Вслед за ветром

— Да, Джесси. Я хочу тебя.
Их губы слились в долгом поцелуе. Джесс ласкала торс Наварро, а тот покрывал поцелуями ее щеки, глаза, нос и рот. Казалось, он хочет насладиться каждым дюймом ее тела. Наварро прижал ее голову к своей груди и распустил ее косу. Осторожными движениями пальцев он расправил пряди по ее плечам.
Он посмотрел на нее. Глаза Джесс сверкали, рыжие волны волос подчеркивали ее безупречно стройную фигуру.
— Джесси, я так хочу тебя!
Она погладила щеку и пухлые губы Наварро.
— Я тоже тебя хочу, — нежно произнесла она. Ее пальцы скользили по его впалым щекам, бровям, подбородку. — Наварро, ты такой красивый. Когда я рядом с тобой, то мысли мои путаются. Я готова целовать тебя миллионы раз, и все равно мне будет этого мало. Я хочу, чтобы наши тела касались друг друга, хочу испытать то же, что было той ночью в заброшенном сарае. — Джесс расстегнула рубашку Наварро и прижалась щекой к его груди. Они снова начали целоваться. Джесс сняла свою рубашку и прижалась к Наварро обнаженным телом. Они оба застонали от страстного желания обладать друг другом.
Руки Наварро дрожали, когда он ласкал Джесси. Ее тело было податливым и в то же время сильным.
— Я жду Тебя в кровати, — прошептала она, откинула покрывало и легла. Ее взгляд приказывал ему поторопиться.
Наварро быстро снял штаны и ботинки и лег к ней, заключая девушку в объятия.
— Джесси… Джесси… Джесси… — Он шептал ее имя, а его руки ласкали ее.
Прикосновения Наварро вызывали в Джесс сильное желание. Она тоже ласкала его сильное красивое тело. Наконец они оба больше не могли переносить возбуждение, и их тела слились в одно. После того как они насладились любовью, Джесс и Наварро уснули в объятиях друг друга.
* * *
Они проснулись в два часа дня. Наварро лежал на правом боку, спиной к Джесси, держа Джесс за руку, а она обнимала его за талию.
Она разглядывала многочисленные шрамы на его широкой спине. Она высвободила руку и дотронулась до ужасных ран. Он претерпел такие страшные муки. Джесс содрогнулась при мысли о том, как жестоко был избит ее любимый. Словно желая смягчить его давнишнюю боль, она поцеловала изуродованную кожу.
Наварро повернулся к ней лицом. Джесс легла на спину. В ее глазах стояли слезы. Он протянул руку и вытер эти слезы прежде, чем они успели скатиться на ее волосы. Хотя она ничего не спросила его о шрамах, Наварро прочел в глазах своей возлюбленной сострадание и заботу. Ей хотелось спросить, но она понимала, что этого делать не следует.
— Тот человек, который сделал это, мертв, Джесси. Ты знаешь, что я рассказал по этому поводу ребятам? — После того как она кивнула в ответ, Наварро продолжал: — Я так и знал, что они расскажут тебе. А твоему отцу они это говорили?
— Не знаю. Мигель и Карлос рассказали мне это тогда, когда вы с Томом ездили следить за Флетчером.
— Но ты и до этого знала о моих шрамах.
— Да, я заметила их той первой ночью. Я видела такие шрамы на спине Джимми Джо, поэтому я сразу поняла, что это такое. Я сожалею, что кто-то заставил тебя так страдать.
— Я не хотел, чтобы их кто-то видел, но понимал, что на ранчо мне не удастся их скрыть. Они ужасны и вызывают вопросы, на которые я не хочу отвечать.
— Если ты когда-нибудь захочешь рассказать правду, Наварро, то можешь довериться мне. Если не захочешь, я пойму.
— Это одна из твоих лучших черт, Джесси. Ты всегда чувствуешь, когда надо отступить назад. Спасибо тебе.
— Мне кажется, Наварро, мы подходим друг другу. Мы чувствуем, что каждому из нас нужно, поддерживаем друг друга в минуты слабости, скрашиваем наше взаимное одиночество. Это случается так редко.
— Никто никогда прежде не был мне так близок. Меня это пугает и в то же время мне это нравится.
— Рядом со мной всегда было много людей, но никого, похожего на тебя. Наварро, мне не хочется терять то, что ты дал мне.
— Я понимаю, Джесси, но ничего нельзя изменить. Если бы я мог, я бы остался.
— Наварро, я знаю, что это правда, но так больно, что все заканчивается. Если ты передумаешь, ты вернешься ко мне.
 
— Джесси, некоторые вещи изменить нельзя. У нас нет надежды.
— Совсем?
— Совсем, — ответил он с глубоким вздохом.
Джесс закрыла глаза и тоже глубоко вздохнула. Потом она открыла глаза и сказала:
— Наварро, я не отпущу тебя, пока не перепробую все средства, чтобы ты остался.
— Не надо, Джесси, — сказал он. — Ты ничего не сможешь сделать. Тщетные надежды не приносят ничего, кроме страданий. Я знаю это по своему опыту.
— Тогда люби меня, пока еще можно. — Она притянула к себе его голову и поцеловала его.
В половине седьмого следующего утра Наварро и Джесс готовились покинуть форт. После того трудного разговора они наслаждались своей страстью, а потом проспали всю ночь в комнате Джесси. На рассвете Наварро прошел в свою комнату, чтобы разбросать нетронутую постель и собрать вещи. Они встретились внизу за завтраком и направились к шерифу.
Тоби Купер встретил их в здании тюрьмы. Он отложил в сторону бумаги и сказал:
— Мисс Лейн, у меня для вас плохие новости.
Глаза Джесс наполнились страхом:
— Что-то с моей семьей? Флетчер напал на нас ночью, чтобы отбить своих людей? Кто-нибудь пострадал?
  
10
 
— Успокойтесь, мисс Лейн, — сказал шериф. — Дело совсем не в этом. Те угонщики скота, которых вы привезли вчера, сбежали. Исчезли также и тела из морга.
— Вы позволили Флетчеру забрать их? Почему? На этот раз у меня есть свидетели.
— Я не видел ни мистера Флетчера, ни кого-либо из его людей. Моего помощника ударили по голове, когда он выглянул на улицу, чтобы посмотреть, что там за шум. Он не видел того, кто это сделал. Сегодня утром я обнаружил его лежащим на полу. Сейчас он у врача. Я осмотрел все вокруг, но… ничего не нашел. Мне очень жаль, мисс Лейн. Я не ожидал, что кто-то совершит нападение на нашу тюрьму. Это был очень наглый поступок.
— Мне самому надо было сторожить их, — мрачно произнес Наварро. — Я должен был предусмотреть то, что их хозяин не станет рисковать и не даст им заговорить. Когда будете осматривать ранчо Флетчера, поищите там раненых людей и лошадей без клейма. Мы упустили нескольких бандитов.
— Наварро, не вини себя, — сказала Джесси. — Мы вчера устали после тяжелой работы. — Она рассказала шерифу о сломанном насосе, порезанной изгороди и о том, что была убита их собака и нескольких кур нашли привязанными к ограде. — Воры и конокрады не делают таких вещей, шериф Купер. Флетчер хочет запугать нас и купить нашу землю. Но мы никуда не уедем.
— Мистер Флетчер был в городе, — сказал шериф. — В понедельник он написал заявление, что то же самое происходило и на его ранчо. И обвинил в этом Лейнов. Я сказал ему то же самое, что говорю вам и вашему отцу: мне нужны доказательства.
— Лживая змея! — возмутилась Джесси. — Он не сможет достать доказательства потому, что мы ни в чем не виноваты. А мы не можем их достать потому, что он очень хитрый. А что он вам еще сказал?
— Рассказывал, что на своей земле он обнаружил множество мертвых койотов.
— Мы никогда не делали таких ужасных вещей. Кроме того, у нас просто нет времени делать Флетчеру гадости. Мы еле управляемся с клеймением без дополнительной помощи. Если бы Флетчер перестал нападать на нас, мы бы все успели. Но он не перестает.
— Мы постараемся как можно быстрее разобраться во всем этом. Я не хочу, чтобы между вами разгорелась война. Нам пора в форт. Капитан Грэхам выезжает со своими людьми сразу после семи. Время почти на исходе.
В четыре часа дня они добрались до дома. Джесс рассказала о сбежавших пленных, а капитан Грэхам и шериф Купер обсудили с Джедом сложившуюся ситуацию. Представители власти решили совершить объезд владений Лейнов в течение нескольких дней, а потом то же самое сделать на земле Флетчера. Хотя Джед и Джесс уверяли их, что это только пустая трата времени, что Флетчер заляжет на дно до их отъезда, солдаты разбились на небольшие отряды и разъехались в разных направлениях.