Магическая невеста
– С… кем?
– Не делай вид, что не понимаешь, о чем я! – эйра Тильда лишь распалилась еще сильнее. – Мастер-ключ! Куда ты дела его, дрянь? Лучше скажи сразу, пока не стало хуже!
– Я… я не знаю, о чем вы…
Внезапная догадка ослепила подлинным ужасом. Перед внутренним взором вспыхнула медная табличка на экспонате в библиотеке – «Тренси, VI кл. мгч.». Кл. мгч… Этот ключ?
Он что, пропал?
О нет, бездна морская, только не это!
– Если… – у меня кровь отхлынула от лица от осознания глубины морской бездны, в которую я только что угодила. – Если вы о том шаре… который в шкафу стоял… то, клянусь, я его не трогала!
– Шаре? – эйра сорвалась на крик. – Шаре? Вот чем, по-твоему, был подлинный артефакт времен Дер-Эйка, передававшийся в нашей семье четыре поколения? Не удивлюсь, если ты, дремучая невежда, отнесла его ближайшему перекупщику и продала за пригоршню ренов. Так вот, если не хочешь проблем с полицией, ты сейчас же пойдешь туда, где ты его оставила, и вернешь все деньги! А если попросят больше, согласишься на любой процент, лишь бы получить обратно эту ценнейшую вещь. Пусть тебя хоть телом торговать заставят, мне все равно! Ну!
– Вы… вы заблуждаетесь, – с трудом выдавила я. – Я ничего не брала и никому не продавала…
– Не ври мне! – слова хлестнули пощечиной. – Откуда у тебя, сельской дурочки, платье от Беррена? Откуда перчатки и вся эта дрянь, которую ты, наплевав на правила, пыталась протащить в мой дом?
– Я заработала…
– Заработала? – голос эйры Фонтен буквально сочился ядом. – Ты, бездарная, никчемная девчонка? Да что ты умеешь? Кому ты нужна? Да если скажешь, что в порт ходила, и то не поверю…
– Это правда, тетя! – голос подруги, напряженный и звонкий, раздался из глубины дома. Линн сбежала с лестницы и бросилась ко мне, но, не дойдя двух шагов, замерла, упершись в руку эйры Фонтен, преградившую путь. – Рианнон нашла работу в университетской столовой, а платье перешила сама. И она не брала артефакт, клянусь. Мы только посмотрели…
Авелинн повернулась ко мне. Никогда в жизни я не видела у нее таких глаз – расширенных, безумных, блестящих от подступивших слез. Будто всю веру в меня и мои обещания Линн вложила в один этот взгляд, полный отчаяния и надежды. И обмануть ее значило предать что-то очень ценное, более значимое, чем наша дружба или мое доброе имя.
– Ри, ты же обещала…
– Линн! – выкрикнула я. Голос сорвался. – Верь мне, Линн, я не трогала его! Клянусь! Я бы никогда… я же дала тебе слово…
По бескровным губам подруги пробежала тень улыбки.
– Я уверена, это эйр Эрхард, – проговорила она. – Он давно крутился вокруг библиотеки.
На мгновение на пороге дома со львами воцарилась тишина.
– Что ты сказала? – подведенные глаза эйры Фонтен потемнели от гнева. Она повернулась к племяннице так резко, что мне показалось, еще секунда – и я услышу звук хлесткой пощечины.
Этого я допустить не могла!
– Не трогайте Линн! – коробки полетели на ступени, а сама я, не помня себя от страха и злости на женщину, ежедневно принимавшую в доме по паре десятков разношерстных гостей и державшую двух любовников, но готовую обвинить во всех грехах родную племянницу, бросилась вперед, повиснув на занесенной для удара руке. – Она тут ни при чем!
– Отцепись от меня, дурная девчонка! – взвизгнула эйра Фонтен. – Полиция! Полиция!
– Тетя, не надо!
– Замолчи! Тебе тоже не помешает преподать хороший урок! Шпионишь за мной, роешься в вещах, не даешь прохода солидным эйрам! А теперь еще и это! Манфред! – дворецкий немедленно возник на пороге. – Уведи мою племянницу и запри в ее комнате. С ней я поговорю отдельно. А эта, – эйра тряхнула рукой, – отправится прямиком в тюрьму, пока не сознается, кому продала артефакт. Офицеры! Сюда, скорее! Мне нужна помощь, пока воровка не сбежала с места преступления!
Куда там! Даже слыша неумолимую тяжелую поступь полицейских, я и не думала о побеге. В холле дома со львами заливалась слезами Авелинн, обмякнув в крепкой хватке дворецкого, из гостиной выглядывали привлеченные скандалом гости. Эйра Фонтен, раскрасневшаяся от ярости, грозно возвышалась над хаосом, словно воплощение возмездия. Тонкие пальцы с неженской силой вцепились в мой рукав. Послышался треск ткани…
– Добрый вечер, эйра, – раздалось за спиной. – Что у вас случилось?
– Ограбление средь бела дня – вот что случилось! – патетично закатила глаза эйра Фонтен. – Эта юная особа, которую я по доброте душевной пустила в свой дом, обокрала меня, продав ценнейший артефакт из домашней коллекции. Накупила платьев, набила рот едой. И еще смеет отпираться и заговаривать мне зубы – «не брала», «заработала».
– Это неправда! – ломким от слез голосом прокричала Линн. – Рианнон ничего не сделала! Это все тот странный поэт, которого приютила тетя!
Полицейский, эйр средних лет в темном форменном кителе, подозрительно покосился на Авелинн и схватившего ее дворецкого, но красноречивое хмыканье эйры Фонтен переключило внимание стража порядка на хозяйку дома.
– Я требую, чтобы эту воровку немедленно посадили в тюрьму, где таким, как она, самое место. И выбейте из нее, куда она дела похищенное. Эта вещь дорога мне как память о деде, и я хочу, чтобы ее вернули в целости и сохранности.
– Не волнуйтесь, эйра, – на моем предплечье сомкнулись крепкие пальцы полицейского. – Мы во всем разберемся. Мой коллега останется с вами для составления протокола, а я отвезу юную эйру в участок. Вперед.
Страж порядка потянул меня вниз по лестнице, ловким пинком оттолкнув с дороги помятую коробку пирожных. Это было последним, что я успела увидеть, прежде чем оказалась в полутемном нутре служебного магомобиля – белая шапка сливочного крема, стекавшая по ступеньке, на которую равнодушно взирали с постамента мраморные львы.
Глава 10
Я ожидала, что меня, опасную и злостную преступницу, отвезут в холодную мрачную темницу на окраине города, полную крыс и клопов, и бросят на растерзание к десяти насильникам и убийцам, чтобы быстрее вспомнила, куда дела украденное. Тело трясло от воображаемого промозглого холода, а в голове мелькали картинки одна другой страшнее – треск рвущихся юбок, предвкушающий смех сокамерников, грубые прикосновения, беспомощность, неотвратимость.
«А чего ты ждала, Рианнон? – шептал внутренний голос слова отца, отчитывавшего меня за очередную провинность. – Беглянка, обманщица, аферистка, а теперь еще и воровка. Вот он – закономерный итог».
Но реальность оказалась куда прозаичнее жутких фантазий. Не прошло и десяти минут, как магомобиль остановился напротив опрятного трехэтажного здания. С виду оно напоминало респектабельный доходный дом или конторское учреждение – выкрашенный желтым фасад, лепные откосы, декоративные колонны по обеим сторонам широкого крыльца. Никаких решеток на окнах, глубоких ям и позорных столбов – о том, что передо мной полицейское управление, можно было понять только по табличке над дверью и застекленному стенду с фотокарточками преступников и пропавших людей.
И это как-то… разочаровало.
– Идем, – выйдя из магомобиля, полицейский протянул мне руку. Жест этот выглядел так обыденно, нормально – будто он не в участок, а в театр меня приглашал – что я на секунду опешила. – Да не бойся, ничего я тебе не сделаю.
– И в наручники не закуете? – недоверчиво покосилась я на эйра.
– А что, надо?
– Н-нет… Я и так не сбегу, честно.
– Не сомневаюсь.
Поколебавшись, я вложила пальцы в широкую ладонь. Полицейский усмехнулся, беззлобно и немного устало. Помог мне выбраться на тротуар, а потом, не спрашивая разрешения, крепко взял под локоть – пусть ситуация совершенно не походила на арест отъявленной преступницы, каким я представила его в своем воображении, но и увеселительной прогулкой это тоже не было.
Внутри полицейское управление оказалось просторным и светлым. В огромном холле, совмещенном с приемной, кипела жизнь – посетители ждали очереди, расположившись на расставленных вдоль стен стульях, сновали туда-сюда секретари и младшие служащие, входили и выходили из боковых дверей облаченные в черную форму стражи порядка. Хлопали двери кабинетов, шуршали бумаги, переговаривались люди. Преступников – если они вообще здесь были – я не заметила. Или же они, как и я, мало чем отличались от других людей в участке.
