Вслед за ветром
Джесс смотрела на широкую спину Мэтта и не могла понять его поведения. Его тело было напряжено, во взгляде читалось несколько виноватое выражение, щеки немного покраснели. Должно быть, атмосфера спальни вызвала у него такие же романтические мечты, какими была охвачена она сама. Джесс обратила внимание, как его каштановые волосы падают на воротник, как ладно сидит на нем его одежда. Мэтт был очень красив и привлекателен. Никогда раньше она не замечала этого. Какой-то женщине повезет, и он станет ей прекрасным мужем, любящим отцом ее детей. Джесс почувствовала зависть к этой воображаемой женщине, которая будет так счастлива и любима, в то время как сама она была так одинока. Джесс оставалось только надеяться, что эта женщина будет заслуживать Мэтью Корделя.
Она снова взглянула на кровать. Она не могла отделаться от мысли, насколько Мэтт будет отличаться от Наварро, окажись он в ней. Ее управляющий обладал всеми качествами хорошего мужа и отца. А сможет ли такой дикий и необузданный бродяга, как Наварро, взвалить на себя подобные обязанности? Сможет ли он измениться и превратиться в оседлого человека? От всех этих размышлений и волнений ее романтическое настроение растаяло как дым.
— Мэтт, ты готов идти? — спросила Джесси. Ей хотелось поскорее выйти на свежий воздух и сменить обстановку.
Он обернулся и улыбнулся ей.
— Да, но хочу тебе сказать, что мне очень понравилось здесь. Отличный дом, Джесси.
— Да, это так, Мэтт, — согласилась она. — Отличный дом для двоих.
Выйдя наружу, Джесс обернулась и посмотрела на фасад, покрытый светло-коричневой штукатуркой. Два аркообразных окна принадлежали гостиной и еще два — столовой. На втором этаже были такие же окна, но меньшего размера. Еще одно окно располагалось над входной дверью. Дом был обнесен оштукатуренной стеной, вдоль которой росли кусты и вьющиеся растения. Во дворе были разбиты клумбы с цветами. Они с Мэттом вышли через арку в заборе и с пониманием улыбнулись друг другу.
— Спорю, Мэри Луиза с сожалением оставила этот дом, — сказала Джесси. — Флетчер вложил в него много денег и труда. Попроси Мигеля и Карлоса запереть его на время. Я позже решу, что с ним делать. Уверена, что многие вещи внутри очень ценны. Скажи им, чтобы приглядывали за домом. — Она еще раз взглянула на это место и уехала.
В пятницу Джесс написала письмо в скотоводческую ассоциацию, в котором поблагодарила за приглашение вступить в нее и сообщила, что с радостью приняла его. Еще она написала о смерти Уилбора Флетчера и о тех обстоятельствах, при которых эта смерть произошла. Джесс также сообщила, что теперь является владелицей его ранчо.
Мэтт послал Большого Джона Вильямса проверить насосы на обоих ранчо. Джефферсон Кларк поехал помогать ему. Управляющий ранчо поручил нескольким работникам начать строительство навеса над новым сеновалом и указал место. Остальные работники были заняты в саду, который начинал оправляться от нанесенного ему урона.
Том все еще большую часть времени проводил в кровати или сидя в кресле, потихоньку выздоравливая после ранения. Бабушка ухаживала за своим внуком.
В воскресенье днем Джесс доила коров. Мэтт, закончив свои дела, подошел к ней. Она посмотрела на него и сказала:
— Я все еще вспоминаю Сьюзи и Бесс. Удивительно, как коровы смогли стать такими родными, словно домашние любимцы. А еще я скучаю по Баку и тем быкам, которые погибли. Думаю, нам надо завести новую собаку. Как ты думаешь, в городе у кого-нибудь можно купить щенка?
— Я узнаю, когда поеду туда за покупками… Джесси, с тобой все в порядке? — спросил Мэтт после некоторых колебаний.
Джесс поняла смысл его вопроса.
— Да, но иногда бывает так тяжело. — Она перестала доить и посмотрела на него. Мэтт был таким заботливым, таким добрым. Она подумала, как хорошо, что он есть у нее. — Когда умерла мама, было очень плохо, но смерть папы оказалась еще хуже. Мы с ним были очень близки. Его смерть была очень жестокой. Мэтт, как ты думаешь, он сильно страдал?
Мэтт положил руки на спину коровы.
— Надеюсь, что нет, Джесси. От таких ран, как правило, умирают очень быстро. Постарайся об этом не думать.
Джесс снова принялась доить.
— Не могу, Мэтт. Я все время думаю о том, наказан ли его убийца. Был ли он среди тех людей Флетчера, которые были убиты тогда на дороге? А вдруг он на свободе, а мой отец мертв.
— Джесси, тебе надо верить в то, что он был убит, иначе ты сойдешь с ума. Если это и не так, его все равно рано или поздно постигнет заслуженная кара.
— Думаю, что ты прав. — Недавние потери, свалившаяся на нее огромная ответственность и опустошенность после долгой борьбы за выживание принесли Джесс много боли. И еще многое предстояло сделать. — Мэтт, ты ведь никогда…
Она заколебалась с вопросом, поэтому управляющий переспросил ее:
— Никогда что, Джесси?
— Никогда не уедешь снова, правда? Не знаю, что я буду делать, если ты тоже покинешь меня. Я так зависима от тебя. Ты придаешь мне силы и мужество, ты — моя правая рука. Я доверяю всем твоим советам, ты никогда не давал мне отступиться или повернуть назад в случае неприятностей. С тобой так легко находиться рядом, так приятно разговаривать. Мы долгое время были хорошими друзьями. Я просто хотела сказать тебе, что очень ценю и уважаю тебя.
— Джесси, я не оставлю тебя, даже если начнется еще одна война. У меня нет никакого желания жить в другом месте. Я счастлив здесь, это мой дом, моя семья.
— А твой брат? Что слышно о нем?
— Он сообщает о себе раз в год. Я сам не могу написать ему, так как он все время в пути, как Наварро… Ты скучаешь по нему, да?
— Да. Он был хорошим другом, много рисковал, чтобы помочь нам. Я бы так хотела, чтобы он остался. Он очень одинок, у него большие неприятности. Мы могли бы ему помочь.
— Джесси, я не могу объяснить, как и почему, но сам дьявол гонится за ним по пятам. Он мог принести нам несчастье, оставшись здесь. А когда человек хочет оградить того, кто ему дорог, от несчастий, он уходит.
— Ты снова прав, и мне становится от этого грустно. Давай прекратим этот разговор, он слишком угнетает меня. Нам надо решить, что делать с клеймом Флетчера. Его никак не переделаешь в наше клеймо, так что оставим пока все как есть. У нас есть право пользоваться им. Ты думаешь, мы сможем завтра уехать? Все будет в порядке?
— Да. Я сделал все необходимые распоряжения, у всех есть работа. Расти я оставил здесь своим заместителем, а Карлоса и Мигеля — на новом ранчо. У них забот по горло, но они вдвоем управятся к нашему возвращению. Работников у нас достаточно, так что с мелкими неприятностями они справятся. А нам просто необходима эта поездка в Сан-Антонио. Надо купить новых племенных быков, пока не начался брачный период. После того как мы выберем тех, кого надо купить, я пошлю ребят, чтобы они перегнали их на ранчо.
— Я соберусь, и мы сможем выехать завтра утром. Почтовая карста отправляется из форта Стоктон в восемь утра в понедельник. Мы прибудем в Сан-Антонио через три дня. Это гораздо удобнее, чем ехать верхом, и, пожалуй, быстрее. Может быть, нам с тобой удастся там повеселиться. Господь свидетель, нам нужен отдых, мы его заслужили. Возьми с собой костюм, а я прихвачу свое самое красивое платье. Ну что, мистер управляющий, может, нам удастся потанцевать?
Едва Джесс легла в кровать, как все тревожные мысли и заботы навалились на нее с новой силой. Она чувствовала страшную тоску и печаль, но не могла понять почему. Встреча с работниками ранчо Флетчера, нет, ее нового ранчо, прошла без сучка без задоринки. Все было замечательно… Кроме того, что в понедельник уехал Наварро.
И еще Джесс испытывала ужасное чувство, что… Она не знала, как это объяснить, но два дня назад она почувствовала приближение страшной опасности, и это ощущение не покидало ее. Джесс хотелось понять, что происходит, уловить смысл этих предчувствий. Возможно, они были всего лишь следствием усталости и напряжения последних недель.