Новый мир. Книга 5. Возмездие (СИ)

Я не стал напоминать Кире и Гэвину, что их задача — прибрать все и прикрыть мой тыл. Я уверенно шагнул к двери, ведущей в комнатку Гаррисона, толкнул ее ладонью — и показался на пороге полуспальни, полупыточной, освещенной свечами.
Мой взгляд вскользь прокатился по обнаженной спине и ягодицам Лейлы, отмеченным парой свежих кровавых ссадин от ударов ремнем. Принцесса стояла к двери спиной, а к Гаррисону лицом, выпрямив свою величественную осанку, и даже не прикрываясь. Казалось, в этот миг она совсем не стеснялась своей наготы, и даже наслаждалась моментом.
— До чего же ты оказался глуп, что не узнал меня, — произнесла она сочным голосом, полным удовлетворения, схожим с сексуальным, следя за неподвижным выражением лица Гаррисона. — Страшный «Могильщик» попался, как мальчишка!
Лишь вдоволь насмотревшись на парализованного врага, она повернулась ко мне.
— Я же говорил, что тебе не стоило этого делать, — сказал я ей, покосившись на рану, но тут же тактично отведя взгляд от ее наготы. — Роза обработает тебе раны, как только они с Гэвином там закончат.
— Это не раны, а царапины, — ледяным тоном отозвалась она. — Я переживала такое, о чем этот жалкий, трусливый мерзавец понятия не имеет. И способна пережить еще больше во имя нашего дела. Я ни о чем не жалею.
— Тень принесла твою одежду, — заметил я, по-прежнему не глядя на нее, и сам удивляясь своей стеснительностью, да еще и в такой момент.
— Отлично. Тогда займитесь делом, пока я приведу себя в порядок. Время не ждет.
Мои глаза наконец встретились с глазами генерала Гаррисона. Прославленный «черный берет», бывший командир операций «Эклипса», экс-командующий эскадрона «Сатана», правая рука самого всесильного Чхона, убийца моего друга, Бена МакБрайда и палач тысяч новомосковских стариков и детей, сидел на полу, безвольно прислонившись к кровати. Его глаза были полны удивления и смятения из-за осознания, что он не может пошевелиться. Что он попался. Что с ним покончено. И все же смятение не было до конца полным до того момента, пока он не увидел меня.
Узнать меня было не так просто. По настоянию Лейлы я воспользовался услугами надежного пластического хирурга. Он очистил мое лицо от наиболее приметных шрамов и несколько изменил форму носа, сделав вновь похожим на человека — за эти две недели я как раз успел отойти от последствий операции. Мои волосы были коротко стрижены и с подкрашены в пепельно-черный цвет. На глазах были маскировочные линзы, меняющие рисунок сетчатки и ее цвет на голубой. Но, несмотря на это, он меня узнал.
За спиной было много суеты. Я догадывался, что в этот самый момент Тень бросает на кровать сумку, в которой была одежда Лейлы, и та, должно быть, начинает одеваться; что Гэвин затаскивает в подсобку тело убитого мною телохранителя, а Кира — связанную и с заткнутым ртом работницу борделя. Но все это меня не интересовало.
— Знаешь, Гаррисон, — произнес я доверительно, неотрывно глядя ему прямо в глаза. — Одно лишь это выражение твоей хари стоит всего, на что мне пришлось пойти, чтобы тут оказаться.
§ 23
За спиной я слышал шорохи, с которыми Лейла облачалась в свою экипировку. Тень стояла у меня за спиной молча, с извечным самурайским спокойствием, пока еще не прикасаясь к катане. Гэвин и Кира возились в коридоре. А я — смотрел на одного из своих самых заклятых врагов, упиваясь незнакомым прежде сладостным чувством мести.
— Я ждал этого момента семь лет. Семь долгих лет. Сын Бена за это время успел вырасти. Он уже учится в школе. Рассказывает одноклассникам, что его папа был полицейским, которого застрелили бандиты. Я знаю, ты давно не помнишь Бена. Ты уже говорил мне это в 93-м, в Новой Москве, упиваясь своей крутизной, перед тем как приказать выродку Блэку убить меня. Но скоро ты все вспомнишь. Обещаю.
Я кивнул в сторону садо-мазохистской части комнаты и велел Тени:
— Помоги мне перетащить эту тушу туда. Я пока еще слишком слаб, чтобы таскать двести двадцать фунтов отборнейшего дерьма.
 
Перетащить его, надежно пристегнуть руками и ступнями к браслетам и, уже растянутого на растяжках, обыскать по рукам и ногам, заняло у нас пару минут. Как я и ожидал, за его правой лодыжкой обнаружилась маленькая кобура, в которой был спрятан запасной мелкокалиберный пистолет BA-25 «мини» производства «Бразилиа Армз», а в левом сапоге был скрыт маленький кинжальчик.
Тень, не отличавшаяся особой щепетильностью, не поленилась надавить на какие-то точки в районе висков, чтобы разжать челюсти парализованного пленника, а затем придирчиво осмотреть зубы, найдя тот из них, который под видом пломбы скрывал в себе капсулу с быстродействующим ядом. Азиатка выковыряла капсулу с ловкостью и невозмутимостью истинного дантиста, воспользовавшись одним из найденных в комнате инструментов сомнительного содержания, похожих на гинекологические.
— Вот уж не знаю, как ты там ковыряешься, — прокомментировала Лейла, к тому времени закончив одеваться. — У этой свиньи изо рта просто ужасно воняет.
Перед тем как открывать футляр с заранее заготовленными Кирой ампулами и приступать к следующей части запланированного действа, я промотал перед глазами изображение со всех камер, чтобы оценить обстановку
На изображении со скрытой камеры в фойе борделя я мог видеть, что второй личный телохранитель Гаррисона по-прежнему дежурит там. Если повезёт, он пробудет там еще долго, ни о чем не подозревая и не выказывая беспокойства — ведь его босс обычно проводил много времени за своими садистскими утехами в подвале.
На изображении с мини-камеры, установленной на винтовке Джерома, я видел, что около джипов, припаркованных невдалеке от входа, тоже не происходит никаких подозрительных движений. Один наемник прохаживается под окнами борделя. Один курит, прислонившись к джипу.
Камера, установленная в коридоре подвального помещения борделя, где мы находились, демонстрировала, что Гэвин и Кира уже почти закончили со своей грязной работой. Тело мертвого охранника и связанная по рукам и ногам сотрудница публичного дома, некстати попавшаяся под руку, были уже заперты в подсобке. К счастью, в этот деликатный момент больше никто из клиентов в коридоре не показался.
Еще не помню, чтобы операции с таким уровнем риска проходили так гладко.
— Не беспокойся. Паралич скоро отпустит твои лицевые нервы, — пообещал я Гаррисону, открывая футляр с ампулами так, чтобы он хорошо их видел, и методично заряжая содержимое первой из них в шприц. — Нам вовсе не нужно твое многозначительное молчание. Как раз наоборот.
Я заметил, как взгляд плененного наемника тоскливо застыл на кобуре с личным оружием — мощным крупнокалиберным пистолетом с необычной высокотехнологичной накладкой на матово-чёрной рукояти — той самой кобуре, которую он, перед тем как приступить к истязанию своей жертвы, повесил на крючок около двери. Проследив за его взглядом, я красноречиво скрутил ему дулю.
— Поздно об этом думать, говнюк. Ты прокололся. И на телохранителей не рассчитывай. С тем, что за дверью, мы уже разобрались. Остальные — терпеливо ждут, пока ты закончишь развлекаться, и нас не побеспокоят. Твой биосигнал мы заранее заглушили и заменили «липой», которая никого не насторожит. А электромагнитный излучатель уже включен, и это значит, что никакая мудреная нано-хрень, напиханная в твою тушу, не сработает и не передаст никуда никаких лишних данных. Как видишь, мы хорошо подготовились. Не хуже того, как ты подготовился в 89-ом, впервые перейдя мне дорогу. Но не ты один здесь ученик Чхона, забыл?
Веки Гаррисона уже отчасти вернули свою подвижность. А вскоре он наконец смог впервые разлепить и губы. Как и следовало ожидать, его первым словом было:
— Ублюдок.
Я покрутил у него перед лицом заряженный шприц.
— Знаешь, что это, Гаррисон? «Сыворотка правды». Знаю, знаю, ее не существует. Но это вещество обязательно развяжет тебе язык. Жаль, правда, разум твой это затуманит. И ты не будешь вполне сознавать, что происходит. Но я готов пойти на эту жертву.