Кошмар в августе
— Подожди. Давай оставим меня в покое. Ты лучше расскажи, как ты с Алексеем познакомилась, и где он был все это время?
— Познакомилась очень просто. В отличие от тебя я знала, что доктор Пелтрам искусственных людей не делает и в его клинике вивисекцией не занимаются. Поэтому в твоем мобильном нашла номер телефона Алексея, послала ему сообщение, что если он не отзовется, то обращусь в милицию. Он перезвонил, мы встретились, и он мне все рассказал.
Даша почувствовала, как в груди шевельнулось что-то нехорошее.
— Что он тебе рассказал?
— Что всю эту историю с его исчезновением Сергей придумал только для того, чтобы тебя расшевелить.
Мертвенная бледность залила веснушчатое лицо.
— Значит так, Юль, или ты сейчас мне все рассказываешь...
Паэгле по привычке начала отрицательно качать головой, но Даша все равно докончила:
— ...Или я устрою такой скандал, что двум этим деятелям мало не покажется. Я прямо отсюда поеду в Останкино и расскажу, как действуют наши доблестные службы. А заодно предложу провести журналистское расследование, зачем им понадобилось проводить такую, с позволения сказать, операцию.
У Даши было такое зверское выражение лица, что Паэгле поняла — та не шутит. Юлька проклинала себя за то, что проболталась.
— Я сама знаю очень мало, — торопливо заговорила она. — Просто когда все поняла, то разозлилась так же, как и ты, и тоже пообещала идти в милицию, на телевидение...
— И что?
— Алексей убедил меня этого не делать. — Юлька смущенно отвела глаза. Возможно, ей было чего смущаться. — Он объяснил, что это дело очень деликатное. Друг их начальника, очень высокопоставленный человек, но не в их ведомстве, а во внутренней службе, так вот он попал в затруднительное положение…
Даша недоверчиво пыхтела.
— При чем здесь ты, твои рыбы и твой институт?
— У того генерала дача в нашем поселке.
— Я не пойму, он что, тоже медик?
— Нет, его жена. Я ее очень хорошо знаю.
— Момент! — Даша вытянулась в струнку. — Ты знакома с женой генерала МВД?
— Разумеется. — Юлька, казалось, даже удивилась ее несообразительности. — У нас ведь дачи рядом, как я могу ее не знать?
— А связь-то, связь какая? — Даша злилась: ее все водили за нос, а она этого не понимала.
Паэгле теребила кольцо на руке. Ей явно не хотелось рассказывать, но она опасалась, что Даша выполнит свою угрозу и обратится в средства массовой информации.
— Понимаешь... Скажем так... У этой женщины была причина убивать молодых мужчин именно таким способом.
Даша нахмурилась.
— Чего?
— Рыжая, — голос стал строгим, — неужели тебе не ясно, что существует тайна личной жизни? У человека случилась страшная трагедия, ее муж опасался, что это повлияло на ее психику, и попросил друзей помочь разобраться...
Даша порывалась задать какой-то вопрос, но Юлька жестом обрубила:
— Все, больше ты не услышишь ни слова. Просто прими это так, как я рассказала, поверь, речь шла об очень серьезных проблемах, и никто не хотел тебя выставлять в дурацком виде.
— Но ведь выставили! — возмутилась Даша. — Что тебе Полетаев про меня сказал? Зачем он это сделал?
Юлька улыбнулась.
— Он сказал, что ты человек трепетный и если узнаешь, что с кем-то случилась беда, то перестанешь укрывать информацию и все выложишь. Им это дело следовало раскрыть кровь из носа быстро и бесшумно. Что с тобой?
— Нет, ничего.
Даша продолжила укладывать вещи. Внешне она выглядела совершенно спокойной, и только подрагивающие руки выдавали охватившее ее бешенство. — Раз все в порядке, то поеду домой.
Неожиданно Паэгле соскочила с подоконника, подошла к Даше и крепко обняла ее:
— Спасибо тебе, спасибо большое. Не за рыб, за Алексея.
— Да не за что. — Даша со вздохом похлопала подругу по спине.
— На свадьбу приедешь?
— Боюсь, что не смогу.
— Почему?
— Как — почему? Я же буду сидеть в тюрьме.
Юлька отстранилась:
— В тюрьме? За что?
— За убийство первой степени. — Даша все же улыбнулась. — Вот убью Полетаева, отсижу свое, а потом уже и к вам заеду.
— Может быть, ты передумаешь, когда узнаешь, что я выхлопотал для тебя именные часы с благодарностью от нашего генерала?
Даша резко обернулась. На пороге стояли Полетаев и Богданов. На шее у Богданова сидел бесконечно счастливый Антошка.
— Скажи спасибо, что здесь ребенок, — проворчала она. — А у своего генерала лучше выпроси для меня наградной пистолет.
Полетаев подошел, обнял ее за плечи:
— Обязательно. Но уже за следующее дело. А пока мы все вместе идем в ресторан.
Даша обреченно вздохнула:
— И то правильно. А пристрелю я тебя в следующий раз.