Верное решение (СИ)

— А что, мне нравится! Тит, ты как? Сможешь сыграть удивление? Ну, чтобы это все не было похоже на постановку?
— Не знаю, — ответил он недовольно. Он не ожидал, что все станет напоминать обман с целью наживы еще больше, чем раньше. — Я постараюсь…
Через неделю после публикации последней, третьей серии трагедии колониста-одиночки, Тита уже можно было считать звездой интернета. Пара миллионов просмотров на первом эпизоде, казавшиеся ему заоблачными и неправдоподобными, вдруг превратились в шесть, а потом и в десять. Тит как одержимый следил за графиками посещений, читал отзывы и комментарии, смотрел видеореакции и обзоры. Даже наткнулся на парочку рьяных разоблачителей, считавших, что все отснятое было срежисировано специально для раскрутки «Гуд Кол.», а никакого Тита Новака, как и его Лилии в природе не существует. Последние вызывали у него улыбку, ведь они были не так уж и далеки от истины.
А потом наступил день «Д». Благодаря совместным усилиям всего отдела маркетинга коморка Стэмпса была преображена до неузнаваемости. Ее осветили несколькими разноцветными светильниками, притащили еще один стол и стулья, а затем установили камеру, тем самым превратив ее в почти настоящую студию. К назначенному заранее сроку все было готово и благотворительная трансляция в честь колониста-одиночки началась. Ее ведущим по всеобщему согласию был назначен сам Питер Холт. Он, как глава кампании, должен был убедить зрителя в серьезности намерений. Кроме того, он был единственным, кто претендовал на этот единовременный пост. В эфире Холт рассказал о том, как впервые встретил Тита, сидящим на грязном вещмешке у стены офиса, и о том, как он без всяких сожалений согласился променять глаз на планету. Потом Холт пригласил в «студию» Джека Донована, явно недовольного происходившим, и попросил его описать во всех подробностях этапы подготовки колониста-одиночки к полету на край изведанного космоса. После его сменил доктор Жаккар с рассказом о сложностях, возникающих при утрате ноги, процессе имплантации искусственной, долгой реабилитации и, что самое важное — стоимости всего вышеперечисленного. В перерывах Холт отвечал на вопросы в комментариях, объясняя зрителям, что сам Тит был против сбора средств, а трансляция производится в тайне от него, как сюрприз. И в этом он почти не лукавил. Тит действительно был до сих пор отрицательно настроен по отношению к попрошайничеству, и для него действительно готовился сюрприз, но им была не сама трансляция, а ее результат. Тит знал, когда и где все произойдет. Более того, он был настолько взволнован и не мог держать себя в руках, что попросил отключить на время доступ к интернету в его номере, чтобы ненароком не поддаться соблазну и не подсмотреть, как идут дела. Он хотел как можно реалистичнее изобразить удивление, когда Холт раскроет ему эту псевдотайну. Но когда это случилось, имитировать что-либо уже не понадобилось.
Вечером в номер Тита постучали. Сам он, помня о договоренности раскрыть «сюрприз» в головном офисе «Гуд Кол.» искренне удивился, увидев стоявших на пороге Холта со Стэмпсом, но разглядев у последнего в руках камеру, быстро сообразил, что к чему.
— Привет, Тит! — Холт особо не церемонясь, вошел в комнату, протиснувшись между дверью и креслом-каталкой.
— Привет, — ответил Тит, жестом приглашая Стэмпса. — А вы что тут делаете?
— Ничего особенного… Просто были в твоих краях и решили заглянуть, проведать тебя, рассказать о том, что У ТЕБЯ БУДЕТ НОВАЯ НОГА! — последнюю часть предложения Холт прокричал так громко, что у Тита зазвенело в ушах.
— В каком смысле? — в этот момент он побоялся, что его попытка изобразить непонимание может оказаться совсем никчемной, но с удивлением обнаружил, что действительно не понимает. Видимо, где-то в глубине души он никогда не верил в успех всей затеи.
— А в таком, что мы сегодня провели благотворительный сбор средств тебе на операцию! — в отличие от Тита, Холт в собственном актерском мастерстве не сомневался и это играло ему на руку.
 
— Благотворительный сбор…?
Стэмпс быстро сменил ракурс съемки, чтобы как следует запечатлеть эмоции на лице Тита.
— Да! Тебе захотели помочь люди со всего мира! Садись, я сейчас все покажу.
Тит переполз с кресла-каталки на кровать, и Холт достал из внутреннего кармана пиджака планшет. На его экран была выведена статистика прошедшей трансляции с какими-то непонятными графиками и цифрами. Холт смахнул ее пальцем в сторону и открыл документ с целой стеной текста.
— Что это? — нахмурился Тит.
— Это комментарии. Их оставляли люди во время трансляции, и ребята из маркетинга отобрали те, что были с приложенными деньгами. Вот, смотри… — Холт принялся пролистывать документ, страница за страницей.
— Так много… И что они пишут?
— О, много чего. Например… — он остановился в случайном месте и зачитал: — РэндиНатор написал: «Этот Тит прикольный мужик. Поддержу брата шахтера.», а вот еще, Энн17172 — «Так жалко его… Симпотяжка.»
— И что, каждый из них дал денег?
— Ага. Вот, тут рядом с каждым комментарием сумма пожертвования написана. На, посмотри, — Холт вложил в руки Тита планшет. Тот нервно покосившись на по-прежнему снимавшего Стэмпса, принялся листать список. Бегло просмотрев несколько страниц, он отметил, что суммы, которые оставляли люди, колебались в районе десяти долларов. Иногда сопровождающие комментарии оказывались обыкновенными попытками пошутить, получить внимание остальных зрителей, иногда — откровенными гадостями, но в целом большинство сочувствовало Титу, что было ему совсем непонятно и одновременно с тем вселяло веру в человечество. Но больше всего его впечатлила последняя страница документа. Та, на которой был подведен общий итог сборов, сумма, выделенная жирным шрифтом и для пущей убедительности подчеркнутая линией.
— Пол миллиона? — шумно выдохнул Тит.
— Новая нога, — кивнул Холт и его лицо расплылось в довольной улыбке.
— Пол миллиона… — Тит повторил только для того, чтобы еще раз услышать собственный голос и убедиться, что это не сон.
— Новая нога! — Холт с силой хлопнул его по плечу и потормошил. — Кстати, на этом хорошие новости не заканчиваются, но об остальном лучше поговорим завтра, в офисе. А сейчас, может быть ты хочешь что-нибудь сказать своим поклонникам? — он кивнул в сторону Стэмпса с камерой.
— Сказать? — Тит растерялся, почувствовав будто снова очутился в школе, и учитель требует от него доклад, который он забыл подготовить. — Я даже не знаю…
— Знаешь, знаешь, давай, — Холт подтолкнул его локтем.
И загнанный в угол Тит заговорил.
— В-первую очередь, конечно же спасибо большое за вашу поддержку. Вы себе даже не представляете, как сильно она мне поможет. Благодаря вашим пожертвованиям я смогу вернуться на Лилию и продолжить начатое. Это очень много для меня значит… А еще я не могу передать словами, как странно понимать, что даже у такого простого человека, как я могут быть поклонники. Это вдохновляет… Теперь, зная, что вы есть, и что вы смотрите, я больше не буду чувствовать себя одиноким. Теперь мы вместе будем обживать край мира и… — он запнулся, понимая, что если продолжит в том же духе, то просто-напросто расплачется, а предстать в таком виде перед зрителями ему совсем не хотелось. — …и больше никаких «надеюсь, еще свидимся.» С этого момента только вера в успех, — он поднял руку в приветственном жесте. — Это был Тит Новак. Всем пока!
***
Кода Холт со Стэмпсом ушли, Тит еще какое-то время сидел на кровати, обдумывая произошедшее. До этого вечера его самым большим ожиданием было то, что трансляция обеспечит его финансами на первое время, пока он не найдет стабильного источника доходов, а дальше начнется гонка за звание победителя со временем и кредитами. Но пол миллиона решали его проблему с ногой и по этому поводу у Тита в голове вертелись только такие слова, как «невероятно», «неправдоподобно», «обман», «афера», а из-за них лукаво выглядывало чувство стыда. Будто он украл эти деньги у ничего не понимающих простаков, обвел их вокруг пальца, чтобы поиметь выгоду.