Вслед за ветром

Мэтт вошел в кухню в тот момент, когда Джесс только закончила мешать в большой кастрюле овощной суп. Он подошел к девушке и принялся массировать поясницу.
— Ты отправила бабушку подремать, а ребятам велела отдохнуть, — сказал он. — Почему бы тебе самой тоже не сделать перерыв? Джесси, ты выглядишь усталой.
— Мэтт, мне надо сделать эту работу. Я не хочу, чтобы бабушка переутомлялась.
— Джесси, ты тоже можешь переутомиться. Если ты не перестанешь подгонять себя, как ты это делаешь сейчас, ты долго не выдержишь. У тебя полно помощников, эту работу можно не заканчивать сегодня и даже завтра. Подойди сюда, я займусь твоей спиной. — Мэтт помассировал ей талию, делая вращательные движения большими пальцами рук. — Джесси, ты словно натянутая струна. Расслабься. Дай я попробую снять боль в спине.
Джесс закрыла глаза и наслаждалась его умелыми, расслабляющими прикосновениями. Мэтт делал массаж сильными, энергичными, но в то же время удивительно нежными и ласковыми движениями. Через некоторое время его руки поднялись к ее шее.
— Подними косу, — сказал он.
Джесс подобрала косу и наклонила голову вперед. Мэтт снова большими пальцами прошелся по ее шее и плечам. Джесс наклонила несколько раз голову из стороны в сторону, чтобы ослабить боль в мышцах. Мэтт снова занялся ее плечами. От этих умелых прикосновений ноющие мышцы расслабились, боль отступила. Через некоторое время Джесс уже чувствовала себя намного лучше.
— Это замечательно, Мэтт. Спасибо тебе. А теперь мне надо помешать суп, а то он подгорит. — Она подошла к плите, хотя ей не хотелось отрываться от Мэтта и его ласкового массажа.
Управляющий ранчо подождал, пока Джесс помешает суп, схватил ее за руку и снова притянул к себе.
— Я еще не закончил, хозяйка. — Он подвел ее к стулу, усадил на него и сам сел рядом. — Твоим рукам тоже нужен отдых.
Джесс смотрела, как Мэтт поглаживает ее покрасневшие от воды, ноющие руки. Его сильные ладони загрубели от работы, но их прикосновения были удивительно нежными. Она смотрела, как его темно-каштановые волосы красивыми волнами спадают на бронзовое от загара лицо. Взгляд Джесс скользил все ниже, и она увидела, как из расстегнутого ворота голубой рубашки выглядывают черные волосы на его груди. Рубашка очень шла Мэтту, она подчеркивала его широкие красивые плечи. Он закатал рукава, и Джесс видела, как перекатываются под кожей его мускулы. Она смотрела, как его пальцы нежно перебирают ее пальцы.
Джесс не смогла оторвать глаз от его широкой улыбки и сияющих карих глаз. Его нежность и тихая речь контрастировали с могучим телом и твердым характером. Мэтт был красив и притягивал к себе как мужчина. Джесс подумала о том, почему Мэтью Кордель никогда не был обручен. Что мешало ему завести семью и свой собственный дом? Женщины могли только мечтать о таком заботливом муже. Так почему он до сих пор не осчастливил ни одну из них?
Мэтт поднял голову и заметил, что Джесс изучающе его разглядывает.
— Что-то не так, Джесси? — спросил он.
Джесс продолжала смотреть на Мэтта в упор. Ей было приятно слышать его голос.
— Нет, совсем наоборот. Я думала о том, как мне повезло, что ты рядом со мной, Мэтью Кордель. — Он радостно улыбнулся ей в ответ. Глаза Мэтта смотрели нежно и тепло. Хотя, похоже, ее слова несколько удивили его.
— Спасибо, Джесси, — пробормотал он и смущенно вжался в стул.
Джесс растрогало это неожиданное проявление смущения.
— Не надо благодарить меня. Я сказала правду.
Джесс решила не затрагивать его чувства.
— Именно это и было мне нужно, — заметила она, отнимая у него свои руки и встряхивая ими. — Мне пора снова приниматься за работу. Теперь, когда ты переутомишься, я верну тебе свой долг.
Мэтт улыбнулся и сказал:
— Я заставлю тебя сдержать обещание, хозяйка. Я могу даже обманом заставить тебя его выполнить, — усмехнулся он.
— Мэтью Кордель обманщик? Ни за что не поверю.
Вдруг он сказал серьезным тоном:
— Тебя поразит то, что некоторые мужчины готовы для тебя сделать, Джессика Лейн. — Мэтт встал и поставил на место стул. — Мне тоже пора возвращаться к своим делам.
 
Джесс посмотрела ему вслед и вернулась к кастрюле с супом. Ее заинтересовали его странные слова. Она спрашивала себя, почему Мэтт почти всю жизнь прожил на их ранчо и никогда не женился. Это было очень странно, если учесть то, что за ней он никогда даже не пытался ухаживать. Но если он испытывал к ней романтические чувства, ей следует быть очень осторожной, чтобы не причинить ему боль.
Марта, Джесс и несколько работников остались на новом ранчо, чтобы закончить консервирование. Хенк вернулся домой, так как ему нужно было приготовить ужин и похлопотать по хозяйству. После отъезда Мэри Луизы он взял на себя всю ее работу. Когда вечером консервирование было закончено, все просто валились с ног от усталости. От постоянной возни с водой у всех болели руки. Работники отправились в сарай, бабушка и Мэтт разошлись по спальням для гостей, а Джесс легла в хозяйской спальне.
Прежде чем упасть на уютную постель, Джесс осмотрелась вокруг. Ее воображение рисовало себе картины того, как проводил в этой комнате свои дни и ночи Уилбор Флетчер. Тут ей пришло в голову, что надо разобрать имущество и одежду, оставшиеся от прежнего хозяина. Она позволит Мэтту выбирать первому, а то, что останется, раздаст другим работникам. Ей очень нравился этот большой и уютный дом в испанском стиле. Было просто жалко оставлять его закрытым. Ничего, скоро она решит, что с ним делать.
Лежа в темноте, Джесс думала о том, как могла Мэри Луиза отдаться такому жестокому и злому человеку. Как часто ее сестра занималась любовью в этой комнате? Как это все у них происходило? Так же страстно и восхитительно, как у них с Наварро? Мэри Луиза была такой необузданной, такой завистливой и жадной.
Интересно, ее сестра так же тоскует по тому, что происходило между ней и Уилбором. Как она сама по тому, что было у них с Наварро? Будет ли Мэри Луиза пытаться найти продолжение таких отношений с новым мужем или возлюбленным? Джесс не могла себе представить, что другой мужчина займет место ее возлюбленного. Но если она никогда не позволит этому случиться, то останется одна на всю жизнь. Она будет одинокой, бездетной и неудовлетворенной. Сможет ли она жить такой жизнью? Джесс так хотела, чтобы Наварро оказался рядом с ней, целовал ее, занимался с ней любовью.
Джесс повернулась на бок. Она никак не могла принять удобную позу. Она всегда спала на животе, но в последнее время ее грудь так болела, что она не могла надавливать на нее. Неожиданно Джесс подумала о том, что у нее не наступало обычное женское недомогание ни в июне, ни в июле. Ну вот, теперь беды навалились на ее измученное тело. Она чувствовала тяжесть в животе и надеялась, что скоро станет лучше. Джесс хотелось вернуться в норму. Она никогда еще не была такой угнетенной и грустной, как в последнее время. Джесс даже разонравились долгие поездки с Мэттом, потому что во время них она сильно уставала и не могла часто пользоваться туалетом. Ее душа и сердце были изранены и страшно болели, но теперь, когда ее тело тоже объявило ей войну, все сделалось просто невыносимым.
В субботу днем с заготовками на зиму было покончено. Банки с консервами оставили на кухне. На следующей неделе их разделят на две части и одну половину отвезут на Бокс Эль, где тоже скоро должны были поспеть овощи. Они собрали свои вещи и отправились домой, пока еще не стемнело.
Наступил август. Стало еще жарче и суше, чем в предыдущие месяцы, и Джесс чувствовала себя еще хуже, чем раньше. Ей не хотелось беспокоить бабушку, но она явно чем-то заболела. Она молилась только о том, чтобы болезнь не оказалась слишком серьезной. Чтобы скрыть свое недомогание, Джесс каждый раз пряталась в туалете, когда у нее случались приступы тошноты. Она изо всех сил пыталась не показывать того, что слабеет с каждым днем и все больше устает. Временами ей так хотелось спать или просто полежать, она боялась, что ей придется рассказать о своем недомогании.