. Вперед протиснулся высокий мужчина, совершенно нормальный, без единого признака проказы, и при этом игрок. Тлейклэль — гибрид шамана и воина, имеющий сто двадцатый уровень.
Он пропустил меня к себе за спину и поднял к небу руки. Некоторые в толпе повторили этот жест. Я обернулся на преследователей и едва поверил свои глазам. Черные мифриловые колья поднялись из земли и проткнули аллигатора, вырвавшегося вперед. Вокруг шамана закружилось темное облачко прионной пыли. Мельчайшие частицы, вытягиваясь из земли и из тел прокаженных, сбивались в шарики покрупнее, размером с дробь. Теперь это напоминало осиный рой. Шаман махнул рукой, и эти дробины-осы метнулись к аллигаторам — невероятно быстро, практически со скоростью выстрела.
Двум зверям начисто снесло головы, как будто в них и правда пальнули из чудовищного дробовика. Сама дробь при этом не остановилась — перегруппировалась в фигуру, похожую на бумеранг, и перебила лапы еще одному монстру.
Шаман при этом, как дирижер, водил руками, лицо его побледнело, а из носа потекла кровь. Двое из толпы поддержали его, приложив ладони к голой спине, и вокруг них появилось голубое свечение. Еще четверо вышли вперед. Наросты, которые покрывали их тела, вытянулись, превращаясь в вороненые клинки разной длины. Этими клинками местные владели в совершенстве — прыжок, несколько взмахов, и больше никто меня не преследовал.
— Приветствую тебя, брат, — шаман вытер кровь с лица и показал мне открытые ладони, подчеркивая, что в его намерениях нет агрессии, а толпа за его спиной загудела. — Мы ждали тебя, бессмертный смертный, будь нашим гостем, окей? И добро пожаловать в Алабаму!
Интересное кино, ждали они меня. На краю зрения мигнул заблокированный квест Первого человека, что-то там явно обновилось, и мне насыпали опыта сразу на четыре уровня.
— Здравствуй, Тлейклэль, спасибо за помощь. — Чуть язык не сломал, пока выговаривал. — Как вы узнали, что я приду?
— Это я тебя призвал. — Он протянул руку. — И зови меня просто Вождь, окей?
***
Он действительно был похож на вождя — на такого, как рисуют в книжках про североамериканских индейцев. Голый мускулистый торс, весь покрытый наполненными силой татуировками, кожаные штаны и мокасины, головной убор из перьев, спускающихся на спину. Вождь был не совсем простым игроком. В игру он пришел не от скуки и не ради заработка, а потому что иначе было нельзя.
В реале он еще месяц назад лежал под капельницей в заведении, где виртуальные игры — единственный способ хоть как-то сгладить жестокие выкрутасы судьбы. Он был почти полностью парализован, сколько себя помнил, но теперь ему стало еще хуже. Денег на собственную капсулу у него никогда не было, он мог только смотреть чужие стримы. Даже со смартфона играть был не в состоянии — руки хоть и сохраняли некоторую подвижность, но пальцы едва слушались.
Вайп и обновления в игре, однако, не просто так считались шансом на новое начало. У компании DRUGA были социальные программы в реале. Может, так она снижала себе налоги, а может, у ее руководства иногда просыпались человеческие чувства (хотя после знакомства с некоторыми акционерами мне с трудом в это верилось). В одной из таких программ как раз и поучаствовал Вождь.
 
При каждом обновлении больницам безвозмездно выделяли почти сто капсул, а пациентам выдавали квоту на участие в альфа-тестах, позволяя играть только за определенные расы. Как правило, на альфа-тест предлагали новых спорных персонажей, от которых не ждали серьезного изменения баланса. Еще квоты были у профсоюзов и разных некоммерческих социальных организаций, но тех вообще ограничивали всякой фигней, которую не хотели выбирать игроки — гоблины, огры, крысолюди и тому подобные расы. Все ради игрового баланса и сценарного насыщения.