Я стану Императором (СИ)

— Что у тебя? — удивился я.
— «Чёрная метка»! — пояснил прайм. — Это неофициальная пометка в личное дело у бойцов из расформированных подразделений. Они считаются несчастливыми и их очень неохотно берут боевые подразделения.
— Бред какой-то! — возмутился я. — У них же боевого опыта на порядок больше, чем у «небитых»!
— Так и есть! — согласился Алексей. — Вот только эта примета настолько глубоко в прошлое уходит, что народ уже не сильно и задумывается как там было на самом деле.
Тарнавский отхлебнул остывший напиток, скривился и добавил.
— Я так понимаю, что у тебя есть определённые планы на твою дальнейшую карьеру?
— Были! — кивнул я. — Но они все накрылись медным тазом в связи с последними событиями. И, честно говоря, я даже не представляю, что меня ждёт в Академии.
— Есть предположения? — продолжал расспрашивать меня Алексей.
— Определённые есть, — вздохнул я. — Учитывая, что у нас достаточная подготовка для офицерских должностей, то скорее всего нас выпустят как обычных лейтенантов и распределят по строевым частям. Конечно же, «блатнички» получат назначения к своим родственникам, а вот будут ли Линии рисковать и проводить Инициацию своих отпрысков на службе у Империи, или подождут ухода в запас — вот ту вопрос.
Я потёр виски.
— Наиболее вероятен второй вариант. Вряд ли под присмотром Инквизиции они рискнут самостоятельно инициировать своих Одарённых, а вот по выходу на гражданку через десять лет, они вполне могут их Инициировать собственными силами. Да, они потеряют десять лет опыта, но лучше так, чем никак.
Я встал и пошёл налить себе остывшего сладкого напитка. Болела голова и ей не помешает дополнительная глюкоза. Тарнавский терпеливо ждал продолжения моих размышлений.
— Хотя есть еще один вариант. Даже два. Один — маловероятный. Нас просто уничтожат!
— Зачем это? — удивился прайм.
— Неучтённый потенциально опасный фактор. Все понимают, что Инициация пройдёт рано или поздно, а в нынешней ситуации непонятно как будет развиваться ситуации внутри Империи. С возращением транспортных перевозок, периферийные миры получат больше свободы. Уже не смогут на каждое «говно в колодце» прилетать бравые гвардейцы и зачищать косяки. И, поверь мне, они очень быстро почувствуют запах свободы!
— Думаешь, Линии могут взбунтоваться? — нахмурился Алексей.
— А почему бы и нет? — пожал плечами я. — У них есть всё, чтобы создать свои государства: сила, влияние, деньги, Одарённые в конце концов!
— Но зачем? — недоумевал Тарнавский.
— Человеческая плоть — слаба! — повторил я изречение покойного Инквизитора. — И всегда найдётся желающий быть единоличным правителем в своём секторе или даже планете, чем ходить под Императором с непонятным статусом наместника, который у него ровно до того момента, когда милость Императора сменится на гнев, или доброжелатели, близкие к Трону нашепчут лживые речи.
Я отхлебнул приторную едва тёплую жидкость и продолжил.
— Но самый вероятный, как по мне, вариант — это распихать нас по далёким гарнизонам без права ухода в отставку. Может быть пожизненно, а может быть лет на пятьдесят, когда пожилой Одарённый уже просто не сможет открыть свой потенциал. Завернут это в обёртку «имперской необходимости», да еще приставят соглядатая, который будет докладывать в службу Имперской безопасности о каждом нашем шаге.
Я замолчал и Алексей, наконец-то решил заговорить.
— То есть тебя, скорее всего, отправят к чёрту на кулички? Так?
— Так! — кивнул я.
— И помочь мне ты, скорее всего, не сможешь? 
— Быстро — скорее всего нет! — согласно кивнул я головой.
— А куда ты денешь Одарённых детей, если ты будешь на виду в каком-нибудь затрапезном гарнизоне?
— А вот тут мне понадобится твоя помощь! — я присел к прайму поближе.
— Что за помощь? — Алексей рефлекторно отодвинулся. — И почему мне кажется, что мне это не понравится?
— Потому что твоя интуиция всё-таки работает! — улыбнулся я. — Мне нужно, чтобы ты сделал детям документы. И по документам они должны быть моими младшими братом и сестрой!
 
— Ты с ума сошёл? — изумился Алексей. — Ты знаешь сколько это стоит?
— Ха-ха! — засмеялся я. — Ты не сказал «нет», а значит дело только в деньгах!
— Так и есть! — не стал отпираться Тарнавский. — Но это очень большие деньги!
— Не больше, чем это! — я показал ему футляр с таблетками Эссенса. — Подозреваю, что цены на Эссенс взлетят до небес в ближайшее время, если уже не взлетели!
— А тебе самому он не нужен? — удивился прайм.
— Очень нужен! — признался я. — Но детям — нужнее!
Я протянул Алексею футляр, и он осторожно его взял. 
— Я всё равно вряд ли смогу пронести его в Академию, уж сильно он фонит! Кстати!
От моего возгласа, Алексей дёрнулся и оторвал взгляд от футляра, подняв его на меня.
— Чего орёшь? — скривился он.
— Чуть не забыл! — хлопнул я себя по лбу. — Не вздумай показывать детей Одарённым! Увидишь вдали — сразу убирайтесь от них подальше! Большинство Одарённых, за исключением «ищеек» постоянно не сканируют пространство на предмет Энергии, поэтому теоретически вы можете пройти рядом и вас не распознают, но лучше не рисковать! Ясно?
— Ясно!
— Это очень важно! А малых я, как родственников, могу взять с собой в гарнизон. Это же не гвардейский полк в военной кампании! — я внимательно посмотрел на Алексея. — И еще. Только ты не обижайся.
— Вот сейчас опять гадость скажешь!
— Именно! — ухмыльнулся я. — Я тут «Положение об Одарённых» пролистал и знаешь, что там интересно?
— Сейчас узнаю! — вздохнул прайм.
— Там есть понятие «адъютант», которые положены Особам Императорской Фамилии и высшим чинам, начиная от полковника. Однако Одарённый может иметь адъютанта хоть начиная со звания лейтенанта! Как правило, этим правом никто не пользуется, так как у Одарённых уже есть Тень, но такое право есть!
— Так ты же не будешь иметь статус Одарённого! — возразил прайм.
— Я его уже имею! — покачал головой я. — Я не буду Одарённым фактически, а на бумаге я им являюсь. Вот такие пироги с капустой!
— Мда… Дожился! Боевой офицер! Без пяти минут капитан! На побегушках у какого-то салаги! — сокрушённо покачал головой Алексей, изображая вселенскую скорбь.
— Есть альтернатива! — улыбнулся я. — Разбегаемся!
— Ну уж, нет! — улыбнулся прайм и протянул руку. — Я согласен! 
Я тоже улыбнулся и пожал протянутую руку, закрепляя договор. Алексей придержал её и проговорил.
— Ты помогаешь мне попасть в космодесант! Правильно?
— Правильно! — кивнул я.
— А ты сам туда не хочешь? — хмыкнул прайм. — Насколько я знаю, Одарённым физическая модификация не требуются! Их и так туда берут!
— Я подумаю!
— Обещаешь?
— Обещаю!
— Вот и отлично! — Тарнавский отпустил мою руку и откинулся на спинку.
На панели загорелся предупреждающий сигнал, тут же продублированный звуковым. На радаре появился какой-то неопознанный объект. И он с нами сближался.
  
Глава 22
 
Врунгель вкатился на мостик бегом, запыхавшийся и покрасневший.
За ним забежал молодой пилот лейтенант Пит Митчелл, который тут же уселся в кресло пилота. Харитон встал у него над душой и начал тыкать в кнопки на панели, сортируя информацию. При этом крепко ругаясь.
Тут уже и Эрик пожаловал, он никуда не спешил и дышал ровно.
— Что это за корабль? — подошёл я к флотским.
— Как раз пытаюсь это понять! И сделаю это быстрей, если ты не будешь мне мешать! — огрызнулся Врунгель.
— Ты чего такой нервный? — хмыкнул я.
— Да потому что от нашего эсминца остался один летающий корпус. Оружейники все «обратились»! От команды механиков осталось несколько мотористов. Да мы не то, что воевать — мы летать с трудом можем!
 
Он на секунду прервался и посмотрел на молодого лейтенанта.
— Митчелл! Ты что делаешь? Убери тягу с левого движка — нас же сейчас развернет!