И невозможное возможно (СИ)

Порывы ветра только сильнее разжигали костер, снопы оранжевых искр уносились в ночное небо к мерцающим звездам, где по преданиям жили души умерших.
— Прощайте, друзья! — громко произнес канцлер. — Ценой своей жизни вы подарили нам свободу и мир. Память о вас навеки останется в наших сердцах, а о ваших подвигах будут слагать легенды.
Костер разгорался все сильнее, его багровое пламя взметнулось высоко вверх. Даже окружающая темнота отступила
В свете костра глаза Лео казались черными, а бледная кожа отдавала медью. Его правая рука висела на перевязи, а лицо багровело ссадинами. Канцлер обвел взглядом людей, лишь на миг остановившись на хрупкой фигуре Даяны. Рядом с ней почти неподвижно стояла дочь. Худенькие плечи Солы предательски вздрагивали, но девочка чувствовала рядом поддержку матери, которая крепко прижимала ее к себе и заботливо гладила по волосам.
Глава 42
В доме царила тишина. Даяна отпустила служанку сразу после обеда, а Сола так набегалась за день, что уснула, едва закончился ужин. Единственная свеча догорала, заливая комнату дрожащим светом. Сердце ее билось горячо и часто. Внезапно оно замерло, пронизанное странным ощущением, которое передалось ей в голову. Эти переживания тотчас же обострили все чувства, кончики пальцев засияли голубоватым светом. Все ее тело задрожало. Даяне стало тяжело дышать, появилось желание выйти на улицу и глубоко вдохнуть.
Быстро накинув плащ, она вышла из дома и буквально помчалась в сторону ворот.
— Госпожа Даяна, это вы? — удивленно проговорил Нил Говард, увидев жену покойного командора.
— Да, Нил, — тихо ответила Даяна. — Мне захотелось перед сном подышать ночной прохладой.
— Я тоже частенько выхожу по ночам, — согласился с ней мужчина. — Это так здорово, смотреть на ночное небо и ничего не бояться!
— Вы совершенно правы. Прошло уже столько времени, а мне все еще не верится, что мы можем вот так спокойно выходить наружу, — произнесла Даяна.
За минувший год в Васельгааре многое изменилось. Город значительно расширился, люди стали строить дома у подножия горы, где через несколько месяцев после сражения у озера Страха забил источник чистейшей воды. Строительные леса почти вплотную подступали к скалам. От ворот подземного города до самой земли тянулась каменная лестница. По периметру разрастающегося города горели костры, освещая пространство вокруг.
Даяна спустилась на несколько пролетов и остановилась на небольшой смотровой площадке. Ночь была теплая, иссиня-черное небо над головой было усыпано мириадами звезд. Вдалеке у самого горизонта виднелись тучи. Даяна прислонилась к столбу, плотнее закуталась в плащ и предалась раздумью.
Она привыкла к одиночеству, оно уже не слишком угнетало его. Ее мысли сегодня были спутаны и обрывочны. Прошлая жизнь ушла в невидимую даль; настоящее было неопределенным и туманным, а будущего она пока не могла себе представить.
Даяна обвила невидящим взором местность и тяжело вздохнула. Внешне все было, как обычно, без всякой видимой перемены. И все же куда делась эта решительная и смелая женщина? Где ее жизнь, где ее надежды? Та Даяна, что с оптимизмом смотрела в будущее, любимая жена, окруженная вниманием любыщего супруга, стала опять одинокой. Жизнь, предстоявшая ей, была бледна, а будущее уныло.
Все надежды погибли по воле коварного рока. Муж лежал на погребальном костре, как и другие мертвые тела, неподвижный, бескровный, неспособный ожить. Единственный человек, которому она позволяла видеть свои ужасные шрамы. Его любящее сердце словно и не замечало эти отметки прошлой жизни. Никакому другому мужчине она больше не показывала свое обезображенное лицо. Ей не нужна была жалость, пусть лучше люди считают ее странной и эксцентричной особой, прячущейся от мира за темной вуалью.
Она вдруг вспомнила Сартенвиль, в котором не была почти десять лет. Кроны деревьев там переплетались высоко вверху, не позволяя лучам солнца проникать сквозь свою завесу. Даяна мечтала когда-нибудь еще раз увидеть лес, прикоснуться к прохладной воде в реке, услышать завораживающее пение птиц.
 
Где-то вдалеке прогремел раскат грома. Она подняла голову, несколько тяжелых капель упало на ткань вуали.
— Дождь! Неужели Создатель благословил эти земли и послал нам дождь? — вслух проговорила она.
— Это поразительно, не правда ли? — услышала позади знакомый голос и вздрогнула.
— Милорд? — ошарашенно протянула Даяна. — Не ожидала вас тут увидеть.
— Я прибыл в город с караваном. Было поздно, поэтому решил не беспокоить вас с Солой. Я планировал заскочить к вам утром, — проговорил канцлер. — Государственные дела не дают мне возможности часто приезжать в Васельгаар, хотя мне бы хотелось бывать здесь чаще. Знаете, несмотря на пустынную местность и жаркий климат, я чувствую себя здесь удивительно спокойно. Я не был тут несколько месяцев, а уже вижу столько изменений вокруг: люди возводят дома, сажают деревья, строят дороги. Безжизненная прежде пустошь наполняется красками. Сегодня днем, когда мы проезжали очередной бархан, я видел в небе птиц, и это показалось мне настоящим чудом.
— Вы правы, в пустошь постепенно возвращается жизнь, — ответила Даяна.
Пока они говорили, небо заволокло тучами, внезапно сверкнула резкая и белая молния, на миг залив светом все вокруг.
В этот момент Даяна взглянула на собеседника и увидела, что тот пристально смотрит на нее.
В прежние времена они умели разговаривать друг с другом мысленно, и ей на миг показалось, что он пытается сделать это снова. Лео действовал аккуратно и пытался прочесть ее мысли так, чтобы она не заметила.
Но за прошедшие годы Даяна научилась улавливать любое магическое воздействие в свою сторону и своевременно устанавливала защиту. Единственным человеком, с кем она разговаривала без слов, была ее дочь.
Раздались первые раскаты грома, хлынул дождь, сначала редкий, а потом все сильнее и сильнее.
Не успела Даяна добежать до ворот, как оказалась мокрой насквозь. С ее плаща тонкими струйками стекала вода.
— Вы сейчас замерзнете, — Лео снял свой плащ, подбитый мехом, и накинул ей на плечи. — Позвольте проводить вас до дома.
— Да, спасибо.
Они шли по длинному, слабоосвещенному тоннелю, спиралью уходящему на нижние уровни Васельгаара. Широкий и тяжелый шаг канцлера раздавался эхом.
— Не буду ходить вокруг да около, леди Даяна, — проговорил вдруг он. — Я прибыл в Васельгаар с особой миссией. У меня для вас приглашение от королевы Мириэльды. Она хотела бы познакомиться с женой и дочерью легендарного командора Верта.
— Это очень неожиданно, — удивилась Даяна. — Признаться, я польщена.
— Вы и сами, графиня, стали известной личностью во дворце. Магистр Белус все уши прожужжал о ваших удивительных способностях, а уж о магической силе Солы складывают легенды.
— Вы, верно, преувеличиваете, — тихо отозвалась Даяна. — Ни я, ни моя дочь не обладаем какими-либо выдающимися способностями, и уж тем более не мечтаем о громкой славе.
— А как же приглашение во дворец? — спросил Лео. — Неужели откажетесь?
— Я приму его. Думаю, Сола тоже будет рада побывать в самом сердце Эмпирии.
— Тогда я возьму на себя смелость сопроводить вас, если вы не будете против, — предложил Лео.
— Нет, мы с дочерью будем только рады вашей компании, — проговорила Даяна.
— Я хотел бы также предложить вам с Солой по пути заехать в мое имение в Сент-Лионе.
— Где? — Даяна резко остановилась.
— В Сент-Лионе. Там у меня двухэтажный дом с садом. Правда, в силу занятости мне нечасто удается там бывать. Большую часть времени за домом присматривает тетушка Гертруда.
— Как зовут вашу тетушку? — осипшим голосом спросила Даяна.
— Гертруда, — ответил Лео и обеспокоенно посмотрел на женщину. — Леди Даяна, с вами все в порядке?
— Д-да, — еле выдавила она.
— Мне показалось, вы чем-то расстроены.
— Должно быть, я просто устала, — ответила Даяна.
В этот момент они подошли к дому. После темного тоннеля даже слабое освещение показалось ослепляющим.